Невеста Повелителя ирлингов. Дневник моего сна

«Что ж, я его ожидать не обещала». – С этой мыслью села за стол, отпустив слуг. Не люблю, когда в рот заглядывают, а себе еду на тарелку я и без них способна положить.

Я намазывала хлеб маслом, когда в комнату вошел Крон.

– Ты уже завтракаешь? – с толикой разочарования произнес он.

– Я же не знала, насколько у вас воспитательный процесс затянется, а аппетит нагуляла, – сообщила ему. – Или вы предпочли бы, чтобы я голодала?

– Нет, конечно, – как-то неуверенно ответил он. Интересно, его всегда дожидались, что ли?!

Он сел напротив. Отметил отсутствие слуг. Под моим взглядом чуть улыбнулся и стал сам наполнять себе тарелку.

– Хочу выразить свое сожаление об утреннем инциденте. Не понимаю, что на них нашло. Я ведь уже предупреждал…

– Беспокоятся о вашей личной жизни. Узнали о том, где я спала этой ночью, и поспешили с поздравлениями.

– Откуда узнали? – чуть нахмурился он.

– Подозреваю, от не в меру говорливых слуг. Те тоже, видно, испытали радость и поспешили ею со всеми поделиться.

Крон бросил на меня пронзительный взгляд, пытаясь понять мое настроение.

– Я прикажу сменить служанок.

– Зачем? Я этот вопрос уже решила.

– Приказала сменить?

– Нет, вопрос с болтливостью. – Крон ожидал продолжения, но я ничего не собиралась больше говорить. Откинувшись на спинку стула, потягивала ароматный чай.

– Если хотите извиниться перед Асей и наказать сына, прикажите ему действительно устроить экскурсию для нее, – предложила я. В глазах Крона мелькнуло удивление, и я пояснила: – Асе это будет интересно, а блондина унизит приказ сопровождать человека.

– Блондина?

– А как еще мне его называть? Вы же не потрудились представить мне своих сыновей. Даже странно, уже не первый раз с ними общаюсь, а имен так и не знаю, – уколола я.

– Я исправлю это упущение. Только не думаю, что ее мужа обрадует такая прогулка, – заметил он.

Тут он прав. Дориан будет не в восторге от того, что его жена в объятиях с другим в небе летает. С другой стороны, я представляла, как обрадуется Ася возможности полетать.

– А давайте мы устроим прогулку завтра сразу после пробежки, – предложила я, а с мужем она этот вопрос сама решит.

– Как скажешь, – согласился он.

Я подождала, пока он поест, и налила ему чай, подлив и себе. После чего решила задать волнующий меня вопрос:

– Вы не могли бы мне сказать, а как вы вообще представляете наше дальнейшее сосуществование после окончания этого месяца?

Крон удивленно приподнял брови, отставив чашку.

– Что ты имеешь в виду, принцесса?

– Мне непонятно. Месяц закончится, и я вернусь к мужу. Ваши дальнейшие действия? Будете заезжать время от времени в гости на чашку чая? Проверять, все ли в порядке с вашей Кьяри и не собирается ли мой муж на тот свет?

– Как причудлив ход твоих мыслей, – только и ответил он.

– И все же… Вы ясно дали понять, что игнорировать вас уже не получится. Хочу знать, чего ожидать в последующие годы.

– Принцесса, месяц еще не закончился. Куда ты спешишь? – ушел от ответа он.

– А что изменится за этот месяц? Муж у меня как был, так и есть, как и мои чувства к нему. В серьезности своих намерений вы меня убедили. Статус вашей Кьяри для всех озвучили. Что дальше? Ответьте, как вы видите дальнейшие годы?

– Мы это обязательно обсудим, но сейчас у меня несколько встреч, прежде чем мы пойдем в сокровищницу. Встретимся через час, – поднялся он, так и не допив чай.

– Правда? – усомнилась я, не сделав и попытки подняться. – И почему у меня ваш уход от ответа вызывает подозрение, что с этим не все так гладко?

– Подозрительная моя, – улыбнулся Крон. – Поверь, мы все решим.

На этом он меня покинул, а я задумчиво смотрела ему вслед.

– В том-то и дело, что не ваша, – тихо сказала я. Меня терзали смутные сомнения, что его решение мне явно не понравится.




– Чувствую себя как в сказке «Али-Баба и сорок разбойников», – зачарованно выдохнула Ася, осматривая пещеру размером с футбольное поле, сплошь заполненную золотом и серебром. В свете магических светильников драгоценные украшения сверкали тысячами огней то тут, то там.

– А нам ты сегодня отводишь роль сорока разбойников? – поддразнила ее я, тоже находясь под впечатлением от увиденного. Чего здесь только не было! Сундуки с драгоценными камнями, разнообразные украшения, статуэтки из золота и серебра, выше человеческого роста и совсем маленькие. Глаза разбегались, и мы не знали, куда смотреть.

Увидев гору золота, Ася разбежалась и прыгнула на нее. Перевернувшись, она раскинула руки, изображая ангела.

– Всегда мечтала так сделать, – радостно сообщила она. – Присоединяйся!

– Ты еще предложи золотой дождь устроить! – рассмеялась я. Энтузиазм Аси заражал, и, если бы не присутствие ирлинга, я бы к ней присоединилась, когда еще так в золоте побарахтаешься.

– Неплохая идея, – заявила она, садясь и подбрасывая монеты вверх. Они упали с характерным звоном, разгоняя тишину в пещере.

Крон выпал в осадок от непосредственности Аси. Сам виноват, допустил женщин к самому дорогому, теперь пусть терпит.

Мы переходили от одной скульптуры к другой, рассматривали украшения и непонятные артефакты. Честно, если бы не энтузиазм и веселье Аси, мне было бы немного жутко. Мы находились глубоко под землей, а размер помещения давил, заставляя чувствовать себя букашкой.

Крон со снисходительной улыбкой наблюдал за нашими метаниями.

– Это отличается от вашей сокровищницы? – поинтересовался он.

Мы с Асей посмотрели друг на друга и, судя по нашим одинаковым выражениям лиц, подумали об одном и том же.

– А в нашей-то я и не была, – протянула она.

– Я тоже, – подтвердила я.

– Рия, как же так? Мне за столько времени и в голову не пришло посетить сокровищницу?!

– И я об этом даже не задумывалась.

– Вы знаете, я, конечно, сравню, но мне кажется, ваша вне конкуренции, – сказала она Крону, и тот не сдержал довольной улыбки.

«Мужчины и их игрушки», – усмехнулась про себя я.

– Выберите для себя то, что вы бы хотели в подарок, на память о своем визите, – предложил польщенный Крон.

Ася бросила на меня вопрошающий взгляд, и я ее успокоила:

– Не беспокойся, твоя воздушная экскурсия состоится завтра после пробежки.

Она счастливо кивнула и пошла смотреть драгоценности.

– Принцесса, можешь взять все, что тебе понравится, – сказал он мне.

– Спасибо, конечно, но принять в подарок я не могу, а если подбирать украшения к туалетам, то полагаюсь на ваш вкус. Мой гардероб заказывали вы и лучше меня знаете, что там есть.

– Почему это не можешь? – тут же напрягся он.

А что тут понимать?! Неужели ему надо объяснять элементарные вещи?

– Я не знаю какие у вас правила этичных норм, но меня воспитывали, что нельзя принимать дорогие подарки от мужчины, не являющегося твоим мужем. – Я, конечно, лукавила, но не могла представить, как возвращаюсь домой с драгоценностями, а потом дефилирую в них перед мужем.

– Ты моя Кьяри, – с нажимом произнес он.

Я хотела сказать, что муж-то у меня Шерридан, но не стала трясти красной тряпкой и примиряющее произнесла:

– Давайте не будем спорить. Все, что надо надеть на официальные мероприятия, я надену, но о большем не просите.

– Рия, ты только посмотри! – воскликнула Ася, и я поспешила к ней.

Демонстрируя мне ожерелье, она тихо спросила:

– Я вовремя?

– Как никогда, – одними губами произнесла я.



Крон отыгрался. Он начал подбирать мне украшения.

«Принцесса, я хочу узнать, как будет смотреться это ожерелье», – произнес он и сам застегнул на мне его. «Принцесса, давай примерим этот браслет», – говорил он, и его пальцы касались моего запястья, застегивая замок украшения. Он придирчиво рассматривал, оценивал, гармонирует или нет с моей кожей и под какой туалет подойдет. Одно украшение следовало за другим, что-то он откладывал, что-то возвращал на место. И прикасался, прикасался, прикасался.

Ася видела мой мученический взгляд, но ничего не могла поделать. Она пыталась его отвлечь, спрашивая о том или ином украшении. Он отвечал, но заканчивалось все тем, что он примерял на меня очередную побрякушку. Холодный блеск глаз говорил о том, что он прекрасно понимает, насколько меня напрягает каждое его прикосновение, и это месть мне за то, что я отказалась принять от него подарок.

– Довольно! – не выдержала я, когда он потянулся ко мне с очередным ожерельем. – Я себя уже рождественской елкой чувствую!