Охота на Ботаника! Или ботаник по вызову!

Вот такой разговор.



Спал спокойно — к вечеру пережитые в парке эмоции вытеснили мысли о проекте — мне предстояло найти немало материала по квантово-полевым системам и его изучить, чем я и занялся. А ночью Корсак отвоевала свое, вогнав сознание в краску.

Когда проснулся и позавтракал, на мессенджер упало сообщение от Эллы Клюквиной:

«Антошенька, выручай! Завтра срочно нужно сдать лабораторную, а я целый день сижу с больной тетей! Ты поможешь? Задание прикрепляю к сообщению файлом!»

Ответил девушке:

«Конечно! Сделаю!»

«Спасибо, ты замечательный! Как бы я хотела тебя отблагодарить!»

Я задумался, засмотревшись на смайлики. На этот раз очнулся быстрее, вспомнив, что на столе лежит еще пара лабораторных для Жилина, и решил не терять время.



***

Черные берцы, расклешенный желтый сарафан выше стройных колен и черная кожаная куртка с задернутыми к локтю рукавами. Тонкие металлические браслеты на гладких голых запястьях. Длинные волосы цвета темного шоколада у девушки немного вились, рассыпаясь при каждом шаге. Подведенные тенями глаза смотрели прямо, а на растянутых в усмешке губах блестел розовый блеск.

Потрясающая Агния Корсак шла ко мне через всю площадь, граничащую с Книжным бульваром, несла с собой запах весны и пионов… И я снова уставился на нее, как идиот.

Агния

— Да отстань, Терри! И не смей тянуть пододеяльник — порвешь! — я высунула из-под одеяла пятку, и ее тут же куснули длинные зубы добермана. Подбежав к изголовью кровати, пес лизнул меня в нос и громко гавкнул. И еще раз. И еще.

И, конечно, рядом с другом послушно затявкала мелкая подпевала Гретта.

Один Чарльз молчаливо взирал с порога, сунув в спальню лобастую голову.

Нет, ну что за досада! Эти собаки — совершенно невыносимые животные! Иногда их хочется затискать, а иногда — прихлопнуть подушкой! Особенно в утро выходного дня!

— Да слышу я, слышу… Уже встаю, — ворчливо пообещала, переворачиваясь набок. — Сегодня, между прочим, воскресенье. Могли бы и дать поспать человеку, — упрекнула питомцев. — Тем более, что человек — царь природы. Хочет — встает, а хочет — нет, ясно? Брысь, банда!

Царь-то царь, вот только когда это псов волновало?!

Шершавый язык добермана коснулся щеки, через секунду Терри умудрился вновь куснуть мою пятку, а еще через одну уже требовательно гавкнул у лица.

«Да, хозяйка же! Не спи! Слышишь, в дом звонят!»

Нет, с такими надсмотрщиками точно поспать не получится.

Я села в кровати и широко зевнула, прикрыв рот ладонью. На ум сразу же пришел Морозов — не удивительно, последнее время он упорно не покидал мои мысли. Но в отличие от мыслей ночных, сейчас я подумала о том, как же Кудряшка умудряется все успевать и высыпаться? Да еще и работать по ночам?

Понятно, конечно, что он способный и многое ему дается легче, чем другим. Никогда не видела, чтобы он на занятиях над чем-нибудь особо корпел — просто брал и делал. Но все равно учиться и работать — это вам не плюшку съесть. Лично я после того, как вчерашний день и вечер просидела над заданиями по дискретной математике и программированию, да еще и залпом прочла роман Паланика — уснула около четырех утра без задних ног. А телефон и вовсе ещё раньше отключила, чтобы не мешал.

В гостиной вновь раздалась мелодичная трель звонка — кто-то стоял у ворот дома и звонил в домофон. Кто-то знакомый, кого охрана частного поселка пропустила, но при этом не достаточно близкий к семье, чтобы по номеру кода входного замка войти в коттедж.

Родителей дома не было. Мать с труппой еще позавчера улетела играть спектакль в другой город, отец обещал вернуться из Куала-Лумпур в середине недели, а Ольга Павловна на два дня взяла выходной. Я была одна, и вышла в прихожую в пижамных шортах и топе, включила видеодомофон и увидела гостя.

Как была, непричесанная, сунула ноги в шлепанцы и направилась с Терри через широкий двор к кованой калитке, расположенной рядом с автоматическими воротами, чтобы узнать, какого лешего этот гость явился!

Сейчас бы мама наверняка не одобрила мой внешний вид, но мне было все равно.

— Привет, Агния!

Эрик Покровский собственной персоной стоял впереди своего навороченного мотоцикла — весь холеный и модный, держал одну руку в кармане кожаных брюк, вторую в своих короткостриженых волосах, и уверенно улыбался. Так, словно мы по-прежнему встречались, и он приехал за мной.

Я вышла и встала перед ним. Оглядевшись, посмотрела поверх его головы и вдруг нахмурилась: солнце стояло почти в зените, что означало одно — утро уже давно минуло.

— Привет, Покровский. Который сейчас час? — спросила, возвращая взгляд на парня.

При виде вовсю щебечущего дня, внезапно проснулось беспокойство. Только этого не хватало — опоздать на собственное свидание! Такое я подарить Антону не могла!

Гость взглянул на часы.

— Скоро двенадцать. — Ухмыльнувшись своей догадке, он хмыкнул: — Что, Спящая красавица, принц разбудил тебя поцелуем? В моем воображении последний был вполне материален!

Моя бровь озадаченно поднялась. В моей жизни и без Эрика хватало театра.

— Мне сейчас в каком месте удивиться, Покровский? В том, где речь о принце, или о поцелуе? Если ты ищешь Иру, то ее здесь нет. Она не ночует в нашем доме.


— Я знаю, — легко признался парень. Он опустил руку и поправил куртку. — Нет, не ее. Я приехал к тебе.

Ну, раз уж честно, я тоже решила не играть в удивление.

— Зачем?

— Соскучился. Тебя давно не было в «Паутине». Захотел увидеть. На мои звонки ты не отвечаешь, а мы ведь друзья, разве не так? Почему бы и не поговорить? Это твои слова, Агнешка.

— Так, — нехотя признала. Так уж сложилось, что компания у нас была общая. — Но я не думаю, что твоей девушке понравится то, что ты каждый день мне звонишь. Я часто отключаю телефон, когда в «Скале» или занимаюсь. Ты перепутал абонента, Покровский, и я тебе вежливо на это намекаю. Другой бы понял.

— Да ладно, Агния! — Эрик подступил ближе, став серьезнее. — Какая Ирка мне девушка? Мы оба это знаем. Так, пересекаемся иногда, проводим время, не больше — я и не утверждал, что святой. Но ее бы никогда не случилось, если бы мы были вместе. Я никому и ничего не обещаю, мне нужна ты.

Он вздернул широкими плечами и опустил подбородок, приблизившись еще на шаг. Покровский всегда любил демонстрировать, какой он большой и надежный. Не стесняясь, окинул меня с головы до ног голодным взглядом и закусил в ухмылке губу, пристроив руку на калитку выше моего плеча.

Он знал, что я не отступлю с места, и злился, что не действует на меня так, как хотел бы.

Вот уж чего никогда не было. Я тоже ему ничего не обещала навечно, и тем более себя. Самовлюбленные ревнивые придурки меня больше не привлекали.

У ноги, навострив уши, замер доберман.

Я завела руки за голову и перебросила спутавшиеся от сна волосы на грудь, скрыв торчащие под топом вершинки. Осаживать наглеца не стала — Покровский по-другому смотреть не умел, а мне следовало подумать, прежде чем выйти к нему в топе и шортах.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Захотелось просто распрощаться, уйти в дом и забыть о нем.

Я смотрела на парня без эмоций. В моем прошлом были ошибки, и он — одна из них. Если бы я могла вырвать страницу с ним из своей жизни, я бы так и сделала.

— Эрик, перестань. Что было, то прошло. Это все? Или ты еще что-то хотел? — спросила прямо.

— Хотел и хочу — тебя, Агнешка! Может, скажешь уже, что со мной не так, и чего ты хочешь? Клянусь, больше не будет никаких претензий! Можешь и дальше ходить к своим долбанным скалолазам! Я готов смириться с тем, что они на тебя пялятся.

Я удивилась такому спичу — это же сколько он над ним думал! — а потом рассмеялась.

— Что? Ты готов смириться? Серьезно? — спросила с насмешкой, ощущая, как место веселья в душе поднимается гнев. — Покровский, ты еще не понял? — сказала уже холодно, с вызовом в глазах. — Я всегда сама решаю, что мне делать и с кем, без вариантов! С остальным помочь не могу. Я не свободна, у меня есть парень.

На этот раз рассмеялся Эрик и, надо сказать, что я этого не ожидала.

— Да брось, Агния! — он сплюнул себе под ноги, покачиваясь передо мной на носках ботинок. — Я его вчера видел. Что это за бред про одну-единственную? Идиот. Он бы еще стихи написал: «Я вас любил, чего же боле…» и сопли пузырями пустил. Не помню за тобой, Агнешка, чтобы тебе нравилось, когда тебя демонстрируют, как трофей. Ты же из-за этого со мной порвала? Девушка-мечта!

Я насторожилась.

— В смысле? Что значит — как трофей?

— Я видел ваш общий Инстаграм — Ирка показала. Почему ты не сказала, что любишь романтиков? Я бы, может, тоже со стихами подсуетился?

Душу уколола догадка — Кристина! Но чего бы там не отожгла в социальном приложении сестра Морозова, а ее брата я в обиду никому давать не собиралась.

— Отсмеялся? — зыркнула зло на незваного визитера.

— Да вроде бы.

Эрик расстегнул куртку и достал из-за пазухи цветы — небольшой, но явно дорогой букет. Протянув со словами: «Это тебе!», застыл, судя по виду, ожидая справедливого вознаграждения.

— Извини, солнце, помялись слегка. Но я никогда о них не забывал, ты же помнишь? Внутри букета для тебя подарочек, — он двинулся вперед и едва не притиснул меня грудью к забору. Если бы не Терри, Эрик бы точно решился на большее, а так рычание пса его остановило.

— Черт, Агнешка, — парень выдохнул в ухо, — до чего же ты секси! Тебя никому нельзя показывать. Забыть не могу, какая ты гладкая…

Нет, ну до чего же противная у него улыбка! Неужели он когда-то мне нравился?

Я отпихнула Эрика ладонями в грудь, не на шутку рассердившись.

— Значит так, Покровский! В этом месте нажал на тормоз и сдал назад! Запомни раз и навсегда — все, что касается меня и моего парня, тебя НЕ касается! Хочешь остаться друзьями — я не против, насчет остального — все в прошлом! Придется забыть!

— Даже это?

Эрик поймал мою руку, и демонстративно, глядя в глаза, провел языком по внутренней части запястья, от локтя к ладони, оставляя влажный след. Вопреки его ожиданиям, неприятный.

— Ну же, Агнешка, — сощурил блестящий взгляд. — Тебе ведь это нравилось.

Похоже, в своих мечтах он продвинулся уже значительно дальше реальности. Еще бы вещички с паспортом захватил.

— Ты в доме одна? Давай повторим прямо сейчас?

Я заставила себя улыбнуться — цветы я так и не взяла. Сказала спокойно: