Особые обстоятельства

Готовят тут хорошо. Уже плюс.

Талисе тоже перепало еды. Я кормила ее, отрезая кусочки, пока ахана сидела рядом. На девушек вокруг она смотрела строго, но не злобно. И трогать себя не позволяла, топорща перья при малейшей попытке.

— Айна, мы вернемся утром, — одна из девушек чуть склонилась передо мной, — если вам что-то понадобится, то потрите этот кристалл, одна из нас тут же придет. Мы спим в женской половине.

Я только махнула рукой, так как рот был набит. И только когда тарелка опустела, с сожалением отложила столовые приборы. Так хотелось еще кусочек, но живот уже оказался набит.

Придерживая ткань, так как форму забрали, как и остальную одежду, пообещав вернуть утром, я заглянула к Тильде и Дианте. Наши спальни разделялись лишь полупрозрачными тонкими шторами.

Обе спали, раскинувшись на огромных кроватях в форме яйца, под просторными балдахинами нежно-золотистого оттенка. Мне тоже очень хотелось зарыться в ворох маленьких подушечек, ощутить прохладу местных простыней. Но пока я осторожно подошла к одному из окон. Здесь они были большие, почти от пола до потолка, и прикрыты тонкой металлической вязью решеток. Видимо, чтобы женщины не прыгали вниз.

Что за нарров бред лезет в голову?

Окна гостиной выходили в сад, окруживший резиденцию. Уже стало почти совсем темно, так что среди деревьев мягко светили магические светильники, похожие на изящные лампы.

Красивое место. Но мне здесь тесно. Как ахане, посаженной в клетку.

Вроде такая красота вокруг, а мне почему-то неуютно. Может, привыкла за время пути к большому скоплению народа вокруг, и сейчас было странно оказаться единственной не спящей. Всегда дежурили дозорные, да и возле шатра Тильды охрана не спала. Перед тем как отправиться на отдых, я назначала дежурства, следила, все ли в порядке у парней из моего взвода, а сейчас оказалась не у дел. Шутка ли, впервые я ушла отдыхать раньше, чем мои люди! Даже не знаю, где и как их разместили. Покормили ли?

Окна нашего крыла выходили не на двор, так что я даже издали не могла увидеть остальных. Разомлевшая после купания и еды, я не сразу вспомнила про Арршу. Вообще-то странно. Где она? Ведь игенборгец настоятельно порекомендовал всех женщин поселить на женской половине. Почему же она не пришла сюда? Уже почти ночь. Желая получить ответ, я вызвала по кристаллу служанку.

Буквально через минуту раздались легкие шаги, и появилась девушка.

— Госпожа что-нибудь желает?

— С нами приехала еще одна женщина. Орчанка. Почему ее нет на женской половине?

— Как можно?! — изумилась девушка. — Она же муна.

Сказано было так, как будто Аррша неожиданно заболела какой-то заразной болезнью.

— Кто?

— Муна, — как ребенку повторила она, поражаясь, что я не понимаю всем известных вещей. — Женщина для утех. Ее голова не покрыта. Разве таких можно пускать в дом к порядочным женщинам?!

— И где тогда она? — ошарашенно спросила я.

— Среди мужчин, — с неким презрением ответила служанка, как будто речь шла о ком-то, не заслуживающем уважения.

Я была потрясена. Теперь корфа воспринималась как признак принадлежности к порядочным женщинам. Вспомнился полный презрения взгляд Аррши на меня, когда я скрыла лицо. Ха-ха-ха! Кажется, я полностью отомщена за ее насмешки.

— А если муна наденет корфу? — полюбопытствовала я.

— Как можно! Каждый узнавший нахалку имеет право побить ее палками или отхлестать хлыстом.

Что-то после этих слов мне перехотелось щеголять с открытым лицом. Корфа — как репутация. Потеряешь раз — и вернуть уже невозможно.

— Еще вопрос, — вспомнила я кое-что сказанное Иррилием, — а корфа не считается частью национального одеяния? Насколько мне известно, чужеземцы не имеют права их надевать.

— Айна, вы подготовились к визиту в Игенборг, — в голосе девушки скользнул неприкрытый восторг. — Все верно, вы не можете надеть наши одеяния по собственному желанию. Но если вам предложит акиф или кто-то из его приближенных лиц, то тогда это будет знаком расположения. Ну и всем женщинам рекомендуется надевать корфу из-за безопасности.

— Украсть могут? — хмыкнула я.

Вообще-то пошутила, но, судя по взгляду собеседницы, попала в точку. Едва не выругалась, прикусила язык и решила сдерживать темперамент. Похищение меня не пугало. Жалко мне того мужчину, который на это решится. Но подобный казус мог плохо сказаться на миссии. Так что буду ходить в корфе и молчать. Это просто задание, в конце концов.

Махнула рукой, отпуская девушку. То чувство расслабленности, которое захватило меня, ушло без следа. Видимо, все дело в усталости и в запахах. Вот недаром показалось подозрительным, что масла и кремы так сильно пахли. Расслабилась, потеряла бдительность, как новичок, а не капрал с опытом.

Пусть одежду мою забрали, в шкафах ведь что-то есть. Одна из девочек сказала, что мы можем смело пользоваться нарядами. Открыла разрисованные диковинными птицами двери… чихнула от сладкого запаха.

Длинные халаты из ярких тканей, широкие штаны, рубашки с длинными рукавами. Я перебрала все и поняла, что лучше ограничиться халатом. В случае опасности его можно сбросить, а в штанах и местной рубашке я запутаюсь и бесславно грохнусь под ноги предполагаемому противнику.

Драться же обнаженной можно. В конце концов, сиськи тоже могут деморализовать противника.

Прежде чем лечь в кровать, я обследовала все спальни, гостиную, положила рядом с собой ножи и меч. Только после этого улеглась, подпихнула под спину пару подушечек и достала кристалл.

Связь работала. Подумав, решила позвонить Ильсире, сказать, что прибить я ее хочу, но сдерживаюсь, так как подруга же.

— Арджана?!

Дозвонилась я практически сразу. Кристалл высветил подругу, сидящую у туалетного столика. В роскошном пеньюаре изумрудного цвета она напоминала яркую птичку. Ильсира готовилась ко сну. Распущенные светлые волосы и щетка в одной руке дали понять, что она расчесывалась.

— Я не вовремя?

Подруга метнула взгляд в сторону дверей ванной комнаты и потребовала:


— Быстро говори, как ты и где?

— В Игенборге, — уже могла признаться я. Мы доехали, и скрывать свое местоположение смысла не было. Недаром даже связь работала, маги ее больше не глушили.

— Слава богине! Я места себе не находила, когда ты так надолго пропала. А где это ты? — с любопытством спросила она, рассматривая интерьер за моей спиной, мало напоминающий постоялый двор.

— В поместье Игенборга. На женской половине.

— Где?!

— Ш-ш-ш! Не кричи, я здесь не одна.

— Какая женская половина? Ты в гарем попала? — уже тише, но не менее требовательно посыпались вопросы.

— Какой гарем? Здесь просто принято женщин селить отдельно от мужчин.

— Об этих дикарях чего только не говорят, — как бы извиняясь, произнесла Ильсира.

— Дикари. Скажешь тоже! Я такой роскоши даже в апартаментах императорского дворца не видала. — Я не врала, по службе приходилось бывать, и было с чем сравнивать. — А как тут за телом ухаживают!

Глаза подруги загорелись любопытством, и пришлось перечислить все банные процедуры, каким нас подвергли после дороги. Особое впечатление произвели нагретые камни на спину. Но все эти чудеса не могли надолго отвлечь Ильсиру.

— А как твой Риг? Ему удалось исправить впечатление?

— Как сказать, — поморщилась я и призналась: — Предложил жить вместе. Хочет, чтобы я ушла из армии и ждала его дома со службы.

Говоря это, опять ощутила, как изнутри поднимается горечь. Все мои тайные, глубоко лелеемые мечты сбылись, но принесли лишь разочарование.

— Э-э-э… — У Ильсиры забавно отвисла челюсть. — И что ты? — осторожно выдавила она, опасаясь, что я шучу.

— Решила перевестись. Хоть к вам. Как вернусь, займусь этим вопросом.

— Да!!! — радостно завизжала она, как девчонка.

— Любимая, уже иду! — послышался из кристалла мужской голос. Ильсира быстро оглянулась и со словами: «Я сейчас» — исчезла из виду.

До меня донесся ласковый шепот Ильсиры, но слов не разобрала, и недоуменное возражение ее супруга: «Но я уже брился!» Опять женский шепот, уже более капризный и настойчивый, и через мгновение запыхавшаяся Ильсира появилась в зоне видимости кристалла.

— И правильно! Мы посодействуем. Как раз завтра у нас обедает градоначальник.

— Да я и сама все решу, — заикнулась я, но та лишь отмахнулась.

— Лучше скажи, акифа видела? Какой он?

— Еще нет, мы только приехали.

— А эльф? Как он тебе? Вокруг только и вздыхают о том, какой он красавчик. Все незамужние барышни шьют новые наряды, чтобы его соблазнять. Успех вашей миссии сделает его одним из самых завидных женихов империи.

— Хороший воин, — скупо произнесла я. Известие о планируемой осаде эльфийских бастионов почему-то испортило настроение.

— Эм-м… Он же дипломат, — запнулась Ильсира, не привыкшая, чтобы я кем-то восхищалась.

— Если он владеет языком так же, как мечом, то я не удивлена, что он считается лучшим.

Говоря эту фразу, я имела в виду его ораторские способности, но предательница память услужливо подсунула воспоминания, как жарко сплетались наши языки во время поцелуя и как я млела в его руках.

И, кажется, Ильсира по моему вспыхнувшему лицу кое о чем догадалась.

— Да ладно!!! — потрясенно выдохнула она, глядя на меня во все глаза.

— Мне пора спать, — сообщила я торопливо и выключила кристалл, прежде чем Ильсира накинулась с вопросами. Потом подумала и засунула его глубоко под подушку. Мало ли, вдруг решит снова связаться. После чего отыскала взглядом Талису. Та сидела на чем-то вроде недостроенной колонны. Ну а как еще назвать столбик толщиной с руку здорового мужчины и чуть выше меня? Да еще украшенный золотыми пластинами и прозрачными камнями. В них я узнала калеи — кристаллы, добываемые лишь в этой местности. Они одинаково хорошо шли и на украшения, и на стабилизацию порталов. Благодаря их добыче Игенборг жил припеваюче.

Талиса уже дремала, выделяясь на фоне окна. Я зевнула и постаралась последовать ее примеру.

Увы, мое воображение, видимо, оказалось побогаче птичьего. Стоило закрыть глаза, как звуки вокруг резко стали более отчетливыми.

Шорохи, скрежет, какой-то шепот. Я открыла глаза, понимая, что пальцы сами собой смыкаются на рукояти меча.

Так, может, меня настигло то, что целители называют «синдром воина»? Когда везде чудится опасность. В конце концов ты просто сходишь с ума.

— Не дождетесь! — прошипела злобно.

Сосредоточилась и прислушалась. Ну да, шорох исходил от многочисленных занавесей вокруг, скрежетом оказалось пение птицы за окном, а шепот вообще плод воображения. Так как перед этим я вспомнила, что в мире существуют тайные ходы. Мало ли…