Особые обстоятельства

Он предложил мне локоть. Я оперлась на его руку, ощутив под тонкой тканью твердые мускулы. Все же когда мужчина в мундире или камзоле, ощущения совсем другие.

Комната, куда мы пришли, мало походила на привычную столовую. Вместо обеденного стола со стульями низкий диван П-образной формы, небольшие яркие подушечки и невысокий квадратный столик. Я заметила, что игенборгцы во время приема пищи или отдыха любят полулежать, устроившись с комфортом. Наверное, из-за особенностей климата: жара в дневное время или вечерняя духота. Мне же казалось, что такая поза не слишком удобная. В случае чего даже не сразу вскочишь.

— Как вы отнесетесь к музыкальному сопровождению?

— Положительно, — обрадовалась я, поняв, что не останусь с ним наедине.

Зейд отдал слугам приказ накрывать на стол и позвать музыкантов. Мы присели, разместившись друг напротив друга.

— Скажите, а мы сейчас на женской половине или мужской? — спросила я, отметив, что прислуживают мужчины.

— Арджана, вы и сами знаете ответ, — улыбнулся Зейд, а янтарные глаза зажглись лукавством.

Это да. И слуги, и отделка комнаты в «мужских» тонах позволяли сделать однозначные выводы. Интересно, акиф меня специально на свою половину пригласил, чтобы жен не тревожить?

— А у вас есть гарем? — не удержалась я от вопроса.

Зейд рассмеялся тихим, волнующим смехом.

— Сегодня знаменательный день. Впервые вам стало интересно нечто, касающееся меня.

Я опустила взгляд, немного смутившись. В наши предыдущие встречи в городе я больше слушала его рассказы об Игенборге, чем интересовалась им самим, считая приставленным ко мне соглядатаем.

— Извините. Это меня не касается.

— Во дворце лишь гарем акифа, — все же ответил он.

Косвенный ответ, может, у него в другом месте гарем из сотни баб. Но мне без разницы, поэтому не стала развивать эту тему. К тому же пришли музыканты, и полилась приятная мелодия. Особенно хороши оказались переливчатые звуки флейты. Я даже заслушалась, пока слуги накрывали на стол.

Должна признаться, Зейд был прекрасным собеседником. Во время ужина он поддерживал легкую атмосферу за столом — рассказывал интересные исторические факты, шутил, вспоминал разные курьезы, что случались при дворе. Меня тоже потихоньку втянул в разговор. Не знаю, как ему это удалось, но нервное напряжение, в котором я пребывала, пропало, и получилось расслабиться. Казалось, мы не во дворце, а просто допоздна задержались в городе и зашли поужинать. Музыка играла приятным фоном, сновали слуги, принося или убирая блюда.

Но на границе сознания все равно царапала тревога за Иррилия, злость на Адаранта и на акифа. На последнего особенно. Где это видано, чтобы честных девушек в дар приносили?!

Ничего, пусть Зейд думает, что я спокойна. На самом деле, пока ехала в паланкине, придумала несколько вариантов развития ночи. И ни в одном из них акиф не оказывался в выигрыше.

Не знаю, сколько прошло времени, но хотелось, чтобы это длилось как можно дольше. Я даже с удовольствием поела. Да и трудно отказываться, когда тебе настойчиво предлагают продегустировать то или иное блюдо. Порядком объевшаяся, откинулась на подушки, слушая Зейда. Слуги уже убрали со стола и принесли ароматный чай в маленьких пиалах. Казалось, мой собеседник никуда не спешит, а я и подавно. Как вдруг Зейд сел.

— Айна Арджана, пойдемте прогуляемся.

— Куда? — тут же встрепенулась я.

— Хочу вам кое-что показать.

Нехотя я поднялась, гадая, куда меня тащат, и сожалея о разрушенной уютной атмосфере. Поначалу я пыталась запомнить дорогу, но хитросплетение коридоров напоминало лабиринт, и я оставила эту затею. По пути нам встречались слуги, которые при виде нас низко кланялись, подтверждая догадку о высоком положении Зейда. Когда мы, наконец, замерли у дверей, я уже успела себя порядком накрутить и была готова увидеть что угодно: начиная от спальни Зейда и заканчивая акифом или женским гаремом. Но когда он с затаенной улыбкой распахнул передо мной двери, я непроизвольно ахнула.

— Помните, я рассказывал вам о коллекции оружия акифа?

— Оу! — восхищенно выдохнула я, заходя.

И заметалась глазами по вывешенному на стенах и лежащему на бархате оружию. Чего там только не было! Боевые молоты, трезубцы, глефы, алебарды, копья, арбалеты, мечи, стилеты, пики…

А-а-а-а!!! Я попала в настоящую сокровищницу! Каждая вещь была уникальна и с историей.

— Обратите внимание на копье Агрофена. Это наш предок, основатель Игенборга. По преданию, он воткнул в землю это копье и сказал: «Здесь будет город». А это боевой молот короля Саруссии, который тысячу лет назад едва не завоевал полконтинента. Этим трезубцем великий мореплаватель Гелион победил морского змея Ию, считающегося повелителем водной стихии.

Я ходила за Зейдом как зачарованная, схватывая каждое слово.

— Это меч мастеров Карофы. Посмотрите, прошло шесть веков, а его как будто вчера выковали. Тайна стали утеряна.

Зейд с любовью рассказывал о каждом экспонате, некоторые разрешал подержать в руках, оценить балансировку. Я была на небесах от счастья, пока мы не подошли к клинкам.

— А это работа мастера Морууза. Нашего современника. Его оружие и сейчас ценно, а с годами станет бесценным. У меня большая коллекция.

Я взяла в руку клинок и, присмотревшись, воскликнула:

— Это подделка!

— Что? — Зейд изменился в лице. — Не может быть. Это подарок. Смотрите, его инициалы и коронный узор.

— Да, я вам говорю! — убежденно произнесла в ответ и стала расстегивать мундир. Достав припрятанный на теле кинжал, протянула Зейду: — Смотрите.

— Айна Арджана, зачем вы принесли с собой оружие? — изменился в лице Зейд. — Вы задумали убить акифа?

Куда только подевался приятный собеседник. Меня пронзали насквозь темными глазами.


— Нет! Я не знаю, что надо от меня акифу и зачем он потребовал, чтобы я провела здесь ночь, но если бы он пожелал увидеть меня в своей постели, увидел бы… мой труп.

— Вы его совсем не знаете. Неужели он вам настолько противен, что вы были готовы лишить себя жизни?

— Мне противно принуждение и то, что меня заставили сюда прийти, — тихо ответила я. — И я люблю своего жениха.

Зейд впился в меня колючим, пронзительным взглядом, но я говорила правду и скрывать было нечего. Обратила внимание на одну деталь.

— Зейд, почему ваши глаза изменили цвет и потемнели? — спросила его.

Он моргнул. Еще раз, и отвел глаза.

— Покровителями Игенборга считаются божественные птицы аррханты, жившие в древности. Они наделили первого правителя своей силой, стали ему побратимами. С тех пор его дети и дети детей способны менять цвет своих глаз на янтарный, как у соколов.

Вот я и получила подтверждение, что он родственник акифа.

Зейд перевел взгляд на кинжал в моих руках.

— Вы первая, кому удалось безнаказанно пронести так далеко оружие, — пробормотал он, а потом спросил: — Так что вы хотели показать?

— Этот кинжал — работа Морууза, он сделал его для меня. Он друг моего отца и позволил мне присутствовать при его создании, открыв один секрет.

«Мое оружие безупречно. Но боги не любят ничего идеального, если это создано не ими. Открою тебе секрет. Я специально наношу в узор едва заметный изъян, — вспомнила я слова мастера. — Мои работы подделывают. Но каждый из тех, кто копирует, в своем тщеславии делает все идеально».

— Смотрите, видите этот завиток? — Я повернула клинок так, чтобы упал свет. — Здесь еле заметный прогиб линии, как будто рука дрогнула. У меня их было пять, и в каждом, если приглядеться, есть маленький личный изъян.

Заинтересовавшись, Зейд взял клинок, внимательно рассматривая, а я продолжила:

— Подделки можно напитать магией, и они будут очень похожи первое время по своим свойствам на оригинал. Но магия из них постепенно выветривается, а в изделиях Морууза она есть всегда.

Следующие несколько часов мы были заняты тем, что перебирали и тщательно изучали оружие от Морууза.

— Опять подделка! — Я бросила в кучу забракованного очередной кинжал из коллекции. — Откуда он у вас?

— Купцы из Астиджа преподнесли, — мрачно ответил Зейд. — Ничего, утрою им налог.

Я замерла. Он медленно повернул голову, и мы встретились взглядами. Молчание затягивалось, а я поверить не могла.

— Вы акиф?!

В голове не укладывалось, что он все время водил меня за нос. Старался войти в доверие, весь такой внимательный, город показывал. Теперь понятно, почему за интересы акифа так ратовал. В душе поднялось праведное возмущение обманутого человека. Обвела кровожадным взглядом коллекцию оружия. Вот зря он меня сюда привел!

— Арджана, не нужно таким воинственным взглядом смотреть на копье Агрофена. У меня такое чувство, что вы его сейчас в пол воткнете со словами: «Камня на камне здесь не оставлю», — подначил меня Зейд. Или правильнее уже говорить — акиф?

— Вас это забавляет? — разъярилась я.

Но Зейд не смеялся. От него повеяло ощутимой волной внутренней силы, а слова прозвучали отрывисто и не менее яростно:

— Считаете, меня может веселить, что понравившаяся женщина собирается зарезать себя на моей постели?

Мне все же удалось задеть его самолюбие.

— А не надо тащить к себе чужих невест против воли!

— Можно подумать, если бы я вас просто пригласил, вы бы пришли.

Я иронично хмыкнула и возразила:

— Мы же были на празднике. Скажите, зачем потом было притворяться другим?

— А разве я вас в чем-то обманывал? Одно из моих имен — Зейд. Как хозяин этих земель, я хотел, чтобы вы увидели их моими глазами и оценили по достоинству.

Акиф шагнул ко мне, сокращая расстояние:

— Чтобы вы меня увидели, а не титул.

Мне стоило огромных трудов не дрогнуть и остаться на месте.

— Арджана, буду откровенен. Я видел, как хрупкая красивая девушка разила наравне с бывалыми воинами противников, и на меня это произвело сильное впечатление. Меня восхищает ваш сильный дух. Вам даже удалось приручить ахану, а они не покоряются слабым и чувствуют внутреннюю сущность людей. Для меня это уже показатель того, что вы особенная.

Комплимент привел в смятение, а он продолжал с неким раздражением:

— Но ваша спешная помолвка… Я должен был выяснить, насколько все по-настоящему. А как еще проверить чувства мужчины, как не заставить выбирать между любовью и долгом? Но вот вы здесь… И выводы напрашиваются сами. Разве любящий мужчина отдаст свою женщину?