От света не сбежать

– А так хотелось бы надеяться, что Эрин уже исполнил свою затею и вернулся в Тервин, – вздохнул Лави.

– Хотелось бы, – согласилась Наариэн, обнимая за плечи поникшую Лайлу. – Но что-то мне подсказывает – этого не произошло. Иначе Редеус нашел бы способ, как дать нам знать.

Ренарен покосился на другой диван, где разместились брат, Энтареаль и некромант. Младший брат Эрина за всю дорогу едва ли проронил пару слов, но в последний день будто стал еще мрачнее.

– Вас что-то беспокоит, Никеас? – спросил Рен.

– Не знаю. – Темный пожал плечами. – Метка клятвы на моей руке вдруг стала горячей. Рука болит так, как не болела даже в первые дни.

– Это плохо. – Энтареаль перехватил его запястье и уставился на припухшую печать. – Раз метка сработала, значит, Эрину нужна твоя помощь. Ты ведь давал клятву его защищать.

– Ну где он может быть? – Лайла всхлипнула и закрыла лицо руками. Рен подумал, что Эринальду куда больше подошла бы его сестра, чем маленькая хрупкая эльфийка. Но темнейшество оставался непреклонен. Глупец.

– Тише. – Наариэн успокаивала внучку. – Ты же слышала, отсюда есть не так много дорог. Скоро мы его отыщем. Ник, ты бы попробовал до него дотянуться.

– Не получается. – Темный качнул головой. – Мои силы никак не восстановятся.

О том, что брата Эринальда кто-то проклял, Ренарену рассказал Кай. Что ж, мальчишка остался живым – пусть радуется хоть этому.

Вернулась Ларита с тележкой, уставленной тарелками и столовыми приборами. На несколько минут все забыли о цели своего пути и сосредоточились на еде, а затем разошлись по комнатам, чтобы хоть немного отдохнуть. Поместье снова погрузилось в сон, из которого его вырвала странная процессия.

Энтареаль тоже спал. Или нет? Потому что даже во сне находился в отведенной ему спальне с огромными гобеленами на стенах. А напротив стояла бабушка Эрина Катарина. На этот раз не одна, а с супругом. Покойный темный властелин взирал на старого друга с плохо скрываемым недовольством.

– Ты снова пришла. – Энтареаль не узнал собственного голоса.

– Пришла. – Катарина склонила голову. – Ты обещал позаботиться о моем мальчике, Элион Энтареаль. Почему ты не сдержал слова?

– Эрин сбежал от нас, – пытался оправдаться Элион. – Он никого не слушает.

– Вы обидели его. Попытались запереть в клетке. Но ты же должен был понимать: чем сильнее давить на Эрина, тем больше он будет сопротивляться. И что теперь? Мой мальчик страдает, а ты спишь.

– Где он, Катарина? – с ужасом спросил Элион.

– Разве я могу тебе сказать? Увы, не имею права, но вы близко. У вас осталось три дня, Элион. Три дня – и Эрин умрет. Видит небо, я не хотела забирать его сейчас. Но у меня нет выхода. Он зовет меня, и я должна откликнуться на зов.

– Нет! – выкрикнул Энтареаль.

– Ты не оправдал нашего доверия. – Голос Антеуса пророкотал, будто гром. – Сбереги ему жизнь, Элион. Или мое проклятие падет на твою голову. Три дня, и я приду за ним. Приди туда раньше.

Духи растаяли, а Энтареаль понял, что не спит. Он сидел на кровати, по лбу катился холодный пот, руки дрожали. Эльф быстро натянул штаны и рубашку, а затем бросился в комнату напротив. Постучал. Сначала ответа не было. Тогда Элион постучал громче, и на пороге появилась заспанная Наариэн.

– Эл, что случилось? Ты будто призрака увидел, – ответила она.

– Увидел. – Элион скользнул в комнату, запирая за собой двери. – Наари, ко мне приходили бабушка и дед Эрина.

– Что? – Эльфийка вздрогнула и прикрыла рот ладошкой. – Что они сказали? Где Эрин?

– Близко, но у нас всего три дня. Через три дня, если мы не доберемся до него, Эрин умрет.

Наариэн вцепилась в плечи эльфа. Элион обнял ее, прижал к себе, черпая силу от этой хрупкой на вид, но бесконечно мудрой женщины.

– Мне страшно, Наари, – прошептал он в белокурую макушку.

– Мне тоже, Эл, – эхом откликнулась она. – Мы должны найти Эрина во что бы то ни стало! Но детям ничего не говори. Они и так едва держатся. Взгляни, как похудела Лайла. Она сутками плачет, пока никто не видит. А Ник? Он же едва держится на ногах. Нет, Элион, если мы хотим спасти нашего мальчика, надо действовать осторожно. Узнать, во что он впутался и как ему помочь.

– У нас только три дня.

– У нас целых три дня, дорогой. – Теплые губы Наариэн коснулись его губ. – Эринальд сильный, он справится. Главное, чтобы справились мы.

– Ты права. – Элион склонил голову. – Как всегда. Я пойду, попробую уснуть, хотя вряд ли получится.

– Оставайся здесь, – вздохнула Наариэн. – На кресле есть плед, а подушек на двоих хватит. Мне тоже безумно страшно. Но надо заставить себя отдохнуть. Иначе мы будем бесполезны.

Пришлось послушаться. Элион покорно укрылся пледом. Светильники погасли, и Наариэн легла рядом – почти бесшумно. Только он все равно ощущал ее присутствие. И от этого становилось спокойнее. Наари права. Они не сумеют помочь Эрину, если будут слабыми. Нужно собрать волю в кулак и показать неведомому врагу, что он зря попытался посягнуть на жизнь правителя Тервина.





Глава 22

Властелин признает истину





– Эрин! Эрин! Ну же, открой глаза!

Кому там жить надоело? Мне не хотелось шевелиться, потому что каждое движение вызывало новый приступ боли.

Послышался тихий вздох, и на губы полилась соленая жидкость. Пришлось глотнуть – и боль немного отступила, а сознание прояснилось. Я открыл глаза. Надо мной склонился Арт. Конечно, кому еще нужно мое присутствие? Во взгляде фейри мелькнуло облегчение.

– Живой, – опустил он голову.

– Живой, как видишь. – Я вдруг вспомнил, как много вопросов накопилось у меня к этому проходимцу. Жаль, подняться было сложно. А то бы схватил его за шкирку и вытряс все, что мог. Но приходилось только испепелять фейри взглядом. Тот сжался в комок, будто стараясь стать меньше. Я заметил следы крови у него на рукаве.

– Я тебе что, вампир? – поинтересовался устало.

– Это обезболивающее, – ответил фейри, сохраняя между нами дистанцию. Надеется, что не достану? Как глупо. Тем более что свет уже почти справился с исцелением, а кровь фейри намного ускорила процесс.

– Слушай меня, Артиан, – все-таки заставил себя сесть. – Я сейчас, конечно, не в лучшей форме, но ее хватит, чтобы тебя придушить. Это не угроза – так, намек, что стоит быть откровенным. Ты сыграл на моих эмоциях – в этом ты мастер, я уже понял. Заставил сорваться неведомо куда, привел в руки врага. А теперь ответь мне, фейка, – зачем? И если твой ответ покажется неискренним, ты умрешь раньше меня.

Похоже, Арт прочитал нечто такое в моих глазах, что отодвинулся подальше. Почти до противоположной стены. Но что такое пять шагов? Достану!

– Хорошо. – Арт закусил губу. – Все дело в том, что я очень хочу домой, Эрин.

– Домой? – У меня округлились глаза. – Тогда почему мы здесь, а не у тебя дома?

– А как ты себе это представляешь? Мой отец – тоже один из тринадцати, Эрин. Что он скажет, если увидит меня таким? – В голосе Арта сквозила горечь. – Без крыльев, с рабской меткой. Я говорил ему, что справлюсь сам, без него и родных. А что в итоге? Не справился! Как мне теперь вернуться?

– Подожди, – перебил фейри. – Давай еще раз, только медленно. Ты хочешь сказать, что притащил меня сюда, чтобы…

– …ты убил Лейфера. Потому что у меня не хватит сил.

Похоже, на этот раз Арт серьезен. А картинка в голове сложилась. Что мы имеем? Мы с Артом должны были приехать сюда. И – да, Арт знал, что нас будут ждать. Знал, что схватят. Но видимо, надеялся, что я настолько разойдусь, что ненароком убью Лейфера. Затем мы заберем крылья, и фейри вернется домой с видом победителя.

– Фейка, ты в своем уме?

– Эрин, я не знал, что все будет так, – в голосе Арта слышалась усталость. – Браслеты у Лейфера уже давно. А вот те метки на стенах… Браслет ведь еще надо надеть, Эрин. И если бы не метки, Лейфер не смог бы этого сделать.

– Лейфер бы не смог этого сделать, если бы один глупый фейри с рабской меткой не стоял между нами! – гаркнул я. – Плевать мне на его печати. Если бы я знал про метку, пошел бы один. И выбрался бы, Арт!

– Я просчитался. Ты это хочешь услышать? – Из лица фейри исчезла растерянность и чувство вины. И кажется, я впервые видел его настоящего – прищуренный взгляд зеленых глаз, хищное, сосредоточенное лицо, плотно сжатые губы. Да в нем было больше от демона, чем я ожидал!

– Это, – кивнул Арту. – И нечего прожигать меня взглядом. Лейфер справляется лучше твоего.

– Я не думал, что ты пострадаешь, – ответил Артиан. – Ему ведь нужен я. Запасы Лейфера подходят к концу. Но кто же мог представить, что он тебя узнает? Мало ли, какого темного я притащил.

– Дважды дурак, – пробормотал тихо. – И я вместе с тобой. Как выбираться будем?

– Никак. У нас один вариант – ждать, пока Шун приведет подмогу.

– И мои друзья убьют Лейфера. Браво! – Я даже зааплодировал. – В любом случае твой план будет действовать. Да ты гений, фейка. Проклятый гений, который просчитал все варианты. И только я здесь в дураках. Ты ведь влиял на меня, да?

– На тебя сложно повлиять, Эринальд, – холодно ответил Арт. – Магически сложно. А вот на самом деле… Давай взглянем правде в глаза. В эту ловушку ты загнал себя сам.

Что он имеет в виду? Да, я поддался на его уговоры, пожалел несчастного фейри и выполнил его просьбу, но…

– Послушай, Эрин, ответь мне искренне: почему ты никому не сказал, куда едешь? Почему воспользовался первой попавшейся возможностью, чтобы сбежать куда глаза глядят, неведомо с кем?

– Я злился.

К чему он ведет?

– Злился? – Арт придвинулся ко мне. – На кого?

– На себя. – Ответ слетел с губ прежде, чем его обдумал.

– Вот именно. Но от себя не сбежишь, ваше темнейшество. Ни в академию, ни в Демониум, ни в другой мир. Где бы ты ни находился, Эрин, твое «я» будет с тобой. Я тоже не понимал этого до поры, до времени. Что проблема не в матери или отце, не в брате или сестре, а во мне самом. И не от них я сбежал. А от себя. Мною руководил страх. Потому что никак не мог понять, кто я. Демон? Фейри? Почему отец стыдился меня? Почему не выпускал дальше ограды дворца? Мне нужны были ответы. А ответов-то и нет.

Я молчал. Что на это скажешь? Да уж, мы столкнулись с похожими проблемами, потому что с момента пробуждения света мне тоже было не понять, кто я на самом деле. Потому что темного властелина Эринальда больше не было. А тот, кто был… Я не знал этого темного. Или ведуна? Или…

– И тебя гонит страх. – Арт грустно улыбнулся. – Я его ощущал тогда, в академии. Только сейчас он исчез и появилось желание жить. Твоему жизнелюбию можно позавидовать. Я куда слабее, Эрин. Кажется, все, конец, а ты ищешь выход. И не важно, кто загнал тебя в ловушку: собственная глупость или судьба. Ты выберешься. Поэтому я попросил тебя быть здесь. Мне одному не хватило бы сил пройти через замок Лейфера еще раз. А ты справишься.

– Если выживу, – хмуро заметил я.

– Да.

Холодная стена остудила пылающую голову. Прижался к ней лбом и замер. Зачем Арт вообще завел этот разговор? Внутри царило смятение. Такое, что хоть волком вой. А главное – я ведь знал ответ на его вопрос, почему на самом деле никому не сказал, куда направляюсь. Знал – и не хотел его признавать. Даже вслух произносить. Потому что это было бы проявлением слабости. А темный властелин не может быть слабым. На мне держится государство, народ. Не говорить же кому-то, что, как и Арт, боюсь.