Поймать дракона. Новый год в Академии

Уф, можно выдохнуть. Я не стала дожидаться, когда они скроются из глаз, и поспешила в свою комнату.

— Ты чего так долго? — спросила Вейли, встречая меня в дверях.

— Да так, неприятности, — заявила я, входя.

— Кали, — сразу поняла подруга.

— Ага. Вейли, слушай, а тот природник тебе ещё должен? За реферат.

— Колин?

— Ага.

— Должен ещё. А что? — с подозрением поинтересовалась она.

— Что ты задумала, Фейт? — подала голос Уна.

Я обернулась к ним с лукавой улыбкой на губах.

— Будем мстить.

Вечер Второго дня Нового года — время гадания на вторую половинку. Конечно, этим занимались девушки, парни находили дела поинтереснее.

Но гадание было не простое. Для этого требовалась подготовка. Летом в день равноденствия девушке полагалось самостоятельно сплести венок, запечатать его магически, чтобы не завял, и спрятать в надёжное место.

Плели венки и простолюдины, и дочери лордов. Последние, конечно, делали их из роз, лилий, орхидей и прочих благородных цветов, которые росли в личных оранжереях.

Матушка предлагала поступить точно так же, но мне это показалось кощунством. Поэтому я отправилась гулять, набрала полевых цветов, тех, к которым больше всего душа лежала.

Почему-то выбор остановился на васильках. Синих-синих. А ещё красных как кровь маках. Украсила всё белыми ромашками с солнечными сердцевинами. Яркий, пёстрый и в то же время простой венок, совершенно неприличный для леди Мандигар. Но он мне так нравился, что все возражения матушки я пропустила мимо ушей. Он мой, и точка.

Смысл гадания в том, что венок надо опустить на воду, и, если богам будет угодно, в кольце можно увидеть своего наречённого. Везло, конечно, не всем. Но многие девицы считали своим долгом попробовать. Я тоже не была исключением.

— Нас накажут, выгонят с позором, — несчастным голосом бормотала Вейли, следуя за мной по коридорам академии.

— Не выгонят, — возразила я, замерев на небольшой площадке у самых перил.

До берега подземного озера, которое омывало академию с юга и не замерзало даже в самые лютые морозы, оставалось немного. Здесь было светло и шумно. Все собрались приветствовать Второй день Нового года и гадать на суженого. И через эту толпу нам надо было протиснуться.

— Тебя, может, и нет, а меня так точно.

— Не переживай, если что, я возьму вину на себя, — успокоила подругу и завертела головой. — Где же Уна? Надеюсь, у неё получилось.

— Это сумасшествие, — продолжала шептать Вейли, прижимая свой венок к груди.

Обычно ей удавалось удержать меня от необдуманных поступков, но не в этот раз.

Красивый венок у неё был, хотя и простенький. Множество зелёных листочков и почти нет цветов, если не считать крохотные бутоны белых гипсофил.

— Нельзя так делать. Мы переходим границу.

— Вейли, это же просто шутка. И только, — отмахнулась я.

Муки совести меня точно не мучили.

— Жестокая.

Наверное, смуглянка была в чём-то права. Но этого было мало, чтобы остановить нас.

— А Кали разве не безжалостна с остальными? Как она тебя унижает? Нищенкой называет, оскорбляет при каждом удобном случае. Забыла?

— Помню. Но всё равно то, что мы задумали, жестоко.

— Отступать поздно. А вот и Уна.

К нам спешила запыхавшаяся подруга, остановилась, тяжело дыша и прижимая руку к груди.

— Уф. Догнала. Они уже идут, скоро будут тут.

— Ну как? Получилось?

— Ох, девочки, жуть какая. Страшно-то как было. Чуть не попалась.

— Так получилось или нет? — продолжала пытать я барбарийку, на которую опять напала болтливость.


— А то, — широко улыбнулась Уна, убирая со лба волосы. — Прицепила. Осталось только активировать.

— Махтабар, защити нас, несчастных, — прошептала Вейли, когда мы стали спускаться по каменным ступеням к пристани, чтобы занять свою очередь.

Мало было встать, надо было попасть к воде одновременно с Кали и её компанией. Поэтому мы вроде как замешкались, потерялись, подождав, пока блондинка со своей свитой спустится вниз, и только потом встали рядышком.

Всё ближе и ближе к воде, сжимая в руках венки. Уна нервно передёргивала плечами, свободной рукой поправляла то воротник блузки, то непокорный локон, то кусала губы, всячески стараясь скрыть волнение. Но получалось у неё плохо. Вейли вообще была бледнее полотна, нервная, то и дело косилась в сторону Кали, тихонько вздыхала и сильнее сжимала кулак, в котором лежала записка с активирующим заклинанием.

Ещё пара шагов вперёд, смех и разговоры девушек. Кому-то повезло, кому-то пока нет. А мы всё ближе и ближе подходили к воде.

Я подалась к смуглянке и осторожно коснулась её руки, прошептав:

— Отдай.

— Что? — Она недоуменно нахмурилась.

— Отдай мне. Я сама активирую его.

— Фейт, нет… у тебя с заклинаниями… не очень хорошо получается.

Это Вейли ещё мягко заметила.

— У меня с магией вообще ничего не получается, — со смешком заметила я. — Но тут, думаю, должна справиться. Давай, пока мы не привлекли слишком много ненужного внимания.

— Ты уверена?

— Да.

И клочок бумаги перекочевал в мою ладонь.

К воде мы подошли минут через пять. Синхронно встали на колени, аккуратно положив венки на воду и шепча слова древней молитвы. Касаясь пальцами ледяной воды в центре венка и закручивая воронку по кругу.

Я прошептала слова быстро, наверное, быстрее, чем было положено. Но на жениха совсем не надеялась, замуж не собиралась и поэтому почтения должного не оказала. А вместо этого скосила взгляд на Кали, которая, в отличие от меня, продолжала водить пальцами по воде, не отрывая взгляда от венка.

Пора действовать. Чуть приподняла ладонь, открывая клочок бумаги со словами, и активировала заклинание, стараясь сдержать улыбку, которая сама собой возникала на лице.

Окупятся тебе наши слёзки.

Произнести слова активации надо было трижды. Вначале всё было хорошо. Даже замечательно. А вот с последним разом вышла заминка. Рядом со мной вдруг неожиданно охнула Вейли, расширенными глазами вглядываясь в изображение, которое рассмотрела в своём венке.

О, она что-то увидела? Вот удача-то. Или нет? Потому что вид у подруги был такой, словно там умертвие какое появилось.

Мало того, у меня тоже процесс пошёл. Вода покрылась рябью, и в лёгкой дымке вдруг появились синие-синие, под цвет васильков, знакомые глаза с вертикальным зрачком.

— Чтобы тебя урлук загрыз! — выдохнула я и со всей силы шлёпнула кулаком по воде, изгоняя изображение чешуйчатого и покрывая себя и Вейли ледяными брызгами.

— Эй, чего делаешь? — выкрикнула долговязая Чайни, на которую тоже попала вода.

Ответить ей я не успела. Неожиданно вскрикнула Кали, отшатнулась, опираясь ладонями о доски пристани.

— Что это?! Что это?!

Разом все замолкли, наблюдая, как из центра венка блондинки выглядывает огромная бородавчатая жаба. Осмотревшись, она вдруг прыгнула, приземлившись как раз рядом с Кали, которая взвизгнула и поползла, пятясь попой.

— Уберите, уберите её!

Я прикусила губу, чтобы сдержать победную улыбку, и тоже поднялась с колен.

Получилось!

Но счастье моё длилось недолго.

Следом за одной жабой совершенно неожиданно из венка показалась вторая, третья, четвёртая… десятая. И с каждой секундой их становилось всё больше и больше. Они громко квакали и прыгали на пристань под визг девушек, которые ринулись бежать, оглашая подземелье громкими воплями.

— Фейт, что ты… что ты наделала? — хватая меня за локоть, прошептала Вейли.

— Кажется, только что уничтожила праздник, — тоскливо произнесла я. — И этого мне не простят.





Глава 4