Пока смерть не обручит нас 2

– Хорошо. Я здесь. Переодевайся и мы едем в гостиницу, тебе нужно поспать.

Снова эта улыбка. Ему нужен свежий воздух. Немедленно.

Когда Анна скрылась за ширмой Влад медленно выдохнул и поправил воротник рубашки.

– Ваш пиджак, его погладили.

Натянуто поблагодарил продавщицу.

– Я директор этого магазина. Ваша жена прелестна, господин Воронов. Такая красавица.

Твою ж мать! Откуда они знают?! Что за…

– Мы вчера прочли в газетах…это такая новость. Там, правда, исказили информацию, но мы не поверили. В этом городе все голосуют за вас. И мы сразу решили, что это клевета. Мы оказались правы, конечно очень юная…но совершеннолетняя. Такая красавица.

Влад несколько раз кивнул, поблагодарил сказал списать с карты десять процентов от покупки за великолепное обслуживание и тут же набрал Зорича.

– Твою мать! Что там конкретно пишут в этих гребаных газетах?

– Всего лишь, что вы женились на двенадцатилетней девочке.

– Черт вас всех раздери!

– Я вам сказал об этом полчаса назад.

– Твою мать!

– Кстати, поздравляю с женитьбой!

– Иди ты…!

Отключил звонок и в тот же момент увидел, как Анна идет к нему с пакетами. Сияющая, в новой одежде. Такая юная, но в то же время взрослая.

И как он ей скажет, что они женаты? Дьявол все это раздери.



ГЛАВА 18



Он думал, что я сплю, а я не спала, я смотрела на него сквозь ресницы и не могла отвести взгляд. Каждое движение, поворот головы…я впитывала все жадно, глубоко, так чтоб отпечаталось в памяти. Как и тогда, когда была ребенком и смотрела на него как на Бога.

Постепенно я многое вспоминала. Точнее, вспоминала все. Меня не удивляли больше звуки проезжающих автомобилей, музыка, доносящаяся из радиоприёмников, телевизоры, ноутбук поблёскивающий светлым экраном на столе возле зеркала. Цивилизация. Я вспоминала все то, что пыталась забыть, считая себя не нормальной с галлюцинациями. Нет. Я нормальная, просто я живу с теми, кто не являются частью привычного для людей мира. В их мире все иначе. И так получилось, что я, если и не одна из них, но я все же имею к ним отношение. Имею настолько сильно, что какие–то силы перемещают меня во времени. Я пока не поняла, что происходит и в какую игру я замешана, но в том, что я часть гигантской и очень сложной головоломки я уже не сомневалась.

Мой брат Мстислав много об этом рассказывал…мой брат. Скоро я увижу Мстислава. Боже! Я не видела его больше шести лет, тогда как она попрощался со мной всего несколько дней назад.Почему–то, когда я думала о нем, внутри поднималась волна нежности и так же боли, чего–то скрытого, не доступного мне. Словно есть нечто, очень неприятное, связанное с нами. Какие–то события о которых я тоже не помню. Но ведь это не важно. Я вернулась. Я здесь и мне хорошо. Особенно когда ОН рядом. Я ловила себя на мысли, что с ним мне было бы хорошо где угодно. Даже там, в прошлом.

Сейчас, я украдкой наблюдала за мужчиной, сидящим в кресле у камина. Блики от огня единственное освещение в номере. Он завораживал…мне казалось я никогда не видела такой красоты. Идеальной. Все в нем вызывает дикое, неудержимое восхищение, граничащее с экстазом. Начиная с низкого голоса, походки, властного взгляда и заканчивая даже тем, как он подпирает голову длинными пальцами и задумчиво смотрит на огонь. У него чёткоочерченные скулы, волевой подбородок, густые, ровные брови и невероятно красивые глаза. Такие выразительные, большие в них можно увидеть целую вселенную. Его мир, в котором нет места для меня. Разве он воспримет всерьёз восемнадцатилетнюю, немую девчонку? Наверняка вокруг него тысячи нереально красивых и на все готовых самок.

Взгляд Влада застыл на языках пламени, они отражались в темно–карих радужках и бросали тени на его лицо. Слишком идеальное для человека. Но он не человек. Он хищник. Завораживающий, смертоносный. Я знала, кем он является для его собратьев. Какую ступень иерархии занимает среди них. Он Король. И самое странное, что в этом не возникает ни капли сомнений. Достаточно одного взгляда. Король от кончиков черных волос слегка растрёпанных, падающих ему на лоб и до носков начищенной до блеска обуви.

Я видела, КАК на него смотрели охранники, сопровождающие нас в поездке, как незаметно кланялись, открывали перед ним дверцы машины и в их глазах, помимо уважения, читался страх. Они его боялись. Значит у них на то были веские причины. После того, как я как Влад с лёгкостью обезглавил старейшину голыми руками…эти причины не казались мне беспочвенными. Самое странное, что мне не было страшно. Меня не пугала ни его сущность, ни сущность Мстислава и Дианы. Не пугала тогда, не пугает и сейчас.

Возможно, я вижу лишь одну сторону медали. Но каким могуществом нужно обладать, чтобы от твоего взгляда трепетали взрослые мужчины, чтобы они опускали глаза в пол и не смели даже ответить? Бесконечным. Я уверенна в этом. Его могущество бесконечно.



Мое сердце начало биться чуть быстрее, я вспоминала, что раньше уже рассматривала его…точно так же, замирая, боясь пошевелиться, вздохнуть. Только тогда я была слишком юной, чтобы понимать какие чувства он во мне вызывает. Сейчас все иначе. Я уже не ребёнок и многое успела повидать. На моих глазах происходили жуткие вещи, не знакомые этому напыщенному цивилизованному миру. На моих глазах убивали, насиловали, сжигали, пытали. Там, в прошлом, человеческая жизнь не значила ровным счётом ничего. Тебя могли казнить только за то, что ты видишь странные сны и рисуешь странные рисунки. В деревню могли ворваться солдаты и на глазах у детей вспарывать животы их матерям. Что может быть страшнее этого?

Я видела достаточно, чтобы понимать вкус и цену жизни, свободы. Моя детская влюблённость сейчас превратилась в нечто более сильное и от этих эмоций сердце то билось быстрее, то замедляло ход.

Влад…даже от его имени по коже пробегали мурашки. В том магазине, где каждая из продавщиц лезла вон из кожи, чтобы ему понравится, я вдруг поняла, что хочу, чтобы и он не видел во мне ребёнка. Чтобы посмотрел на меня иначе. Смотрел как на женщину. Ведь я взрослая. Там, в прошлом, в моем возрасте уже выходили замуж и рожали детей. В двадцать можно было считать себя старухой. Сын мельника сосватал меня, когда мне было пятнадцать. Я взрослая. Достаточно взрослая, чтобы разбираться в собственных эмоциях. Достаточно взрослая, чтобы так же понимать, что мне не светит. Я могу только мечтать и вот так, иногда, украдкой наблюдать за ним. А потом Влад отдаст меня Мстиславу. Вот и все.

Возможно поэтому я не выбрала все те идиотские розовые вещи, которые мне тыкала безмозглая крашеная дурочка с длинными перламутровыми ногтями и накладными ресницами. Я выбирала сама и когда увидела, как карие глаза Влада немного потемнели, и он осмотрел меня с ног до головы, вся кровь бросилась мне в лицо. А он отвернулся и внутри поднялась волна разочарования, я почувствовала себя обузой, каким–то довеском, который причиняет неудобства и за которым пришлось сильно погонятся чтобы вернуть домой. Я хотела знать почему именно он пришёл за мной, а не мой брат. Почему именно он? Ответов на эти вопросы пока не было, но я прекрасно понимала, что вряд ли в этом поступке был тот смысл, которого хотелось бы мне.

Внезапно Влад повернулся ко мне, и я не успела закрыть глаза. Слегка улыбнулся и от этой улыбки по телу прошла волна дрожи, сердце снова забилось в горле, которое пересохло. Неужели можно смотреть на него спокойно? Я уверенна, что женщины сходят от него с ума.

– Не спится?

Отрицательно качнула головой и приподнялась, облокотившись на локоть.

– Снятся кошмары?

Когда ты рядом – нет. Ничего не снится. Вообще спать не хочется.


– Может ты голодна?

Когда он смотрел на меня внутри все переворачивалось и постоянно предательски краснели щеки. Я кивнула.

– Сладкое?

Опять кивнула и улыбнулась.

– Много шоколада со сливками? Торт с орехами? Мороженное?

Я продолжала кивать, и он улыбался, а мне хотелось зажмурится, сильно, так чтобы внутри начали летать разноцветные мушки.

– Ты лопнешь. Просто лопнешь, понятно? У тебя испортятся все зубы и придётся ставить пластины.

Я смеялась заливисто и теперь уже отрицательно качала головой. Много лет назад именно ему удавалось заставить меня смеяться, ничего не изменилось.

– Они уже у тебя испортились, если ты ешь столько шоколада.

Я склонила голову на бок и молитвенно сложила руки.

– Хорошо. Заказываю. Но тебе придётся все съесть.

Поднял телефонную трубку и ткнув в меня указательным пальцем, серьёзнопроизнёс:

– Здесь есть одна ненасытная юная особа, она хочет съесть все, что у вас имеется на десерт из шоколада. Доставьте в наш номер все шоколадные десерты, которые есть в меню. Нет. Не шучу. Все.Что там у вас есть?

Я прыснула со смеху.

– Все несите к нам в номер. И еще…у вас там есть шарики? Какие? Воздушные.

В этот момент я перестала смеяться. Мне вдруг отчётливо стало понятно – для него я все же ребёнок. Маленький чужой ребёнок, которому можно заказать сладости, шарики и кукол. Он не хочет купить мне кукол? Мишек? Зайцев?

– Что такое? – Владвдруг нахмурился и закрыл трубку ладонью, – Тебе не нравятся шарики?

Я вздохнула и поправила волосы за ухо. Нет, мне не нравятся шарики. Я бы выпила с тобой шампанского, я бы долго смотрела на тебя пока ты не прочёл бы в моем взгляде, что я к тебе чувствую.

– Нет, шарики не нужно, – сказал он и повесил трубку, а потом долго и внимательно смотрел мне в глаза. Какой тяжёлый у него взгляд. Пронизывает. Насквозь. Прожигает плоть и проникает во внутрь. Мне стало не чем дышать, и я отвернулась.



Через несколько минут в номер вкатили сервированный столик, который ломился от сладкого. Увидев, как заблестели мои глаза, Влад снова усмехнулся. А я сбросила одеяло и свесила ноги с кровати, совершенно забыв, что на мне тонкая ночнушка из бордового шелка, вся в кружевах на глубоком декольте.

– Съешь все? Как обещала?

Хотелось сказать, что я ничего не обещала, но я засмеялась, взяла ложечку для десерта и попробовала шоколадное мороженое. В этот момент раздался странный звук, похожий на жужжание, я вопросительно посмотрела на Влада. Тот расхохотался, увидев, как я лихорадочно оглядываюсь. Он достал из кармана предмет, покрутил им, показывая мне, и я сразу вспомнила, что это такое, особенно когда он ответил на звонок.

Бросил на меня быстрый взгляд и подошёл к окну. Я так и застыла с ложкой у рта, когдаВлад сбросил пиджак на кресло и расстегнул первые пуговицы белоснежной рубашки. Я сглотнула увидев его сильную шею, тонкую цепочку и тёмную поросль волос у него на груди, резко контрастирующую с белым шёлком рубашки. Сильные пальцы застыли на одной из пуговиц, на них поблёскивали кольца. Одно как печатка, а другое похоже на обручальное.

– Да, слушаю. Помешал, мы ужинаем. Что это значит, Серафим?

«Серафим» в голове сразу возник образ высокого мужчины с ледяными серыми глазами. Худощавого, высокого с наушником в ухе. Начальник охраны. Я часто видела его в доме Влада.

– Бред! Кто такое говорит? Да плевать на прессу! Мы официально объявим об этом в субботу. Что значит не дают времени?

Я встала с кровати и на носочках подошла к нему сзади в этот момент Влад резко обернулся, и я растерялась, протянула ему ложку с мороженным. Несколько секунд он смотрел на ложку, потом на мое лицо, а потом осмотрел меня с ног до головы, и я увидела, как дёрнулся его кадык и заблестели глаза. Протянула ложку к его губам, и он вдруг съел с нее мороженное, подмигнул мне и снова отвернулся к окну.

– Скажи насчёт официальной церемонии, где я представлю ее Совету. Хорошо. Хорошо, я все понял. Сдерживайте журналистов. Какими угодно взятками. Я появлюсь на пресс–конференции вместе с ней. Да. Ты не ослышался. Сдержи их до утра. Мы вылетаем утренним рейсом, и я буду там. Я отвечу на все их вопросы. А она?

Повернулся ко мне и тут же отвернулся.

– Она не ответит. Анна не разговаривает, Серафим. Пока не знаем почему, но на конференции нам это на руку. Да. Собирай этих чёртовых ублюдков. Я выступлю перед ними, если они так этого хотят. Что с беспорядками? Они участились верно? Кто это контролирует? В каких районах это происходит. Твою мать. Пусть наши семьи эвакуируются в Европу. Это все что им остаётся пока не пройдут выборы. Что с документами? Готовы? Вот и отлично. Я рассчитываю на тебя.

Он выдохнул и швырнул аппарат на стол, повернулся ко мне и несколько секунд смотрел мне в глаза.

– Анна, нам нужно с тобой поговорить. Я хочу, чтобы ты внимательно меня выслушала и помогла мне, хорошо?

От его тона и от того какими пронизывающими и черными стали его глаза я почувствовала, как по телу прошла волна дрожи. Он сделал шаг ко мне и взял из моих рук пиалу с десертом, поставил на столик.

– Ты сейчас многого не поймёшь, но я обещаю, что со временем постараюсь все тебе объяснить. Просто доверься мне, хорошо? Посмотри на меня. Ты мне доверяешь?

Я кивнула.

– Анна…ты знаешь кто мы. Дьявол! – Влад отвернулся и громко выдохнул, сквозь стиснутые зубы, потом снова повернулся ко мне, – Помимо нас, есть и другие страшные твари в этом мире. Твари, с которыми мы враждуем, твари, которые мечтают нас уничтожить. Одна из таких тварей отобрала тебя у нас и отправила в прошлое. На долгие шесть лет, Анна.