Порядковый номер жертвы

– Четырнадцатого июня у вас убили девушку…

– А-а, вы про это, – девичьи брови опустились, за ними поникла и хорошенькая головка, и она тяжко вздохнула: – Такое забу-удешь…

Но случившееся подзабылось, точнее, оно находилось на задворках девичьей памяти. Не имеет смысла упрекать: это свойство человеческой памяти – беда, случившаяся не с вами, забывается быстро. Особенно, когда вы молоды, и мысли о смерти вас не посещают.

– Тогда, четырнадцатого июня, вы были на ресепшене? – начал задавать нужные вопросы лейтенант юстиции Колесов.

– Я, – негромко ответила девушка. – Но меня об этом месяц назад уже спрашивали полицейские.

– Мне это известно, – сухо промолвил Анатолий. – Но вам придется все же ответить на мои вопросы.

– Хорошо, – ответила Елена.

– Меня интересует номер двадцать четыре. Когда его сняли?

– В этот же день. Четырнадцатого июня…

– В какое время?

– В два часа дня.

– На сколько?

– На сутки, – ответила девушка и немного смутилась. – Меньше у нас нельзя, – добавила она.

– То есть, если я хочу снять номер на ночь, мне все равно придется заплатить за сутки? – не без сарказма спросил Анатолий.

– Да, – коротко ответила Елена. – Таковы правила, причем в большинстве гостиниц.

– Получается, ваш отель предоставляет номера и для любовных свиданий, – скорее заключил, нежели задал вопрос Колесов.

– В компетенцию служащих нашего отеля не входит обязанность интересоваться, с какой целью клиент снимает у нас номер, – заученно произнесла девушка на ресепшене. – Это личная жизнь наших клиентов.

– Я вас понял, – кивнул Анатолий. – Клиент всегда прав.

– Что-то вроде того…

– А кто снял номер? – вяло поинтересовался лейтенант юстиции. – Можете его описать?

– Парень как парень. Лет двадцати пяти, – ответила девушка.

– Вы обратили внимание на какие-то особенности в его лице, может, нос был с горбинкой или еще что-нибудь такое.

Девушка пожала плечами:

– Обычный такой. Ничего особенного.

– Не кавказской внешности?

– Похоже, что кавказской.

– Как его звали?

– Сейчас найду… – девушка за стойкой регистрации посмотрела записи за прошлый месяц: – Карапетян Артур Георгиевич.

– Все правильно, – скорее сам для себя произнес Колесов. Потом достал фоторобот, сложенный пополам, и, развернув его, показал девушке: – А этого господина вы когда-нибудь видели?

– Позвольте? – Девушка взяла фоторобот и какое-то время смотрела на него. Наконец произнесла: – Я не уверена…

– Не уверены в чем? – быстро спросил Колесов.

– Не уверена, что видела именно его, – ответила Елена.

– И все же постарайтесь вспомнить: тогда, четырнадцатого июня, вы видели этого человека в вашем отеле?

– Кажется, да.

– А видеонаблюдение у вас ведется?

Девушка хотела было ответить, но ее взгляд упал за спину Анатолия, и она промолчала. Вместо нее Колесов услышал мужской голос:

– Конечно, ведется.

Лейтенант юстиции обернулся на голос. Позади него стоял мужчина лет тридцати пяти и демонстрировал на лице плохо приклеенную улыбку.


– Старший администратор… можно просто Алексей, – представился мужчина с приклеенной улыбкой и выжидающе уставился на Колесова.

– Анатолий, – в свою очередь, представился Колесов и добавил, отнюдь не собираясь улыбаться в ответ: – Если быть точнее, то лейтенант юстиции Колесов, из Следственного управления Следственного комитета.

– Ваше удостоверение, будьте добры, – попросил старший администратор, по-прежнему дежурно улыбаясь.

Колесов достал корочку и показал ее в развернутом виде.

– Ага, помощник следователя, – прочитал вслух администратор Алексей, и Колесову показалось, что в голосе гостиничного служки прозвучали нотки пренебрежения. – А вы вообще имеете право проводить допрос?

– К вашему сведению я не провожу допрос, – мягко поправил лейтенант юстиции. – Я задаю интересующие меня вопросы. Что касается моих полномочий, то они определяются моим руководителем, ведущим предварительное следствие. И если в комплекс проводимых им мероприятий входят разыскные действия и опрос свидетелей по какому-либо уголовному делу – а они входят, – подчеркнул Колесов интонацией свою последнюю фразу, – то я вправе проводить такие действия и такой опрос.

– А позвольте спросить: по какому такому уголовному делу вы проводите разыскные мероприятия? – поинтересовался старший администратор, уже не скрывая иронии в голосе.

– Месяц назад, а именно четырнадцатого июня, в вашей гостинице убили девушку, – холодно произнес Анатолий. – Сначала ее задушили, а потом нанесли два десятка ножевых ранений и нарисовали цифру «один» на ее лбу. А вы что, господин старший администратор… Алексей, – тоже подпустил иронии в свой голос лейтенант юстиции, – ничего не слышали об этом?

– Конечно же, слышал, – исчезла наконец с лица администратора плохо приклеенная улыбка. – А еще я слышал, что убийцу нашли и дело было закрыто. Вот вы об этом слышали?

– Как вы поразительно осведомлены, – заметил Колесов. – Да, дело закрыто. Но его не возбраняется открыть вновь. Если на то будут иметься достаточные основания, – добавил лейтенант. – Так вот: имеются такие основания или нет, – я и стараюсь выяснить. Так вы говорите, у вас ведется видеонаблюдение?

– Ведется, – неохотно ответил старший администратор.

– И вы его записываете? – поинтересовался Колесов.

– Записываем, – ответил мужчина.

– Я могу посмотреть запись от четырнадцатого июня сего года? – посмотрел лейтенант на старшего администратора отеля.

– Нет, – просто ответил мужчина.

– Почему? – ничуть не удивился такому ответу Колесов. – Я, как сотрудник Следственного комитета, имею право требовать необходимые мне документы и материалы, а вы, согласно Федеральному закону «О Следственном комитете Российской Федерации», попросту обязаны мне их предоставить. В случае же, если вы будете чинить препятствия в предоставлении нужных для ведения следствия документов и…

– Да боже упаси чинить вам препятствия, – обозначив ударение на слове «вам», произнес старший администратор. – Посмотреть нужную вам запись невозможно по одной простой причине: она изъята месяц назад вашими же сотрудниками… Вы уж там как-нибудь найдите общий язык между собой, – не скрывая насмешки, добавил старший администратор.

– Спасибо за совет, – не совсем искренне поблагодарил администратора отеля лейтенант юстиции, хотя Колесова очень подмывало ответить тому совсем иначе. – Непременно им воспользуемся. – Анатолий развернул и показал мужчине фоторобот: – Этого господина вы, случаем, не видели?

– Не видел, – мельком глянув на фоторобот, ответил старший администратор. – И вообще тогда была не моя смена…

– А чья?

– Старшего администратора Алены Викторовны.

– Так это, значит, она организовала проститутку в двадцать четвертый номер? – вскинул взгляд на старшего администратора Колесов.

Мужчина сделал вид, что обиделся:

– Ну что вы… У нас очень приличная гостиница. В прошлом году в ней даже останавливался Эрик Басхантер. На двое суток.

Колесов не стал допытываться, кто такой этот Басхантер. Но не удержался и спросил:

– Он тоже заказывал себе в номер девушек?

– Ну, знаете…

Администратор недоговорил и замолчал.

– Ладно, не тушуйтесь, – примирительно произнес Колесов и добавил: – Девочки по вызову не наша специализация. А вот та горничная, что обнаружила труп… – Колесов вполне дружелюбно посмотрел на администратора. – Она работает сегодня?

– Да, – коротко ответил старший администратор, нарочито обиженно глядя в сторону.

– Могу я с ней побеседовать? – спросил Анатолий.

– Она на этаже, – пожал плечами администратор.

Лейтенант юстиции Колесов поднялся на второй этаж и услышал шум пылесоса, доносившийся из двадцать второго номера.

– Здравствуйте, – открыл дверь, предварительно постучав, Колесов.

– Здравствуйте, – несколько удивленно посмотрела на него полноватая женщина лет за сорок. – Вы новый постоялец?

– Нет, – ответил Анатолий. – Я из Следственного управления.

Он показал удостоверение, но женщина на него даже не взглянула.