После

Гляжу на него в упор и киваю, ожидая, что он рассмеется мне в лицо.

– За что? – Я чувствую его горячее дыхание. Он выглядит каким-то… испуганным?

– Что?

– За что ты меня любишь… как ты можешь любить меня? – сипло спрашивает он.

И я понимаю, что ответ повлияет на мою судьбу больше, чем все, что было прежде.

– Как ты мог не видеть, что я люблю тебя? – спрашиваю я.

Он не верит, что я могу любить его? У меня нет доказательств, я просто чувствую. Он сводит меня с ума, заставляет быть злее, но я люблю его больше всех на свете.

– Ты говорила, что не любишь. И ты ушла с Зедом. Ты всегда бросала меня, ты ушла, когда я просил еще один шанс. Я говорил, что люблю тебя, но ты не верила. Ты знаешь, как мне было тяжело?

Я не сразу замечаю слезы на его глазах, потому что слишком отвлекаюсь на его грубую руку, держащую меня за подбородок.

– Мне нужно подумать над тем, что ты говоришь. Ты тоже причинил мне много боли, Хардин.

Он кивает.

– Я знаю. Прости. Позволь мне быть с тобой? Знаю, я тебя недостоин. Я не имею права просить об этом… но пожалуйста, всего один шанс. Я не обещаю не злиться на тебя или не спорить, но обещаю, что буду твой, целиком и полностью. Пожалуйста, разреши мне попробовать стать таким, каким ты хочешь.

Голос звучит так умоляюще, что лед внутри меня тает.

– Мне хочется надеяться, что у нас получится, но я просто не знаю, мы уже столько испортили…

Глаза предают меня, по щекам текут слезы. Хардин подносит руку к моей щеке и перехватывает одну слезинку, а по его лицу тоже текут ручьи.

– Помнишь, ты спрашивала, кого я люблю больше всего на свете? – спрашивает он.

Я киваю, хотя это кажется мне таким далеким, что я и не думала, что он помнит об этом разговоре.

– Тебя. Больше всех я люблю тебя.

Боль и гнев растворяются в моей груди без следа.

Прежде чем я позволю себе довериться ему и попаду в его лапы, спрашиваю:

– Это же не часть твоей безумной игры со мной, правда?

– Нет, Тесса. С играми покончено. Я просто хочу тебя. Я хочу быть с тобой по-настоящему. Только тебе придется меня этому научить.

Он нервно усмехается, и я смеюсь вместе с ним.

– Я забыл твой смех. Давно его не слышал. Я хочу, чтобы со мной ты смеялась, а не плакала. Да, я много натворил…

Я прерываю его, прижимаясь губами к его губам, чувствую вкус крови. Я так давно его не целовала, что колени дрожат от проходящего через меня тока. Я так сильно люблю этого свихнувшегося, озлобленного идиота, что боюсь, что он меня погубит. Он поднимает меня, и я обвиваю его ногами, запускаю пальцы в его волосы. Он стонет от страсти, и я сжимаю его еще сильнее. Я провожу языком по его нижней губе, и он морщится.

– С кем ты так подрался? – спрашиваю я, и он смеется.

– Ты спрашиваешь об этом сейчас?

– Да, я хочу знать.

– Ты всегда задаешь слишком много вопросов. Может, я отвечу позже? – дуется он.

– Нет, скажи.

– Только если ты останешься. – Он обнимает меня крепче. – Пожалуйста? – умоляет он.

– Ладно.

Я целую его и забываю о своем вопросе.





Глава 68





Когда мы, наконец, отрываемся друг от друга, я сажусь в углу, а Хардин умащивается на спинке кровати.

– Ладно, теперь расскажешь, с кем ты дрался? С Зедом? – спрашиваю я с тревогой.

– Нет. С какими-то незнакомыми парнями.

Я радуюсь, что это не Зед, но потом настораживаюсь.

– Погоди. Сколько их было?

– Трое… или четверо. Не знаю, – смеется он.

– Это не смешно. Зачем же ты дрался?

– Не знаю… – Он пожимает плечами. – Я разозлился, что вы с Зедом ушли, и решил, что это неплохая идея.

– Нет, это была плохая идея, посмотри теперь, на кого ты похож. – Я хмурюсь, и он озадаченно наклоняет голову набок. – Что?

– Ничего… иди сюда.

Он протягивает ко мне руки. Я пододвигаюсь и прислоняюсь к нему спиной.

– Прости меня за то, как я вел… ну, как я с тобой поступал, – шепчет он мне на ухо.

По телу пробегает дрожь от его дыхания.

– Все нормально. То есть ненормально. Но я дам тебе еще один шанс.

Надеюсь, он не заставит меня жалеть об этом. Не уверена, что стерплю еще одну его вспышку.

– Спасибо, я знаю, что не заслуживаю. Но я достаточно эгоистичен, чтобы этим воспользоваться.

Он зарывается носом мне в волосы, обнимает – и эти объятия новые и знакомые одновременно. Я молчу, и он поворачивает меня за плечи, чтобы заглянуть мне в глаза.

– Что случилось?

– Ничего. Просто я боюсь, что ты снова передумаешь.

Мне очень хочется броситься в омут очертя голову, но боюсь, что снова утону в нем.

– Не передумаю. Никогда не передумывал. Просто я боролся с собственным чувством. Понимаю, ты уже мне не доверяешь, но я хочу заслужить твое доверие. Я больше не причиню тебе страданий, – обещает он, наклоняясь ко мне.

– Не надо, пожалуйста! – жалобно прошу я.

– Я люблю тебя, Тесса, – говорит он.

Сердце просто выпрыгивает из груди. Это так прекрасно, что хочется слушать эти слова вечно.

– Я люблю тебя, Хардин.

Впервые мы можем сказать это друг другу открыто, не боясь пожалеть об этом. Даже если он опять меня предаст, я навсегда запомню, как это звучало и что эти слова заставили меня чувствовать.

– Скажи еще раз, – шепчет он, поворачиваясь ко мне лицом.

В его глазах я вижу такую открытость, на которую, я думала, он не способен. Я сажусь к нему на колени, беру лицо ладонями, вожу пальцами по щетине. По выражению лица понимаю, что он нуждается во мне, что ему необходимо слышать это снова и снова. И я повторю это столько раз, сколько нужно, чтобы он понял, что это правда.

– Я люблю тебя.

Я касаюсь губами его губ. Поцелуй с Хардином каждый раз разный: он как наркотик, которого никогда не бывает достаточно. Он мычит от удовольствия, мягко касаясь языком моего языка. Его руки сжимаются за моей спиной, и наши тела соприкасаются. Мозг не спеша, тщательно записывает каждую секунду нашего нежного поцелуя, спокойствия, установившегося между нами. Но тело требует, чтобы я, сжав пальцами его волосы, стягивала с него футболку.

Его губы движутся вниз, по моей скуле и перемещаются на шею.

Это произошло. Я теряю контроль над собой. Это опять произошло: сначала гнев и истерика, потом любовь. С моих губ срывается непроизвольный стон – и он вторит ему, целуя меня в шею, обхватив за талию и все больше наклоняясь надо мной.

– Я… так… скучал по тебе, – шепчет он, не отрываясь от моей шеи.

Я закрываю глаза, это слишком приятно. Хардин расстегивает куртку, глядя на меня голодными глазами. Не спрашивая разрешения, сдергивает с меня майку и со свистом вдыхает воздух, когда я выгибаюсь, чтобы он мог расстегнуть лифчик.

– Я уже забыл, как твое тело… подходит к моим рукам, – рычит он, хватая меня за грудь.

Когда он прижимается ко мне, я чувствую его возбуждение нижней частью живота. Наше дыхание становится все быстрее и сбивчивей, я никогда не чувствовала такого сильного желания. Каждый наш разрыв нисколько не уменьшает страсти, и я этому рада. Его рука скользит вниз по моему обнаженному животу и расстегивает кнопку на моих джинсах. Когда его рука оказывается в моих трусиках, он охает.

– Ты всегда такая мокрая!

Его слова только раззадоривают меня – и я приподнимаю бедра в ожидании прикосновения.