Приморский детектив

Кира вздрогнула: вот и обещанная помощь.

– Отстань от девушки и ступай прочь. Видишь, она не хочет с тобой разговаривать, – повернулся тем временем мужчина к Стасу, и тот, как-то вмиг погаснув, отступил.

– Спасибо, – вполне искренне поблагодарила Кира. – Только скажите, почему вы рыжий? Вы же совсем не рыжий!

– Так кличка еще со школьных времен, – ответил тот, открывая перед девушкой дверь новенькой синей иномарки. – Знаете, в школе часто дают клички по фамилии. Я Рыжов, значит, Рыжий.

Кира кивнула, устраиваясь на сиденье поудобнее, а Рыжов занял водительское место и, заведя мотор, вырулил на дорогу.

– Эти клички еще со школы остались, – продолжил он, набирая скорость. – Я вот Рыжий, Ветров – Ветер.

Девушка похолодела. В этот миг ей показалось, что под ногами разверзлась пропасть. А ведь он и в самом начале сказал, что пришел от Ветра. Она тогда в запале просто не обратила на это внимания и осознала только теперь. Он сказал – «от Ветра», но ведь друзья называют Ветрова Ураганом.

– Мы сейчас в гостиницу? – спросила она, стараясь говорить как можно спокойнее.

– Нет, нужно немного прокатиться. Ветер просил забрать остальные копии. Ты же знаешь, где они?

Машина неслась по улице, и о том, чтобы прыгать на ходу, не шло и речи. Может, бойкая спортивная Соня и справилась бы с этим, но только не Кира. Она судорожно соображала, пытаясь выйти из ситуации, в которую угодила по собственной глупости.

– А Ветер не говорил, где копии? – повторила она, давая себе время на раздумья.

– Он сказал, что вы покажете.

– Ах, – Кира вздохнула. – Очень странно…

Она лихорадочно соображала. Нужно придумать что-то убедительное и… привезти врага туда, где его смогут поймать. Кажется, выход был.

– Разве вы не прятали их вчера вместе? Ну, когда ныряли в пещеру? – продолжила она.

Ей показалось, или руки, лежащие на руле, слегка дрогнули.

– Нет, он нырял один. Я просто страховал на берегу, – отозвался водитель.

– А… – Кира судорожно огляделась. – А остановите, пожалуйста. Куплю минералки, очень пить хочется.

Ей бы выбраться из машины, а там уж как-нибудь. В конце концов, вокруг люди, не станет же этот Рыжов, или как там его на самом деле, стрелять?..

– Не будем терять время. На месте все есть, – отрезал он не слишком любезно.

Попытка сбежать с треском провалилась.

Машина съехала с людных улиц, пропетляла немного и выехала к знакомой Кире бухте. Вот и всё.

– Ну, выходи, приехали!

Дверцу с Кириной стороны распахнула красивая женщина. На этот раз на ней были обычные джинсы и темная футболка, однако не узнать Светлану Кира не могла.

– Выходи. Ты все равно уже догадалась. Интересно, почему? – Светлана Шаблина смотрела на Киру с легким любопытством. На ухе у нее тоже посверкивала гарнитура – очевидно, Лана находилась на прямой связи и слышала все, что происходило в салоне.

– Ветрова называют Ураганом, а вовсе не Ветром, – объяснила Кира, медленно выходя из машины. – И ваш шофер, очевидно, тоже вовсе не Рыжий. И даже не Рыжов.

– Прокололись, бывает, – Лана равнодушно пожала плечами. – Рыжего под рукой не нашлось. У меня всего-то помощников: Стас да вот этот, – кивнула она на водителя. – Пока Стас тебя отвлекал, Витя прочел эсэмэс, а я придумала трюк с фамилией. Сработало же, ведь правда?

Она была безупречно хороша. Странно, что Стас говорил о долгих поисках ракурса, Кире казалось, что фотографировать Шаблину можно буквально с любого ракурса. Не найдешь недостатков, как и в кукле Барби. Не зря Соня называла мачеху куклой.

– Зря ты в это вмешалась, – Светлана вздохнула. – Я знала, что девчонка тебе обо всем разболтала, вы ведь такими подружками стали, но пожалела тебя. Думала, что у тебя нет доказательств. Стас уже тогда умным пареньком был, очень с Шаблиным породниться хотел, а заодно передо мной выслуживался. Он про доказательства и разузнал. Кто же знал, что девчонка додумается снять копию и спрятать ее в другом месте. И ты тогда молчала, как умная. Но вот прошло время, и на твоем пути встретился этот журналист, который прекрасно знал, что делать с подобной информацией. Это же он подговорил тебя сюда приехать? Так?

– В целом так, – согласилась Кира, думая о том, что такая откровенность не к добру. Интересно, где же Ветров? Успел ли он? Вдруг нет?

– Сегодня он прислал мне письмо. Потребовал выкуп. Будто я совсем дурочка и не понимаю, что копий можно нарезать так много, чтобы всю жизнь меня шантажировать. Нет, – Лана улыбнулась. – Гораздо лучше изъять все копии, а также ваши телефоны, наверняка и в сети где-то архивчик припрятан – и дело с концом. Ветров, кстати, скоро придет за деньгами. Возьмем на горяченьком. Не думаешь ли, кстати, девочка, что он и тебя бы кинул? Зачем ему с кем-то делиться? Получил от тебя хороший материал для моего доения – и всё, больше ты ему без надобности.

Кира не отвечала, опустив взгляд в землю.

– Молчишь? – Светлана хохотнула. – Ну молчи. Самое важное ты уже сказала. Возьмем твоего Ветрова, а потом как раз прилив начнется – наведаюсь в пещеру. Не впервой.

– Но вы же не умеете плавать? – Кира была так удивлена, что не удержалась от вопроса.

– Ой, – Светлана покачала головой. – Ты прочитала то интервью? Забавно, как все верят печатному слову. Знаешь, детка, собственно, все так удачно сложилось случайно. В то время я очень хотела понравиться Сониному отцу, а он как-то обмолвился, что не любит пловчих – плечи у них, мол, накачанные. Я про свой разряд по плаванию и не сказала. А ему было приятно, что я вроде плавать не умею, а они с дочкой в воде, как акулы, рассекают. Смотрела я, бывало, на них и думала: «Хоть бы утонули». Видишь, мечты иногда сбываются. И тебе, деточка, – она посмотрела на Киру, – утонуть придется. На воде, к сожалению, часто бывают несчастные случаи. Только представь: вы со своим молодым человеком решили ночью поплавать – романтика и все такое, да не рассчитали силы. Море у нас тут коварное, непредсказуемое. В общем, ты и сама утонула, и его на дно утащила. Печально.

Кира с трудом сглотнула. Не зря она так боялась моря. Уж лучше бы застрелили, что ли. Что же делать? Путь назад отрезан, Ветрова нет. Как сбежать? Один выход – прыгнуть в море прямо сейчас, не медля.

Темная, казавшаяся черной вода внушала ужас, однако именно она сулила единственную надежду на спасение. Удалось же доплыть до пещеры тогда, с Соней. Прилив еще не начался, значит, шанс есть.


– Нет, зря ты все-таки вмешалась, – снова вздохнула Лана. – Шаблин мне нравится. У него есть одно главное достоинство – он не ревнивый. Так верит в собственное могущество, что даже не думает о том, что его можно на кого-то променять. В то время у него один конкурент был, и я не знала, кто из них на коне останется, поэтому подстраховалась на всякий случай. Чтобы кто бы ни победил, я в дамках оказалась. А Соня мало того, что подглядела и на телефон записала, так еще тебе проболталась и копию оставила. Отвратительная была девчонка, корчила из себя королеву. И кольцо мое зачем-то прихватила. А оно счастливое, еще мамино. Как же я была зла на девчонку! Она ведь думала, что папочка ее защитит, что ей все с рук сходить будет. Не сошло.

Кира сделала один осторожный шаг к обрыву. Когда-то Соня отсюда прыгала. Значит, море внизу безопасно… Было… За одиннадцать лет это могло измениться. Да что угодно могло измениться за одиннадцать лет! Где же Алексей, почему он медлит?

– Что-то твоего Ветрова все нет, – тоже забеспокоилась Лана, глядя на часы. – Пора бы ему появиться. Знаешь, а давай-ка мы с тобой…

Слушать ее дальнейшие планы Кира не собиралась. Вместо этого она закрыла глаза и прыгнула.

Удар о воду оказался невероятно болезненным. Она ушла с головой в глубину и уже не понимала, что происходит, где верх, а где низ. Легкие разрывает огнем, и Кира хорошо знала и помнила это чувство.

Она даже не удивилась, увидев и другой привычный атрибут своих кошмаров – двенадцатилетнюю девочку с колышущимися в воде волосами и призывно распахнутыми руками.

«Вот и всё», – поняла Кира.

Но утопленница вдруг толкнула ее вверх, навстречу воздуху и распахнувшемуся от горизонта до горизонта прошитому крупными звездами плащу неба.

Кира закашлялась, выплевывая из легких воду, и поняла, что еще жива.

«Плыви. Это легко, я помогу», – почудился ей странный, едва слышный голос.

И Кира поплыла – нелепо, по-собачьи, так, как умела, но все же поплыла. Впервые за одиннадцать лет она оказалась в море не в кошмарном сне, а в реальности, и страх вдруг отступил – нет, не исчез совсем, но отошел, притаился в тени сознания, занятого сейчас только одной задачей – плыть.

Она сама не знала, как добралась до пещеры, проскользнула в лаз и, наконец, смогла встать на ноги и как следует отдышаться. Она выжила.





* * *


– А ты, оказывается, отчаянная! – Алексей налил в Кирин бокал рубиново-алое вино. – Никак не ожидал, что ты прыгнешь. Лида, ну, твой психолог, сказала, что ты панически боишься воды – и вдруг.

– Я и вправду боюсь, – призналась Кира, делая осторожный глоток. – Но тогда мне показалось, что это единственный шанс спастись.

В окно кафе светило солнце, заливая все пространство прозрачно-медовым светом. Пахло кофе и сдобой, а еще безопасностью, и это было лучше всего.

– В общем, получилось даже лучше, чем мы думали. С психологической стороны. Лида уверяет, что теперь у тебя все будет нормально, раз ты переступила через страх, – продолжил Ветров. – А мы тогда, уж извини, задержались. Светлану потянуло на откровенность, и Шаблин захотел дослушать. Его, в общем, можно понять. Ты молодец, раскрыла это дело. Когда ты узнала на фотографии кольцо, я позвонил Шаблину. Сначала он, понятно, не хотел верить и высказался на мой счет весьма нелицеприятно, но потом на эксперимент согласился. Вот тогда-то я и написал Светлане эсэмэс с требованием выкупа. Собственно, было вполне достаточно ее появления у бухты, а она еще и во всем практически призналась. Нравится мне этот синдром злодея – желание выболтать всё, чтобы мир оценил заслуги. А мы аппаратурку задействовали и записали. Идеально сложилось. Ну, давай за это и выпьем!

Бокалы звякнули.

– Тебе спасибо. Когда ты за мной приплыл, я сидела в пещере и не знала, что делать дальше, боялась, что вот-вот начнется прилив, – призналась Кира.

О том, что она видела Соню, девушка решила благоразумно умолчать. Вряд ли рассказ о Соне понравится Лидии или любому другому психологу, а значит, опять начнется по новой – обследования, таблетки, долгие мучительные беседы…

– Это был мой долг – спасти прекрасную даму! – Ветров рассмеялся. – Бедный Рыжий – он в это время носился кругами по набережной и писал мне полные паники эсэмэски. Ты бы его, кстати, сразу узнала – редко увидишь настолько рыжие волосы. Но ты и тут умудрилась устроить сюрприз. Определенно, спасать тебя – дело нелегкое. Но признаюсь, сложнее всего пришлось с Шаблиным. Чтобы убедить его не заниматься самосудом, потребовался не только весь мой талант убалтывателя со стажем, но и весьма весомые аргументы в виде значимых знакомых. Но ничего, и с этим справились. Так что объявляю дело закрытым. Можно возвращаться.

Кира поколебалась, но все же решилась и, глядя в свой бокал, чтобы не смотреть на Алексея, тихо спросила:

– А мы еще увидимся в Москве?

Ветров покрутил свой бокал в руках, видимо, собираясь с мыслями, и только после этого ответил:

– Пожалуйста, только не считай меня рыцарем. Я просто отдал один старый долг. Не хотел рассказывать тебе, но раз уж зашла об этом речь… В общем, я немного знал Соню Шаблину. Я тогда только начинал журналистскую деятельность, был амбициозным и излишне прытким. Она мне писала, а я так и не ответил. Презирал ее, считая избалованной малолеткой, дочерью миллионера. Даже не сразу узнал о том, что она умерла… А потом, когда услышал от Лиды твою историю, вдруг понял: это мой второй шанс. Я обязан этой девочке. Кто знает, как бы все сложилось, если бы я ее не проигнорировал… – он замолчал и залпом выпил вино.

Кира тоже сидела задумавшись. Вот, оказывается, как все причудливо складывается. И надо же было ей встретить как раз того человека, о котором рассказывала когда-то Соня. Неужели у них опять странный треугольник получается, как когда-то со Стасом?

Словно услышав ее мысли, Ветров посмотрел на Киру в упор.

– Вот еще что, – сказал он слегка напряженным голосом. – В Москве у меня есть девушка. Когда-нибудь я вас познакомлю. И, пожалуйста, звони мне, если возникнут хоть какие-то трудности. Я, конечно, не рыцарь, но тебе помогу всегда. Я тебе очень благодарен за то, что только благодаря тебе я с тем старым долгом хоть отчасти рассчитаться смог.

– Хорошо, – Кира грустно улыбнулась.

Вот все и закончилось, так и не успев начаться. Интересно бы посмотреть на девушку Ветрова. Наверняка она совсем не такая, как Кира, – уверенная, терпеливая, спокойная и, конечно, безупречно красивая.

А за окном светило южное солнце, какого не бывает в северных краях, и в его свете таяли все тени, все тревоги, и шумело, наступая на берег в извечной битве, море. Теперь Кира могла думать о нем спокойно, она знала его главный секрет.





Евгения Михайлова

Морской козел