Приморский детектив

– Ты тот самый тип, что навалял моим парням? – сказал он голосом человека с хорошим пищеварением и полным отсутствием долгов. И кивнул на кресло. Я с радостью воспользовался приглашением и стал увлеченно его разглядывать. Он мне нравился. Такие обычно живут со вкусом. Он молчал, и я никуда не торопился, мы пялились друг на друга, и конца этому не предвиделось. Он не выдержал первым: – Я смотрю, ты у нас молчун.

– Я долгое время был женат, набрался опыта.

Он весело засмеялся.

– Откуда тебя черт принес? – Я сделал неопределенный жест. – Ты пришел поглазеть на меня? Может, выпьешь перед уходом?

– А я ухожу?

Он наблюдал за мной с одобрением. Ему еще предстояло разочароваться во мне.

– Ты отнимаешь у меня время, – вздохнул он. – А время, как известно, деньги. Говори, зачем пришел, или проваливай.

Я достал сигарету и не спеша закурил.

– Я приехал в этот город отдохнуть. Немного поваляться на солнышке, в общем… приятно провести время. Познакомился в баре с девчонкой, титьки которой мне пришлись по вкусу.

– Это точно, – хмыкнул он. – Титьки у нее выше всяких похвал.

– Мне на хрен не нужны неприятности, – продолжил я. – Но они вдруг возникли на второй день знакомства. Обсуждать что-либо с бабами – глупая затея, и я пришел к тебе в надежде, что ты мне растолкуешь, во что я влип. Если твои претензии к пышногрудой обоснованны, я готов свалить из города прямо сейчас. Если нет… если нет, лучше тебе оставить девчонку в покое.

– Она что-то значит для тебя? – вроде бы удивился он и добавил с усмешкой: – На второй день знакомства.

– Я придерживаюсь точки зрения, что за грехи надо платить, а за удовольствие – расплачиваться.

Он отлепился от камина, прошел к бару и налил коньяк в два бокала, подошел и протянул один мне.

– За твое здоровье. За его остатки. – И взглянул с любопытством: ему, похоже, было интересно, сколько я еще проживу. Мы выпили и вновь уставились друг на друга. – Что за историю она успела для тебя придумать? – спросил он.

– Я же сказал, что не веду серьезных разговоров с бабами. Зачем, по-твоему, я сюда явился?

– Ладно, объясню в трех словах, как обстоят дела. С Мариночкой мы знакомы давно. У нее масса достоинств, но есть и пороки. Один из них – игра. Девочка она азартная и деньги просаживала с размахом. И здорово мне задолжала.

– Тебе? Здесь что, подпольное казино?

– Надеюсь, тебя это не смущает?

Меня это не смущало.

– В общей сложности набежало сто штук зеленых. Пока был жив ее муж, я терпел. Но сейчас ей ничто не мешает расплатиться со мной. Мне надоели ее увертки, и сегодня я решил дать ей понять, что шутить не намерен. Я не могу позволить какой-то бабе водить меня за нос. Как видишь, ты можешь свалить из этого города прямо сейчас.

– У тебя есть ее расписки? – спросил я.

– Нет, – покачал он головой.

– Ты не похож на парня, который отстегнет сто штук зеленых в долг под честное слово.

– Видишь ли, я тоже любил прикорнуть на ее роскошном бюсте, и брать с нее расписки было как-то неудобно. Потом любовь прошла, а долг остался. Вот и все.

– А этот самый долг никак не связан с кончиной ее супруга?

– Не понял, – тихо произнес он, голос похолодел, как обед в кафетерии.

– А ты пораскинь мозгами.

В его глазах появилось беспокойство, всего на мгновение, но и этого было достаточно, чтобы понять: все так и есть.

– Не знаю, что она успела тебе наболтать, но это карточный долг.

– Ясно, – сказал я, поднимаясь.

– Вали из города, ковбой, – сказал он мне вдогонку. – Не то очень скоро мы опять встретимся.

– Ага, – кивнул я. – Предупреди заранее, чтоб я успел пулемет смазать.

Он весело засмеялся, а я поторопился закрыть дверь.

В коридоре паслись здоровячки, их, похоже, удивило, что я вышел из кабинета на своих двоих. Они увязались за мной, вышли на улицу, где меня ожидало такси, и тут один из них не выдержал.

– Ты здорово пожалеешь, – зловещим шепотом начал он, а я перебил:

– Даже спорить с тобой лень. Отвали. – И сел в машину.


Итак, нет никакой загадки. Трофимов – бывший любовник моей пышногрудой, ей надоел муж, а парень разевал рот на его денежки, и они сошлись во мнении, что дядя задержался на этом свете. Витенька помог ему свалиться с балкона, но красотка вдруг заартачилась. И что теперь делать бедолаге? Самому на себя ментам доносить? А малышка не промах. В самом деле, ничто не мешает мне уехать из города прямо сейчас. Но тут зашевелилась моя пресловутая интуиция. «Все не так просто, – шептала она. – Зачем-то ты им понадобился». И вместо того чтобы ехать в гостиницу, я отправился к Маринке.

Она ждала меня на веранде, услышав, как подъехала машина, бегом припустилась навстречу, повисла на шее, жарко шепча:

– Сашенька…

А мне захотелось вбить ей это слово назад в горло вместе с зубами, потому что опять явились тоскливые мысли о другой женщине… Узнай она, чем я сейчас занимаюсь, непременно бы сказала: «Ты спятил, Саша». Так и есть. Я ищу смысл жизни там, где его и быть не может.

Задвинув непрошеные мысли куда подальше, я трепетно обнял пышногрудую.

– Я чуть с ума не сошла от страха, – продолжала шептать она.

– Я ведь сказал: ни о чем не беспокойся.

– Ты его видел? – отстранившись, деловито спросила Маринка, я кивнул. – И что?

– Он из тех мальчиков, что больше всего на свете любят отрывать мухам крылышки.

– Что он сказал тебе?

– Ты ему здорово задолжала.

– Вот скотина, – хмыкнула она. – Я не брала у него ни копейки. У меня нет долгов.

– А пороков? – спросил я.

– В каком смысле?

– Ну, может быть, игра…

– Вот, значит, что он придумал… Я равнодушна к игре. И у меня нет долгов. Ты понял?

– Конечно, дорогая.

– Идем в дом, расскажешь мне подробно о вашем разговоре.

Конечно, я рассказал. Она то и дело возмущенно меня перебивала. По ее версии, Трофимов обычный вымогатель, а она несчастная одинокая женщина. Я вторично заверил, что с этого дня она не одинока.



Утром я съездил в гостиницу за вещами и занял комнату по соседству с Маринкиной спальней. Два дня ничего не происходило. Я плавал в бассейне, грелся на солнышке и трахал хозяйку. Трофимов себя никак не проявлял, сомнительно, что мое появление так на него подействовало. Подобная жизнь наскучила бы очень скоро, мне-то уж точно, но распирало любопытство: что задумала моя пышногрудая. В доме, кроме нас двоих, постоянно жили две женщины – кухарка и горничная – и недотепа-охранник. По тому, как он временами пялился, становилось ясно: за хозяйские титьки он в прошлом не раз держался, и мое появление для него как кость в горле. Если у нее под боком этот тип, с какой стати понадобился я? Об этом пока оставалось лишь гадать, с выводами я не торопился, уверенный, что очень скоро события начнут развиваться. Так и вышло.

В субботу мы завтракали на веранде, Маринка сидела напротив, пила кофе и вдруг спросила:

– Ничего не хочешь рассказать о себе?

– С какой стати? – удивился я.

– Женщины любопытны, – пожала она плечами. – Я навела о тебе справки. Ты ведь не станешь возражать, что с моей стороны это разумная предосторожность? Так вот. Настоящий Максимов Александр Леонидович сейчас находится в Казани. Не удивляйся, у меня есть необходимые связи.

«А вот это вряд ли. Зато необходимые связи наверняка есть у Трофимова». Я кивнул, соглашаясь. Это ее задело. Должно быть, не такой реакции она ждала.

– Кто ты такой? – зло спросила она.

– Если я здесь с чужим паспортом, глупо ждать, что я отвечу на этот вопрос.

Она тут же вспомнила о роли несчастной девочки, напустила в глаза тумана и перешла на жалобный шепоток:

– Но ты ведь должен понять…

– Ничего я тебе не должен, – перебил я, а она всхлипнула и очень натурально заревела. Я погладил ее ладонь и улыбнулся пошире. – Ну, хорошо, хорошо. Видишь ли, милая, совсем недавно я работал охранником у одного богатого засранца. Он с утра до вечера ковал свое светлое будущее, иногда и ночь прихватывал, а молодая жена дурела от безделья в загородном особняке. Так как я безвылазно торчал в том же доме, то заразился чужой дурью, и мы пару раз оказывались в одной постели. Дядя об этом узнал и сильно разгневался. Дамочка вовсе не собиралась променять богатого муженька на парня вроде меня и поспешила покаяться. Ее послушать, так я тянул бедняжку в постель едва ли не силой. В общем, весь праведный гнев обрушился на меня. И я счел за благо смыться подальше, а чтобы найти меня было нелегко, воспользовался чужим паспортом. Вот и все.

– Интересная история, – усмехнулась Маринка.

– Главное – правдивая. Женщины не только любопытны, но и болтливы. Так что для тебя я по-прежнему Максимов Александр Леонидович.

– Два дня назад в гостинице «Альбатрос» убили какого-то типа, – пристально глядя на меня, заявила она.

– Да?

– Говорят, он пластический хирург.

– Кому-то не приглянулись большие титьки?

Она помедлила немного, отодвинула чашку.