Разрушительница пирамид

Два месяца назад, в один совсем не прекрасный день, я шла по улице, размышляя о превратностях судьбы, своей, разумеется. На душе скребли кошки, отчаянно хотелось чего-то светлого, сильного мужского плеча рядом. Уткнуться бы носом любимому в широкую грудь и махнуть рукой на все беды.

Господь внял моим молитвам, плечо и грудь я получила, но так как помечтать обо всем, что к этому прилагается, я попросту не успела, то и получила то, что получила: Сергея Николаевича Каверина, мужчину, при виде которого в первую минуту у меня аж зубы заныли. Наверное, все-таки в преддверии неминуемой расплаты, хотя тогда казалось – от исступленного желания обладать таким сокровищем.

Итак, я шла печально-задумчивая, но, завидев расчерченные на асфальте клетки для игры в классики, в целях поднятия настроения запрыгала на одной ноге. Признаться, я думала, современные дети в классики уже не играют, и удивление смешалось с ностальгией по детству. В общем, я увлеклась. Со мной так бывает. Почувствовав на себе чей-то взгляд, вскинула голову и увидела припаркованный по соседству «Мерседес». Дверь его была приоткрыта, опершись на нее, стоял мужчина лет тридцати пяти и улыбался, светло и празднично, то есть в полном восторге от моих скачков. Я малость смутилась и замерла, а потом, заподозрив, что выгляжу глупо, спешно ретировалась.

Дверь за моей спиной хлопнула, послышались шаги, а вслед за этим раздался голос:

– Девушка, подождите, пожалуйста.

Оглянувшись, я увидела в паре метрах красавца-мужчину, который покинул свой «Мерседес», чтобы увязаться за мной. Вот тогда зубы и свело, а сердце сладко екнуло. До той поры подобные мужчины виделись разве что во снах, ну и еще в кинематографе. Он был просто неприлично красив. Темно-каштановые волосы, свиваясь в кольца, падали на плечи, солнцезащитные очки он поднял на лоб и смотрел на меня ярко-зелеными глазами, блестевшими, точно изумруды. Губы наводили на грешные мысли. Мне захотелось сесть, а еще лучше прилечь, дабы не рухнуть без чувств от такой удачи. Мелькнула мысль: «А ну как он решил спросить, как проехать… все равно куда?..» Но я погнала ее прочь, ибо ясно было: в его новеньком «Мерседесе» наверняка имелся навигатор, а если все же нет, то мобильный у парня есть точно.

В общем, сердце продолжало сладко ныть, а внутренний голос не бурчал, против обыкновения, а повизгивал от восторга, повторяя:

«Это он, это он».

«Судьба наконец взялась за ум, – решила я. – И послала мне это сокровище, компенсацию за все мои беды».

В тот момент беды не особенно удручали, мало того, я была согласна пройти своим крестным путем еще раз, лишь бы получить вот такую награду.

– Куда вы так бежите? – подходя ближе, спросил он, протянул руку и добавил: – Сергей.

Мне ничего не осталось, как представиться:

– Ева.

– Бог мой, что за имя! – запел он. – Вы необыкновенная девушка, и имя у вас необыкновенное.

– Правда? – решила я умерить его радость, сама удивляясь, с какой стати, может, права мама, и я существо с вредным характером? – У нас в классе две Евы были, а в садике – три.

– Но они точно не были такими красивыми, – нашелся Сергей.

– Пожалуй, соглашусь, – сказала я, а он засмеялся.

– Можно, я вас провожу? Или… – кивнул он на свою машину, – подвезу? Мы могли бы выпить кофе… где-нибудь.

Расставаться с мужчиной своих девичьих снов очень не хотелось, но трусить за ним в машину тоже было ни к чему, пусть не думает, что мне это за счастье.

– Здесь, в конце бульвара, есть кафе, – после легкой заминки ответила я. – Кофе у них вполне приличный.

– Тогда идем? – улыбнулся он и зашагал, ухватив меня за руку.

И счастье наполнило меня до краев – то, о чем я мечтала, но во что слабо верила, сбывалось прямо на глазах.

В кафе мы просидели больше часа, успев поболтать о многом. О своей работе он говорил уклончиво, но так как я о своей тоже предпочитала помалкивать, то на данной теме мы не задержались.

Он предложил отвезти меня домой, но я решила особую заинтересованность не проявлять и ответила, что пройдусь по магазинам.

Мы обменялись телефонами, и через полчаса он уже звонил с предложением поужинать вместе. Я ответила, что с радостью, но не сегодня. У меня планы, и менять их поздно. В результате мы решили встретиться следующим вечером.

Я бросилась к Олеське с рассказом о чуде и с просьбой о помощи. У меня было платье, но не было подходящих туфель, зато они были у Олеськи.

Вторично поведав подруге, как выглядел мой новый знакомый, я ответила на три десятка вопросов от простенького «Как он тебе?» до практически философского: «На какой по счету встрече можно отправиться с парнем в постель, не чувствуя себя падшей женщиной?» И напомнила о туфлях. Получила их, а также благословение подруги вкупе с пожеланием ни в чем себе не отказывать.



На свидание Сергей явился с букетом, чего я точно не ожидала. Кирюха дарил мне цветы разве что на день рождения, выбирая те, что подешевле, а потом еще неделю жаловался на дороговизну и глупые обычаи, которые надо изживать. Сергей на цветы точно не скупился, букет был не огромным, зато стильным и дорогим. Я порадовалась, что купила это платье, несмотря на личный финансовый кризис. В нем и в Олеськиных туфлях я выглядела сногсшибательно.

В ресторане на нас глазели. Я почувствовала себя на вершине блаженства и была в ударе. Сергей смотрел на меня с обожанием, а я изображала королеву. Вопрос о сексе не был поднят, хотя напрашивался, причем с обеих сторон.

Скажу сразу, до постели у нас так и не дошло, потому что на третий день речь зашла о моей работе, и я в расчете на поддержку и утешение рассказала про пирамиду. Сергей долго смеялся, что вызвало растерянность, а потом спросил:

– Серьезно, в Москву ездила?

– Здесь с ними бороться было бесполезно, у них же все куплено.

– А чем они тебе не угодили? Этот Осмолов, он что, приставал к тебе?

– Я его не видела ни разу, – сказала я. – Они жулики. Не могла же я им позволить людей обманывать.

– Почему? – брякнул он и тут же поправился: – Да, конечно.

Но было поздно. В душе моей зрели подозрения, что мой рыцарь далек от идеалов благородства и, очень может быть, нам с ним не по пути. Я, конечно, отказывалась в это верить, но приглядываться начала.

Как раз в это время меня пригласили на очередную «беседу» к следователю по поводу пирамиды. Следователь был в летах, разговаривал со мной отечески и даже поинтересовался, как мне теперь живется. В окружении благодарных сограждан, а еще без работы. Я ответила, что с работой все более-менее нормально, а свои геройские будни в деле развала очередной пирамиды я не афиширую, дабы не наполнять жизнь сплошным экстримом. Не забыла упомянуть про угрозы Осмолова, на что следователь сочувственно покивал, а потом ласково так продолжил:


– Ева Станиславовна, мне известно, что вы встречаетесь с одним мужчиной.

– Откуда известно? – пискнула я, следователь снисходительно улыбнулся.

– Признаться, очень был удивлен, зная, что вы за человек и что собой представляет ваш, так сказать, избранник. Не обижайтесь, но я счел своим долгом предупредить вас, потому как уверен, вы о нем мало что знаете.

– Вы кого имеете в виду?

– Каверина. Вы ведь с ним встречаетесь?

– Да, – кивнула я и попросила воды.

– Давно вы знакомы? – наливая мне целый стакан, продолжил следователь, звали его Константин Егорович.

– Нет.

– Он вам что-нибудь о себе рассказывал?

– В общих чертах… У него бизнес…

Я была уверена, сейчас Константин Егорович заявит, что Серега женат, и призвала себя стойко встретить очередной удар судьбы. Но все оказалось даже хуже, хотя куда уж…

– Бизнес – это точно. Вот только это криминальный бизнес. Наркотики, проституция и так далее.

Я залпом выпила воду и спросила, наплевав на его седины:

– Тогда какого хрена он у вас на свободе?

– Мы бы рады отправить его куда следует, но… – Тут Константин Егорович развел руками. – Осторожный, бестия, и серьезных покровителей имеет.

– А вы его вместе с покровителями посадите, – посоветовала я.

Следователь хмыкнул, посмотрел на меня и заметно помрачнел.

– Чтобы осудить человека, нужны неопровержимые доказательства, – промямлил он. – Пока их нет, но мы работаем. Я почему этот разговор завел. Каверин с Осмоловым очень хорошо знакомы, положим, друзьями они не были, но… его появление в вашем окружении может быть спланировано.

– В смысле, эти гады какую-то пакость затевают?

– Вы же ключевой свидетель в деле, – вздохнул Константин Егорович, точно извиняясь.

– Тогда дайте мне охрану, – заволновалась я.

– Это не так просто. Пока повода не вижу… Я так полагаю, познакомились вы случайно и инициатором был он?

– Само собой, он. А как еще? – огрызнулась я.

– Ну… в наше время девушки зачастую проявляют инициативу.

На это я предпочла не отвечать, но вспомнила, как мамуля на днях заявила: чувства – по-прежнему удел женщин, мужчинам их прекрасно заменяет интернет. Иногда мамуля бьет не в бровь, а в глаз. Лучше и не скажешь. Какова вероятность, что красивый, свободный, богатый парень подойдет к тебе на улице с предложением идти по жизни рядом ближайшие полвека? Мой опыт, хоть и не особо большой, свидетельствовал: вероятность стремится к нулю. Все мои знакомые девчонки тоску гоняют в ожидании хоть какого-нибудь возлюбленного, а тут и красавец, и умница, и с ходу влюбился, увидев, как я скачу на одной ноге. Дураку ясно, казачок засланный.

Простившись со следователем, я побежала к Олеське делиться большим горем. Подруга сказала, что влюбиться в меня с первого взгляда очень даже можно ввиду моей неземной красоты (тут сразу же наметились разногласия) и нормальные мужики еще, слава богу, не перевелись, хоть место их обитания нам и неизвестно. С последним я охотно согласилась – у нас один Кирюха на двоих, а назвать его нормальным у меня язык не поворачивается. Солидарны мы оказались и в том, что ухо мне надо держать востро.

Поразмышляв, я решила, что это обременительно, куда проще прекратить встречаться с Каверниным. Дело в том, что тянуть и дальше с сексом было уже невозможно, без того чтоб он не подумал, что у меня не все дома, а ложиться в постель с жуликом не хотелось. Потому что жулик – он жулик во всем, а я, связываясь с ним, вроде тоже как жульничаю, хоть и пассивно. Взять те же цветы. Если деньги на них он получил мошенничеством, а я букет приняла… Короче, передай смертный грех по кругу. А оно мне надо?

Я собралась с силами и в тот же вечер заявила Каверину, что наша встреча была ошибкой. С минуту он сидел истуканом, а потом с обидой спросил:

– Ева, ты спятила?

– Мне очень жаль, но мы не подходим друг другу, – ответила я, решив, что не худо бы всплакнуть. «Мужское самолюбие надо щадить» – отличный мамин совет, которым она сама никогда не пользовалась.

– Не подходим? – перешел на зловещий шепот Серега: мы ужинали в ресторане, и повышать голос он все-таки не стал.

Я очень рассчитывала, что в общественном месте Каверин будет держать себя в руках, но на всякий случай укрылась за очередным букетом, который украшал наш стол.

– Я месяц как идиот таскаюсь с дурацкими цветочками, то в театр, то в филармонию… не трахнулись ни разу, а я терплю, потому что влюбился, как пацан…

– Дело совершенно не в этом, – выглянув из-за букета, сказала я. – Сегодня я была у следователя… в общем, он сказал, бизнес твой криминальный и, по его мнению, твое место в тюрьме.

– Ага, разбежался. Пусть докажет, деятель хренов… Тебе-то какое дело до моего бизнеса? – зашипел он чуть громче, но тут вдруг приуныл, наверное, вспомнил о моем недавнем подвиге – разоблачении очередных мошенников.

– Сережа, прости меня, пожалуйста, – заныла я. – Но нам действительно лучше расстаться.

– Не знаю, что тебе наговорил это дурак-следователь. Короче, выброси все это из головы, никто меня не посадит, мы будем жить долго и счастливо. Между прочим, я сейчас церковь восстанавливаю по благословению нашего владыки… – похвастал он.