«Сандал», которого не было

– Мухтарыч! Мухтарыч!

Мерещится, что ли? Да вроде нет…

– Мухтарыч, это Граф!

Волоча за ремень звякающий о мерзлую землю разряженный автомат, он, с трудом переставляя ноги, медленно пошел к трассе.





Глава 8

«Стрелки» – перестрелки




Шум – бригадир

Похороны Тайсона прошли на подобающем его положению уровне: сотни машин, криминальные генералы со всей России, отпевание в известном соборе, почетное место на кладбище, пышные поминки в дорогом ресторане. Рядовые бойцы, полегшие вместе с ним, удостоились таких же почестей – некоторые считали, что им повезло. Хотя вряд ли это можно назвать везением!

Освободившееся место не терпит пустоты, поэтому уже на следующий день собралось «политбюро» – шестеро бригадиров и восемь наиболее авторитетных бойцов обезглавленной группировки съехались в «Кавказской кухне». Предупрежденный Ашот заранее вывесил на запертой двери учтивую табличку: «Извините, у нас переучет», сдвинул несколько столиков в углу, накрыл белоснежной крахмальной скатертью и даже отгородил их ширмами. Поскольку заказа сделано не было, на всякий случай поставили обычную поминальную закуску: мясную нарезку, только что испеченные пирожки с капустой и картошкой, студень, соленья и водку.

Бойцы бывшей тайсоновской группировки прибыли минута в минуту, как привыкли приезжать на «стрелки», где опоздание может быть расценено как слабость. Официантки стояли в стороне, избегая смотреть на страшных гостей: кто знает, как они отреагируют: вдруг кому-то не понравится пристальный, или показавшийся таковым, взгляд. Зато Ашот встретил прибывших у входа и лично проводил к столам. Противно заскрипели по кафельному полу металлические ножки стульев – как железом по стеклу.

– Извините, что подавать будем? – осведомился он почему-то у Змея. – Можем куриный бульон, отбивные с пюре, компот – у нас уже все готово. А можем обычный стол накрыть…

– Ну как, братва? – Змей обвел сотоварищей вопросительным взглядом.

– Ничего не подавать! – неожиданно ответил сидевший рядом со Змеем Индеец. – Вообще все убери! И своих отсюда отправь, пусть на кухне посидят.

– Я не понял, Индеец! – возмутился Змей. – Ты че раскомандовался? Ты такой же бригадир, как и я!

– Мы сюда вопрос решать пришли, а не бухать, – спокойно ответил тот. – Вчера уже помянули братву, хватит!

– Да че ты, в натуре?

– Да ниче! Видел, написано: «Переучет»? – Индеец указал пальцем в сторону входной двери, и все машинально посмотрели в ту сторону, хотя кроме ширмы ничего не увидели.

– Вот у нас и есть переучет! – веско продолжил Индеец. – Только нам нужно не просто подсчитать прибыль-убыль, а еще и придумать, как сделать так, чтобы потерь больше не было. Ни в людях, ни в территории!

«Политбюро» одобрительно зашумело. Для Ашота это был знак – его подчиненные мигом убрали водку и закуски.

Шум понял, что Змей и Индеец «ставят» себя, значит, оба примеряются к освободившемуся месту. И Индеец пока набрал больше баллов.

– Ладно, так – значит, так! – произнес Змей. – Ты только говори нормально, без всех этих… А то в натуре, как индеец разговариваешь, на умняке…

– Ничего, братва меня понимает! – солидно ответил Индеец. – За Айдамира этого нам обязательно мстить будут, а сейчас мы здесь отличная мишень!

Змей осмотрелся по сторонам, действительно – кругом большие окна…

– Согласен! – сказал он. – Бача! Иди, предупреди тех, кто в машинах, чтоб повнимательней там! И пусть вокруг кафешки рассредоточатся, не стоят одной кучей! Оставайся там вообще за старшего, мы тут без тебя справимся!

Бача кивнул и выполнил команду. А это уже был плюсик в пользу Змея.

– Ну что, братва, нужно вместо Тайсона, земля ему пухом, кого-то выбирать! – начал Индеец. – Войны с кавказцами не миновать, может, придется и других славян подтягивать. Тайсон всех хорошо знал, а без него, не знаю, впишутся они или нет…

– Да чего гадать?! – вмешался Змей. – Впишутся – не впишутся, любят – не любят… Ты заднюю, что ли, включать собрался?

Он пристально смотрел на Индейца. Но тот выдержал его взгляд.

– Никто заднюю не включает! Речь о том, что старший должен быть пацаном авторитетным и уметь решать вопросы с московской братвой!

– Вот и давайте решать! – махнул рукой Змей, как саблей рубанул.

Индеец усмехнулся:

– Ладно! Предлагай тогда! Ты сам, может, на место Тайсона метишь?

Змей усмехнулся в ответ:

– Тайсона место незавидное – теперь он под плитой могильной! А на место главного – почему бы и нет?!


– Ну, давай голосовать тогда! Пусть каждый открыто скажет! Мы ж не гимназистки, чтоб на бумажечках писать! Давай, по порядку… Кто там с краю? Молчун, давай ты говори: за или против!

– Я не против! – нехотя сказал Молчун. – И не за! Воздержусь я, вот что! – вспомнил он забытое слово.

– Воздержу‑у‑усь! – передразнил Змей. – Говори уже конкретно, чем я тебя не устраиваю?

– Не наезжай на него! – вмешался Худой. – Я тебе скажу: сильно резкий ты! Сам подставишься и людей подставишь. Извини за прямоту, брат, ты сам хотел услышать! Ты смелый, этого не отнять, но смелости тут мало.

– Какие обиды, брат?! – развел руками Змей. – Спасибо, что честно сказал.

– Остальные как? – спросил Индеец. – Кто «за» – поднимите руку!

Он обвел взглядом присутствующих.

– Четверо!

– Вопросов нет, все по-чесноку! – согласился Змей.

– Какие еще предложения будут? – спросил Индеец.

Все молчали. Кто-то смотрел на других, как будто впервые их видел, кто-то задумчиво рассматривал заснеженные деревья за окном и гуляющих между ними Бачу и Колобка. Решать ответственные вопросы братва не привыкла. Исполнять приказы – это одно, а предлагать старшака – совсем другое… Тем более если завтра с тебя за это спросить могут.

– А я предлагаю Шума! – неожиданно сказал Змей.

Взоры тринадцати пар глаз в ту же секунду обратились на нового кандидата. Шумахер даже заерзал на стуле – такого оборота он не ожидал!

– Почему Шума? – усмехнулся Индеец. – Потому, что он из твоей бригады?

– Потому, что он грамотный и Тайсон ему верил!

– Тайсона больше нет! А насчет грамотного… По силовой линии – да. Но кого из блатных он знает? И кто знает его? С какими бригадами он связь держит? Он и у нас-то недавно, хотя проявил себя хорошо, братва его уважает. И все равно, считаю, рано ему! Пусть сначала бригадиром походит, как мы с тобой!

– А ты свое мнение не навязывай! – Змей начал злиться. – Пусть каждый сам решит и проголосует!

– Ладно! Раз ты настаиваешь… Кто за Шума?

Руки подняли трое: Змей, Татарин и Боцман.

«Надо же! – удивился Шум. – Выходит, и вправду меня ценят…»

Ему было приятно, что его поддержали почти столько же бойцов, сколько и старожила Змея.

– Может, кто-то себя тогда предложит, если ни меня, ни Шума не хотите? – с ехидцей спросил Змей.

– Зачем себя? – ответил Худой. – Мое предложение – пусть Индеец главным будет! А Шума поставим старшим «разборной бригады» вместо Бройлера. Думаю, это как раз для него!

Присутствующие одобрительно зашумели:

– Правильно говоришь, так лучше всего, да…

Такой расклад Шума вполне устраивал. Быть главой группировки в столице он еще не готов, а бригадиром – другое дело. Несмотря на косой взгляд Змея, он первым поднял руку «за». За ним подняли руки остальные. Последним благоразумно присоединился к большинству и Змей.

Индеец встал.

– Спасибо, братва, за доверие. Я память Тайсона не офоршмачу. И поздравляю Шума! Принимай бригаду Бройлера! Теперь можно отметить это дело. За рюмкой и обсудим, как дальше жить будем…

Он щелкнул пальцами и словно из-под земли мгновенно появился Ашот.

– Давай накрывай! И не на поминки, а на праздник!

Змей хотел было по инерции что-то сказать, но сдержался. Слово руководителя группировки – закон!





* * *


Шум разогнал машину до ста двадцати километров и выключил музыку, чтобы не мешала наслаждаться безукоризненным гулом двигателя. Он буквально слился с автомобилем – кровеносная система срослась с бензопроводом, нервы – с сервоприводами руля и тормозной системой, глаза – с фарами, уши – с антирадаром. Хорошая тачила у Бройлера… была. Теперь это его аппарат. Пять лет для «Ауди» не возраст. Можно и двести притопить – недаром его в прошлой жизни звали по имени гоночного гения, – только на другой трассе – пошире и без выбоин. Да без баранов, которые могут в любой момент вылезти на встречку, лоб в лоб… Они не понимают, что можно откупиться или уболтать гаишников, но скорость, помноженную на массу, переубедить нельзя!

Ментов Шум опять не боялся. Раньше потому, что принадлежал к силовой Системе и был неприкасаемым, потом некоторое время опасался, как голый и безоружный путник, блукающий в темном лесу, опасается волков, но Тайсон сдержал слово – сделал ему и паспорт, и права, так что он снова полноправный гражданин Магомед Асланов. Причем гражданин не бедный, что играло еще более значимую роль, чем наличие документов.

Нет, все-таки жизнь складывается хорошо! Еще недавно он рисковал шкурой и подставлял голову под пули за скромное денежное содержание старшего лейтенанта, которое даже с боевыми выплатами было в три раза меньше нынешнего дохода. А ведь эти бандитские стрелки-перестрелки не сравнить с самой простой боевой операцией… Да и какие они «бандитские» – за справедливость стоять приходится против настоящих бандитов!