«Сандал», которого не было
Часть 46 из 60 Информация о книге
Шамсутдин смешался: – Просто ты трус! – А ты? Хвалишься смелостью, но сам уехал от войны и от опасностей, оставил погибать близких! А здесь хочешь убивать первых встречных! Шамсутдин впился в него угрожающим взглядом, но Дени не опустил глаз. Он был на голову ниже оппонента и не богатырского телосложения, но явно не боялся. Несостоявшийся амир не знал, как себя вести. Избить земляка – опасное дело: за ним стоит род, а он и так завел много недоброжелателей, если не врагов. Значит, надо задавить этого мозгляка своими славными делами! Иначе авторитета в группе не сохранить… – Я сбил вертолет кафиров! А мои люди подорвали грузовик в Мырмашах и чуть не подняли на воздух прокуратуру в Мохк-Мартане! Я доказал, что я воин. А ты почему-то не хочешь этого сделать! – Мы приезжаем сюда учиться, а не воевать, – спокойно ответил Дени. – И нам разрешают это делать. Почему мы должны платить неблагодарностью? – Потому, что глупцов надо учить! Я взорвал их вертолет, а они ставят мне пятерки и четверки! – Он повысил голос, и на них стали оглядываться с соседних столиков. – Хочешь подтвердить, что ты мужчина, – присоединяйся к нам и докажи! Дени покачал головой и встал. – Ничего я не буду тебе доказывать! Мне это не нужно. – Тогда уходи! – Я и так ухожу. Нам не по дороге! Дени ушел, за столом наступила тишина. Только Салман шумно прихлебывал пиво. – Ну и катись к дьяволу! – крикнул вслед Шамсутдин. К ним подошел официант. – Извините, можно потише? – вежливо спросил он. – Люди отдыхают, им не нужны скандалы. – Ты что, меня учить будешь?! – рявкнул Шамсутдин. – Ты что нам принес? Какой-то собачий корм! Неси шашлык, водку! – Но у нас нет этого. Только пиво и пивные закуски. – Неси, я сказал! А то переверну здесь все вверх дном! – Хорошо! – кротко кивнул официант и отошел. – Вот так надо с ними! – Шамсутдин осмотрел сотоварищей. Ему не понравилось, что некоторые отводили глаза: значит, не одобряют… – Слушайте меня, и все у вас будет. Вот сейчас и шашлык появится, и водка… Но вместо шашлыка и водки появились два крепких, коротко стриженных парня в кожаных куртках, спортивных штанах и кроссовках. Они быстро и безошибочно подошли к нужному столику, Шамсутдин встал, обозначая свое старшинство. – Вы что здесь быкуете? – угрожающе спросил один – с расплющенными ушами борца. – Мы из бригады Шума. Это наша точка! – Кто быкует, брат? Мы только шашлыка попросили, – миролюбиво объяснил Шамсутдин. И, совершенно неожиданно, ударил борца головой в лицо. Тот попятился, пытаясь удержаться на ногах, но не удержался и сел на пол, оглушенно тряся головой. Его напарник, оценив ситуацию, сунул руку под куртку и вытащил пистолет, причем, судя по выражению лица, вовсе не для того, чтобы просто попугать. Но Салман выплеснул ему в лицо пиво, он зажмурился, воспользовавшись заминкой, Шамсутдин левой рукой схватился за оружие, а правой ударил его в грудь. В руке его, неведомо откуда, оказался кинжал, который проткнул кожаную куртку с такой же легкостью, как и мускулистое тело, в которое вошел по самую рукоятку. Оставив пистолет в ладони Шамсутдина, парень тяжело упал на бок. Посетители пивной повскакивали, раздались крики. – Сидеть, собаки! – Шамсутдин выстрелил в потолок. Наступила оглушительная тишина, остро запахло пороховым дымом. – Валим! – крикнул Дауд, и все выбежали на улицу. Там у «бэхи» с открытыми дверцами стоял третий парень в такой же кожаной куртке. Он бросился навстречу, но Шамсутдин, не останавливаясь, полоснул его окровавленным клинком по лицу. Парень отшатнулся и присел, зажимая рану ладонями. – Идите быстро, но не бегите! – скомандовал Шамсутдин. Но его не послушали. Да и сам себя он не послушал – ноги непроизвольно перешли на бег. Салман, Дауд и Анзор бежали следом. Они забежали в пустынный сквер. – Где остальные? – спросил Шамсутдин, отмывая кинжал в снежном сугробе. – В другую сторону побежали. – Не выдадут? – Не должны, – сказал Салман, но не очень уверенно. – Смотри – ты их привел, ты за них отвечаешь, – с угрозой сказал Шамсутдин. Салман ничего не ответил, но ему эти слова явно не понравились. Да и Дауд был недоволен. – Зачем ты это устроил? – спросил он, глядя в сторону. – Взял и кровь пролил. А толк какой? – Если бы не я, они бы нас положили! – зло возразил Шамсутдин. – Думаешь, это бы лучше было? – Если бы ты не скандалил, никто бы не приехал и ничего бы не было! – поддержал товарища Салман. – А что мы выгадали? Шамсутдин сменил тактику. – Может, я и погорячился, – примирительным тоном начал он. – Зато теперь нас бояться будут! Теперь мы можем и эту пивнушку под крышу взять, и другие точки! Деньги будут, авторитет, все будет! Только сегодня в общагу не ходите, на всякий случай. Отсидимся несколько дней, а потом встретимся и составим дальнейшие планы… * * * Все четверо переночевали в Зеленом переулке. Трое спали вповалку, на полу, подстелив какие-то тряпки и кутаясь в куртки. Только сам Шамсутдин устроился в кровати и, в отличие от других, хорошо выспался. На завтрак хозяйственный Салман приготовил яичницу, заварил чай. После еды начали «разбор полетов» вчерашнего вечера. – Ты первого парня здорово с ног сбил! – сказал Дауд. – Я головой черенок лопаты перебиваю! – похвастался Шамсутдин. – Здорово! – уважительно кивнул Анзор. – Научи нас! – Научу. Выйдем вечером на улицу, я покажу, как это делается. Только вам самостоятельно тренироваться надо! Кладете на доску сто газет – одну на другую, каждый день бьете в нее головой, вот этим местом, краем лба. – Он показал рукой. – А вечером одну газету снимаете. Через сто дней свободно перебьете лбом доску! – За это время можно все мозги себе отбить, – ни к кому не обращаясь, сказал Анзор. Было видно, что он потерял интерес к такой тренировке. – Я же не отбил, – скривился Шамсутдин. – Да и вообще – зачем мужчине мозги? Мужчине нужны мускулы. И деньги. А силой и деньгами можно добыть больше, чем мозгами! – А где у тебя кинжал был? – соскочил со скользкой темы Анзор. – Откуда ты его так быстро вынул? – Из левого рукава. Так и носить удобно, и доставать легко. Только надо закрепить, чтобы не выпал раньше времени. Да руками не размахивать. – А покажи кинжал? – Да чего его смотреть? Кинжал как кинжал, ничего особенного, – уклонился Шамсутдин. – Нам настоящее оружие нужно. Пистолеты, автоматы, гранаты… Анзор покачал головой: – Не забывай, ты не дома. Пистолет еще достать можно, а остальное – вряд ли… – Достанем, не бойтесь, – уверенно сказал Шамсутдин. И ему поверили. А значит, признали в нем командира! Глава 9 Интриги в ОПГ Из сауны Индеец не выходил вторые сутки. Опрокинув в рот очередную рюмку коньяка, занюхал ломтиком сыра и пьяно уставился в телевизор на стене. На экране бегали какие-то люди, стреляли друг в друга… Но вникать в сюжет фильма Индейцу было лень. Лень думать, лень шевелиться. И есть уже не хотелось. Даже две телочки, соблазнительно плавающие голышом в бассейне, его не интересовали. Он был в печали и, как ни старался, не мог до конца расслабиться. Последнюю неделю мозг выедала одна только мысль, которая всплывала в самые неподходящие моменты: что делать с Шумом? Этот выскочка, взлетевший от обычного вокзального бомжа до старшего разборной бригады одной из самых могущественных группировок столицы, портил теперь ему жизнь. Он набрал невиданную самостоятельность: почему-то те вопросы, которые должен решать он, Индеец, теперь решал Шум. Почему-то к нему напрямую приходили с заказами на ликвидацию, к нему обращались с просьбами примирить врагов или припугнуть строптивых конкурентов, его приглашали третейским судьей по многомиллионным спорам… Надо признать, что он успешно разруливал все непонятки и решал задачи, за которые брался. Больше того, отдавал бабло в общак, удерживая свою долю. Но ведь именно он, Индеец, должен определять размер этой доли! И именно из его рук должны получать вознаграждение все бойцы! К тому же неизвестно, сколько он оставляет себе и своей бригаде! Квартира Бройлера его не устроила, отдельный коттедж снял, его телку выгнал. И доставшуюся от Бройлера «Ауди» своему заместителю отдал, а себе взял в салоне нового «Гелика». Вдобавок разборную бригаду превратил в свой личный отряд – пацаны ему в рот смотрят и готовы за него в огонь и в воду! Он сам, без спросу, новых бойцов берет, причем таких же, как он – бывших военных. Другие бригады его тоже уважают, так что во всей Организации он в авторитете… А зачем тогда нужен он, Индеец? Ясно, чем такие расклады заканчиваются! От тягостных мыслей его оторвал Кувалда – личный телохранитель. – Там Змей пришел! – сообщил он. – Пусть заходит! Через минуту в зал вошел Змей. – Ну, ты даешь, Индеец! – возмущенно заявил он с порога вместо приветствия. – С каких это пор мне разрешение нужно получать, чтобы к тебе зайти? Может, еще пропуск прикажешь выписывать? – Ты попутал, брателло, ничего я не даю, это вон они дают! – Индеец небрежно махнул рукой в сторону бассейна. – Садись, наливай! Змей поздоровался с Индейцем за руку, сел рядом, плеснул коньяк в чистую рюмку. В концертном зеленом костюме с золотистым отливом, который отражал его представления о прекрасном, он смотрелся здесь дико. Как и везде, кроме эстрады, на которой он отродясь не был да и никогда не будет. Если, конечно, не придется грабить какое-нибудь варьете… Не чокаясь, Змей залпом выпил, смахнул капли с подбородка. – Так что за проблемы со входом? – Да нет проблем! Приказал охране никого не пускать – они и перестарались. – Завязывал бы ты бухать! – сказал, пристально глядя на него, Змей.