Сезон охоты

Оторваться от погони оказалось не сложно. Боевики не ожидали ни моего появления, ни того, что мы так легко вырвемся обратно. Самых умных и быстрых завалил Коля, а пока остальные сообразили, пока разбежались по машинам, пока выехали, мы уже были далеко.

Проскочив между домами с выключенными фарами, я свернул в сторону и заехал в хаотичное скопление гаражей. Чужакам ночью вовек не разобраться в этом лабиринте сараев, ракушек и переделанных под гаражи старых вагонов.

– Буду должен, Игорь, – Коля хлопнул меня по плечу. – Еще бы минут десять, и все. Обложили меня капитально.

– Сочтемся.

Девушка осторожно поднялась с пола и поправила волосы. С некоторым удивлением я узнал нашу секретаршу Катю. Не знал, что она встречается с Колей.

– Катя? – удивилась Феникс. – А что ты у Коли делала?

Она смутилась, а Коля быстро перевел разговор:

– Что дальше делаем?

– Для начала нужно понять, что происходит. Кто на нас осмелился напасть? Где войска Ордена?

– Игорь, ты разве еще не понял?

– Что не понял?

– Немецкое отделение Ордена объявило нам войну.

Мне показалось, что я ослышался. Другое отделение Ордена напало на Российское отделение? Это вообще как возможно?!

Коля только грустно усмехнулся и покачал головой.

– Какой же ты еще наивный, Игорек. Отделы не раз воевали друг с другом. Хотя неудивительно, что ты ничего не знаешь. Эта тема под полным запретом, нигде ты не найдешь и крупицы информации. Она вся под грифами «Совершенно секретно».

– А откуда ты тогда знаешь?

– Всем рот не заткнешь.

– Понятно… – протянул я и поинтересовался у напарницы: – Ты знала об этом?

– Да.

– Откуда?

– Читала семейные хроники.

Похоже, я один тут такой наивный… думал, что в своих интригах начальство соблюдает какие-то правила и не переходит границ…

Что делать дальше, мы не знали и поэтому для начала решили найти кого-нибудь из наших. Мы осторожно поехали к дому Алексея, но уже через полквартала внезапно нарвались на группу вооруженных людей. В этом закоулке мы никак не ожидали кого-нибудь встретить, а потому расслабились и вышли из машины.

Для людей в темноте наше появление тоже оказалось неожиданностью. Они быстро рассыпались по укрытиям и вскинули оружие. Я толкнул Феникс назад под прикрытие автомобиля, а сам рванул с плеча автомат. Коля выругался и метнулся за дерево.

– Отставить, опера! – этот звучный голос мы ни с каким другим перепутать не могли.

Опустив оружие, мы подошли к Владиславу, он был в бронежилете, каске и автоматом в руках.

– Ну что, охламоны, по своим стрелять вздумали? Мало нам врагов, еще друг с другом передеремся? Идиоты.

– Мы тоже очень рады вас видеть, Владислав Иванович, – весело заявил Коля. – Как видим, вы сильно переживали за нас.

– Что за вас переживать? – проворчал начальник. – Этот вчера пяткой себя в грудь бил, крича, что вилкой всех затыкает. У тебя целый склад ворованных стволов дома, можешь месяц оборону держать.

– Не ворованных, а трофейных! – возмутился Коля. – И если б не Игорь… вам другого козла отпущения искать пришлось бы.

– А что так?

– Два десятка дом окружили и крепко прижали меня. Еще бы минут десять, и все.

К нашему удивлению, Владислав тяжело посмотрел на меня и сплюнул. Мы с Колей переглянулись.

– Из-за тебя вся эта х**ня, – сквозь зубы процедил начальник. – Они пришли убивать тех, кто тебя знал.

– Эй, полегче! – возмутился Коля.

– Что с Алексеем?! Мы к нему шли!

– Убили его. А перед этим пытали, чтобы он тебя в ловушку заманил. Понял теперь?!


Я покачнулся и опустил голову. Сердце сдавило, во рту горечь, а в горле застрял комок. От злости и обиды сами собой сжались кулаки… не знаю, какую глупость бы я сделал, если бы не Феникс и Коля. Напарница быстро подбежала ко мне и схватила за руку, этим простым прикосновением приводя в чувство, а друг сплюнул, «случайно» попав на сапог Владислава.

– Так вот, значит, как? Игорь во всем виноват? А кто вчера нам всем приказал стволы с собой домой взять?! Это типа хорошее совпадение было, да?!

– Ты полегче…

Но Колю было уже не остановить; схватив начальника за грудки, он прямо в лицо ему прошипел:

– Это ты Маринке теперь рассказывай, что полегче, а что нет! Не мог, сука, предупредить нас? Теперь только попробуй глаза отвести при встрече с ней!

– Не надо, Коля, он сам знал не больше нашего, – тихо попросил я.

– Ты уверен в этом?

– Да, – вспоминая суд, ответил я.

Алексей – человек, который много раз прикрывал и вытаскивал меня, сопливого щенка, из разных передряг. Он хладнокровно командовал в любой перестрелке и всегда дрался за каждого из нас. Спокойный и уверенный Алексей многому научил меня… а теперь он мертв. И это – Владислав прав – из-за меня…

– А ты знал? – жестко и прямо спросил начальник.

– Если вы не знали, кто бы мне что сказал?! В этой игре меня все за пешку считают! И свои и чужие!

На нас уже давно смотрели другие оперативники. Владислав провел ладонью по лицу, словно смахивая прилипшую паутинку, и, тяжело вздохнув, сказал то, что я от него совсем не ожидал услышать:

– Ладно, проехали. Сейчас у нас другие проблемы. Игорь… пока ты в моем отделе, ты можешь быть только моим подчиненным и никем больше. Ясно?

– Так точно.

– Тогда автомат в зубы и в охранение! А об остальном потом поговорим… если выживем.

На этом спор закончился. Большая часть отдела уже собралась здесь, не было только Алексея, Сани, Лехи и еще четверых человек. В центре нашего строя между двумя машинами сидели женщины, дети и несколько пожилых мужчин. Оперативный отдел под руководством Владислава смог не только собраться в боевое подразделение, но и взять под защиту людей небоеспособных. В эту темную ночь наш начальник спас не один десяток жизней.

Коля вытащил из машины две сумки и крикнул парней:

– Народ, только сегодня и только у нас! Аттракцион невиданной щедрости! Кому что надо – налетай!

Дважды упрашивать никого не пришлось. Оружие-то имелось у всех, некоторые даже трофейным разжились, но вот с патронами было туго. А запасливый Коля прихватил не только автоматы, полные магазины к ним и пистолеты с коробками патронов, но и три десятка гранат.

Только заметив меня, Наниэль сразу подошла. Я отказался от помощи, но от эльфийки так просто не отвертишься.

– Так, снимай куртку! Я вижу, что ты ранен.

– Нет, – спокойно и твердо возразил я. – У нас война, так что иди и помогай тем, кому помощь нужней. А я, как видишь, на ногах стоять могу.

– Да что ты о войне знаешь… – привычно попробовала усмехнуться Наниэль, но вдруг осеклась от моего взгляда. – Хорошо. Но, пожалуйста, не рискуй. Ты не бессмертен.

Связаться мы ни с кем не могли. У Владислава была хорошая военная радиостанция, но на всех частотах шли помехи. Немцы глушили связь капитально и на совесть. Так что действовать нам пришлось самостоятельно.

На коротком военном совете оперативного отдела было принято решение в бой не вступать. Все согласились, что главное сейчас – это спасти как можно больше гражданских людей и вырваться из города. Воевать будем потом.

Короткий перерыв быстро закончился. Построившись колонной, мы пошли дальше. Бойцы пешком, женщины и дети на машинах. Впереди дозор, сзади арьергард с единственным на весь отряд пулеметом, на флангах боевое охранение, в центре строя – гражданские.

Я никогда не был в такой ситуации, меня даже не учили этому, но все это было… привычно. Словно бы я сотни раз бывал на войне, но забыл…



Там, где несколько человек легко проскочили бы незамеченными, столь большой отряд, да еще связанный по рукам и ногам своими родственниками, не пройдет. Обходными путями мы смогли выбраться из центра города к его окраине, а дальше все. Самый подходящий для нас выход из города перекрывал пост немцев, а на улицах рядом с ними рыскали патрули. Забившись в небольшой двухэтажный барак, мы заняли оборону.

И, как назло, трое немцев решили прогуляться неподалеку. Немного подумав, Владислав приказал захватить офицера в плен, чтобы хоть немного представлять, что происходит. Немцы шли не торопясь, как на прогулке, поглядывая по сторонам. Оружие держали в руках, но хорошо видно было, что они расслаблены и никаких неприятностей не ожидают.

Положив автомат на землю, я взял нож за лезвие и метнул его в шею ближайшему противнику. Коля пулей выскочил из укрытия и сбил с ног своего немца. Через мгновение я вырубил третьего. К нам подбежало еще несколько человек, вместе мы быстро скрутили пленных. Все прошло быстро и тихо.

– Кто из них офицер? – поинтересовался Коля. – Твой? Значит, мой не нужен.

Немец все понял по выражению лица и взмолился на родном языке:

– Nicht schießen![73]

– Nicht-nicht, – кивнул Коля, зажимая немцу рот и перерезая горло. – Буду я еще на всякую падаль патроны тратить.

«Языка» отвели к Владиславу, а тела двух других Феникс сожгла, чтобы не осталось никаких следов. Пленного офицера ждала точно такая же участь. Я не слышал, что он рассказал, но зато успел увидеть вынесение приговора в условиях военного времени.

– Послушайте, я пленный и прошу гуманного обращения, – немец говорил спокойно, на языке Ордена, но с характерным немецким акцентом.

– Да. А вы гуманно обращались с моими людьми? – спросил Владислав, недобро глядя на врага.