Скопление неприятностей

– Но вы наверняка знаете о непростых отношениях Тердана с адигенскими мирами, мы не особенно интересуемся светской жизнью адигенов, – и вновь мастерски выверенная пауза. – В отличие от вас.

– Если за врагами не присматривать, они преподнесут сюрприз, – спокойно ответил Бравурчик. – А я не люблю сюрпризы еще больше, чем Знаки.

– Помпилио убил вашего директора?

– Там было сложное и запутанное противостояние, – медленно поведал галанит. – Директор Спесирчик погиб, потому что неосмотрительно в него ввязался.

– Можно только посочувствовать.

– Мы расследуем обстоятельства дела.

– С какой целью?

– Если мы не можем покарать убийцу сейчас, это не значит, что мы не покараем его при первом удобном случае, – холодно произнес Клоун. – Никто не имеет права безнаказанно убивать галанита.

Эти правила Компания насаждала везде, куда дотягивалась: мстила за своих, вдалбливая в головы людей, что галанитов трогать нельзя; выводила своих людей из-под местной юрисдикции, требуя безусловного освобождения, независимо от тяжести преступления, обещая судить его по галанитским законам и на Галане, а если не получалось – нанимала лучших адвокатов или подкупала судей. Это была не злопамятность, а стиль, который приносил плоды.

– Зачем вы рассказали мне эту историю? – негромко осведомился Грау.

– Дело в том, что расследование привело нас на Тердан.

– Не понимаю… – на этот раз Аристотель столь же блестяще сыграл растерянность. – Что привело вас на Тердан? Вы ведь сказали, что убийца известен.

– Нас заинтересовал мотив убийства.

– Разве вы не сказали, что директор оказался не в то время не в том месте?

– Но почему он там оказался? – с нажимом спросил Бравурчик.

– Почему?

– Директор Спесирчик узнал о потрясающем научном открытии, которое было сделано предположительно на Тердане.

– Вы меня совсем запутали, – обаятельно улыбнулся маршал. И, заметив, что первая бутылка опустела, позвонил в колокольчик, распорядившись принести еще одну и заменить тарелку с ананасами. – Вы уверяете, что директор маленькой Фактории на провинциальной планете, расположенной почти через весь Герметикон от нас, узнал о необычайном научном открытии, совершенном на Тердане?

– Не уверяю, а предполагаю, – спокойно возразил Клоун. – Но при этом совершенно точно знаю, что изобретение было доставлено на Фарху с Тердана.

– О чем идет речь?

– Этого мы пока не знаем.

На сей раз Аристотелю не пришлось играть изумление.

– Вы шутите?

– Мы продолжаем расследование, – буркнул галанит. – И, повторю, уверены в том, что изобретение было доставлено на Фарху с Тердана.

– Звучит, как сюжет увлекательного приключенческого романа.

– Рад, что вы оценили.

– Чего же вы хотите?

– Вы позволите нашим следователям провести расследование?

– Нет, – тут же ответил Грау. – Это запрещено нашими законами. – Директор-наблюдатель промолчал, с улыбкой глядя на собеседника, и тердан догадался: – Они уже здесь!

– Они не делают ничего противозаконного, просто задают вопросы, и мои слова об их присутствии в Виллемгофе – дань вежливости. Я заинтересован в заключении хорошего договора с Терданом и не хочу, чтобы какая-нибудь дурацкая мелочь испортила ваше отношение к Галане.

Некоторое время Аристотель пристально смотрел на собеседника, после чего взялся за бокал и кивнул:

– Одно условие: ваши люди обязательно поделятся с нами результатами расследования.

– Только в том случае, если выяснится, что изобретение было сделано на Тердане или гражданином Тердана.

– Справедливо.

– Мы договорились?

– Мы договорились. – Мужчины обменялись крепким рукопожатием, и Грау поднялся на ноги: – А теперь прошу к столу – нас ожидает ужин.






///


– Никогда не понимал галанитов и, наверное, никогда не пойму! – возмущенно произнес Аристотель, когда его лимузин выехал на дорогу и помчался в сторону города. – Им, похоже, чувство прекрасного отрезают вместе с пуповиной! Этот губошлеп Бравурчик жевал фаршированную ублю с такой рожей, будто мы ему подали жареную сильмалиору с головой и хвостом! Казалось, его сейчас вырвет!

– Может быть, директор-наблюдатель не любитель рыбы? – осторожно предположил Элки Зорман.

– Ты сам составлял его досье, – отрывисто напомнил Грау. – И уточнил, что Бравурчик обожает именно фаршированную рыбу.

– Возможно, мои осведомители напутали? Или сознательно ввели меня в заблуждение?

– В остальном они не ошиблись.

– Или галанит нарочно изображал отвращение, чтобы ввести нас в заблуждение, – подал голос Онисим Купер.

– Зачем?

– Ему не понравилось, что мы знали о розовом вине и апельсинах.

– Ананасах, – уточнил Элки.

– Не важно, – отмахнулся Купер.

– Вполне вероятно, – подумав, согласился маршал. – Я зря упомянул эту деталь.

Его спутники промолчали.

Компанию Аристотелю составляли самые доверенные помощники, люди, которым было дозволено подслушивать разговор с директором-наблюдателем, люди, которые были готовы исполнить – и исполняли! – любой приказ Грау. Даже абсолютно незаконный.

Оба они числились «советниками маршала Сената», только Элки Зорман контролировал внешнюю активность: в его ведении находились военная разведка, армия и министерство иностранных дел; а Онисим Купер обеспечивал внутреннюю безопасность, приглядывая за работой всех полицейских сил планеты и командовал прокурорской гвардией – политической полицией, безжалостно вычищающей из реальности противников режима. Все они были одногодками, только Зорман учился с Аристотелем в элитном Виллемгофском университете, а Купера Грау отыскал чуть позже, заметив подающего надежды детектива и возвысив его.

– Но галаниты умны, этого не отнять, – продолжил маршал.

– Каким образом они узнали о нашем цеппеле? – спросил Онисим.

– Они не узнали, – тихо ответил Зорман. – Они догадались, что имеют дело с очень важным и серьезным открытием, но понятия не имеют, за чем гонятся. Тем не менее круги пошли по воде.

– Зато теперь, Элки, мы точно знаем, почему ты не смог отыскать Огнедела – он прятался у спорки, – криво усмехнулся маршал.

– А наш цеппель?

– Галаниты к дележу пирога не успели, точнее, успели, но неудачно, – пошутил Онисим. – Раз Огнедела прикончил Помпилио, значит, цеппель у адигенов. У лингийцев, если быть точным.

Грау поморщился:

– К сожалению, галаниты ищут не корабль, а тех, кто его изготовил.

– И это лишь часть проблемы, – по-прежнему тихо произнес Элки. Он не любил ни громких фраз, ни громких голосов. – Уверен, адигены тоже задались этим вопросом.

Потому что, когда первое изумление пройдет, новых владельцев таинственной машины обязательно заинтересует, кто научился работать с астрелием?

– Но адигенов здесь нет, а галаниты есть, – буркнул Аристотель. – И мы поступим так… – Он оглядел помощников. – Элки, ты продолжишь заниматься безопасностью Лаборатории. Менять ничего не нужно – у нас отлично продуманная система безопасности, а своим обращением хитрый директор-наблюдатель в том числе хотел заставить нас занервничать и начать предпринимать лишние действия, в надежде, что мы совершим ошибку и выведем их на Лабораторию.

– Абсолютно согласен, – склонил голову Зорман.

– Поэтому сиди ровно и, если потребуется, помогай Онисиму.

– Понял, – Элки покосился на коллегу. – Получишь все, что от меня понадобится.

Купер молча кивнул.

– Онисим, твоя задача – галанитские детективы, – теперь Грау смотрел на второго помощника. – Проверь списки инопланетников, прибывших в сферопорт за последние две недели, поставь на уши Карусель, напряги всех осведомителей, делай все, что умеешь, но чтобы к завтрашнему вечеру поименно знал всю галанитскую банду и не выпускал их из поля зрения.

– Сделаю, – уверенно ответил Купер. – Если они в Виллемгофе – я найду их к утру.

И все знали, что Онисим не хвастает: раз пообещал – найдет.

– Ну и главное, друзья, – голос маршала стал запредельно холодным, а черные глаза заблестели яростным огнем, – галаниты не должны добраться до Лаборатории.

– А если доберутся?

Вопрос был важным, поскольку все слышали откровенный намек Бравурчика на то, что может ожидать убийц галанитов, любых галанитов, и Зорман с Купером хотели знать, как далеко готов зайти Грау.