Скопление неприятностей

И только после этого Кира протянула ему руку для поцелуя.

Выпрямившись, Аристотель светским тоном осведомился:

– Путешествуете?

– Терпеть не могу сидеть на месте, – подтвердил Помпилио.

– Что привело вас на Круну?

– Заложенная в детстве тяга к научным изысканиям.

Это был не намек, а четкий и прямой ответ, заставивший Грау сбиться. Маршал помолчал, после чего медленно произнес:

– Вы очень смелый человек, а…

– Мессер, – поправила тердана Кира.

– Ах да… – Замечание рыжей заставило Грау стряхнуть с себя растерянность и расправить плечи. Он, наконец, освоился и решил, как поведет дальнейший разговор. – Вы очень смелый человек, мессер…

– Какой я – не важно, – перебил его Помпилио. – Важно то, что я уважаю хозяев этого дома, а те, кто идет за мной, – нет. Нам нужно поговорить, Аристотель, и для разговора у нас очень мало времени.

И его напористый тон вновь заставил маршала сбиться.

– Я не понимаю… Кто идет за вами?

– У нас мало времени, – повторил Помпилио.

И Грау решился:

– Будьте моими гостями, – произнес он, делая приглашающий жест. – Мой дом – ваш дом.





///


– Небольшая усадьба, – доложила Орнелла, не отнимая от глаз бинокль. – Трехэтажная вилла, какие-то постройки… Рядом поле, на котором стоит черно-оранжевый самолет. Вижу солдат… Судя по форме – из того же подразделения, которое охраняет Лабораторию.

– Много?

– Вижу двоих.

– Они нас?

– Скоро заметят.

«Медуза» искусно лавировала между горами: спрятать огромную «сигару» капитан Габурчик не мог, но не выставлял ее напоказ, держался ниже нижнего, и терданские воины его не замечали. Да и смотрели они в другую сторону, видимо, туда, откуда прилетел самолет. Однако долго так продолжаться не могло.

– Сколько там может быть охранников? – спросил Арбедалочик. Он стоял у распахнутой двери мостика, в шаге от радиорубки, чтобы слышать переговоры капитанов Шичика и Дучика, и потому не подошел к лобовому окну, из которого вела наблюдение Григ.

– Не больше десятка, – уверенно ответила Орнелла.

– Значит, рискнем пойти в атаку без разведки, – решил Абедалоф. – Собирай своих, Григ, нужно захватить виллу.

– Будете прыгать или приземлимся? – спросил Габурчик.

– Прыгнем, – ответил Арбедалочик. – Так быстрее.





///


Аристотель приказал солдатам остаться у дверей виллы, но вовсе не для того, чтобы продемонстрировать гостю смелость или воспитание: он не хотел, чтобы военные видели его растерянность, не хотел, чтобы они поняли, что маршал Сената сбит с толку и понятия не имеет, как держаться и о чем говорить с парочкой путешественников высшей адигенской пробы. И для начала решил развить светский разговор.

– Я распорядился построить этот дом…

– Не люблю современную архитектуру, – обрезал Помпилио, уверенно проходя в холл. – Особенно с галанитским влиянием.

– Что вы имеете в виду?


– Прямые линии и плоская крыша… – в этот момент Помпилио заметил в углу статую, отдаленно напоминающую «Аннабель», только из мрамора и, кажется, пробормотал короткое ругательство. И отвернулся.

– Можем пройти в мой кабинет.

– Как скажешь…

А в следующий миг дер Даген Тур резко замолчал, и Кира с изумлением поняла, что умолкнуть мужа заставило появление высокой светловолосой женщины в домашнем платье. Она не произнесла ни слова, но этого не требовалось: по ее лицу, по взгляду, по жестам – по всему стало ясно, что к гостям вышла хозяйка.

– Моя жена, Валерия Цанмау, – представил Аристотель. – Дорогая, познакомься: Помпилио Чезаре Фаха дер Даген Тур и его очаровательная супруга Кира.

– Очень приятно, – Валерия протянула руку, которую Помпилио, к некоторому удивлению рыжей, церемонно поцеловал. – Заглянули к нам случайно?

– У путешественников так бывает, – легко ответил Помпилио, беря супругу под руку и подводя к хозяйке дома, чтобы женщины могли обменяться кивками. – Нам с Кирой нравится утреннее небо.

– Солнце еще не взошло, – заметила Валерия.

– Тем лучше.

– Возможно… – доктор Цанмау бросила быстрый взгляд на мужа, поняла, что ее появление помогло ему собраться, и продолжила: – Распорядиться насчет завтрака?

– Горячий кофе был бы уместен.

– Хорошо, – улыбнулась Валерия.

– Мы оставим вас на некоторое время, – извиняющимся тоном произнес Аристотель. – Нужно изучить кое-какие документы в моем кабинете.

– Конечно, дорогой, – Валерия проводила мужчин взглядом, после чего повернулась к гостье: – Присаживайся. – А когда рыжая расположилась на диване, заняла кресло напротив и твердо произнесла: – Я не стану говорить твоему мужу «вы».

– Теперь я на сто процентов уверена, что вы незнакомы, – спокойно парировала Кира.

И поняла, что выбрала абсолютно правильную линию поведения.

– Прекрасно, – одобрила Валерия, отдавая должное острому языку рыжей. – Всегда такой была или отточила мастерство в высшем адигенском свете?

– Не представляю, что можно быть другой.

– Уверена, адигены от тебя в восторге.

– Мы только примеряемся друг к другу.

– Но вряд ли кто-нибудь рискнет по-настоящему бросить тебе вызов.

Кира поняла, что Валерия специально пытается ее разозлить, и дружески предложила:

– Рискни ты.

– Я? – удивилась хозяйка дома.

– Представляю, как ты скучаешь в этой глуши.

– Я счастлива, – мягко ответила Валерия. – Я провожу время с детьми, наблюдая за их взрослением, и занимаюсь любимой наукой. И мне абсолютно плевать на свет.

– Видишь, как мы с тобой похожи, – рассмеялась Кира. – Так почему бы не устроить небольшую пикировку?

– А чем мы сейчас занимаемся?

– Просто болтаем, – развела руками рыжая. – Как подруги.

– Как кто? – изумилась доктор Цанмау.

И адира дер Даген Тур поздравила себя со вторым точным ударом.

– И тот факт, что ты охотно завела со мной разговор, показывает, что ты отчаянно скучаешь по обществу равных, – проникновенно произнесла Кира. – Ты растишь любимых детей, занимаешься любимой наукой, но ты здесь одна. Ты держишь ученых на расстоянии, ибо понимаешь, насколько вы разные. Ты холодна, но только потому, что тебе не с кем откровенничать.

Некоторое время супруга маршала приходила в себя, после чего громко спросила:

– Слышала, ты с Кардонии? – спросила только для того, чтобы остановить монолог рыжей.

– Доводилось бывать? – подняла брови Кира.

– В отличие от твоего мужа, я путешествую много реже, чем хотелось бы.

– Тогда позволь пригласить тебя на Лингу, – неожиданно даже для самой себя произнесла рыжая. – Обещаю, это будет незабываемо.