Следы Атомных богов

Лиз дотронулась до руки Даниила и указала на шею лежащего. Впрочем, он заметил и сам – рана, ближе к ключице; не кровоточащая, даже не свежая, ибо уже начала загнивать. Раненый тяжело дышал. Бородатый в волчьем костюме закричал:

– О, Астарта, богиня, чье имя священно, Астарта, сглянься на взывающего к тебе! Твоя власть простирается всюду, твой взор скользит по Белым землям, внушая ужас, твоя воля непреложна и непреклонна, твое благословение драгоценно! Астарта, богиня, прошу тебя! Та, кто повелевает смертью и рождением, не забирай несчастного, оставь влачить существование земное!

Несмотря на то что на этот раз он ничего не бросал, костер ответил ему снопом искр.

– Весьма любопытно, – пробормотал Жан.

– Смотри, смотри! – Лиз сжала руку Даниила.

Рана на шее юноши начала не то чтобы заживать, но изменила цвет с бордового на красный, потом на розовый. Отек заметно, прямо на глазах, спал. Стало видно, что изначально это были две небольшие ранки у основания шеи. К тому же раненый задышал ровно и спокойно.

– О-о-о, – загудели селяне. – Астарта, славим, славим тебя!

Бородатый кинул еще пару веток, затем, по знаку его, несколько мужчин вошли в круг и, подняв больного, понесли его к одному из домов. Видимо, действо закончилось, ибо толпа начала расходиться.

– Староста? – спросил Даниил у одного из селян.

Тот указал на бородатого, который, шатаясь, выходил из круга.





Глава 6




– Ну что там? – Хотя на Тахле были добротные сапоги, стоя на месте он все равно замерз, отчего сейчас притопывал, смахивая на любопытного мальчишку.

Пока они возвращались к лошадям, Даниил думал: свидетелем чего они минуту назад стали? Милости богов? Да, боги оказывают милость, взять хотя бы тех же Атомных – дают электричество, защищают города от непогоды. Боги Двора Чудес – изменяют желающих согласно их… желаниям. Получается – какие-то местные боги врачевания?..

– Место силы, – как всегда первее всех, поспешил с объяснениями ученый.

– Однако что за места силы? Ни о чем подобном до сих пор мне не приходилось слышать. – Опередил своим вопросом Даниила сэр Уилфред.

– Боюсь, не в обиду будь сказано, вы, как бы это… недостаточно образованны. Даже я, несмотря на весь свой, осмелюсь заметить, немалый багаж знаний, и то не до конца понимаю весь механизм, а также специфику…

– Не томи, рассказывай! – Даниил решил пока пропустить мимо ушей замечание об их недостаточной учености, проще говоря – тупости.

– Признаться, самому, как бы это… не доводилось быть свидетелем, однако от других естествоиспытателей, а среди них есть люди, заслуживающие доверия, доходили некоторые сведения… В последнее время, ну как в последнее – несколько лет, в различных местах, порою весьма отдаленных друг от друга, как, например, остров Палхи и архипелаг Глапагар или Зухария и Пергам, начали проявляться так называемые места силы, или мегикусы, которые некоторые ошибочно именуют «магикусы». Термин предложил известный естествознатель Жерар Анкосс, и он – термин, естественно, – является производным от «мега» – большой, а не «Мага» – наименование реки, возле которой якобы впервые наблюдали подобное явление. Осмелюсь заметить, лично я считаю, данный термин не в полной мере…

– Мег, маг, а покороче нельзя? – не выдержал Даниил.

Сказитель тут же замолчал, возмущенно пыхтя и одновременно стуча зубами от холода, – жуткая смесь звуков. Впрочем, надолго его возмущения не хватило, тем более что Лиз произнесла:

– Прошу вас, рассказывайте дальше, доктор.

– Только из-за вас, миледи, – низко поклонился ученый, произведя концом шарфа сложные движения и громко втянув носом. – Ну так вот, как я уже имел удовольствие сообщить, мегикусы возникают в различных местах и возникают спонтанно. Внешне это никак не проявляется, однако с некоторого времени в определенном месте происходят, как бы это сказать… явления. Например, мегикус в Пергаме, как и здешний, обладает свойством врачевать различные недуги. Аланфийский наделяет стоящего в нем, после соответствующего ритуала разумеется, даром предвидения. Ненадолго и не совсем точным, но тем не менее. В этом плане наибольший интерес, как мне кажется, вызывает место силы, которое находится близ Китти Хок, по непроверенным данным, вошедшие в него обретают дар левитации.

– Чего? – удивился Даниил.

– Могут летать, – спокойно уточнила леди Лиз.

– Я знаю, что такое левитация, но это уже, мне кажется, сказки, человек не птица и летать не может. Как говорится в одной поговорке: «Если бы боги хотели, чтобы люди летали, они даровали бы им крылья».

– Не хотите слушать – не слушайте, – тут же надулся ученый. – Я сказал – по непроверенным, к тому же, если, так сказать, верить очевидцам, полет длится непродолжительное время и на высоте не более двух локтей от земли. Но это, как говорится, только начало. Те же очевидцы утверждали: в первое время, после появления данного мегикуса, продолжительность и высота полета были существенно ниже. Что говорит о том, что недалек тот час, когда люди…

– Люди не мочь летать, все верно, – неожиданно заговорил Тахл. – Если ваши очевидцы не врать, тогда в том месте должен находиться под землей антигравитатор или иная установка. Но их нужно как-то включать…

– Врать! Очевидцы – врать! И кто это говорит? Эльф-недоучка! Антигравитатор… Ха! Избавьте меня от ваших шарлатанских терминов! Для активации свойств так называемых мест силы используются строго научные методы, как то: чтение заклинаний, молитв, разжигание костра и жертвоприношения. И они, заметьте, работают! Что, впрочем, некоторое время назад мы имели счастье наблюдать и в данной местности.

– Я – шарлатан! – Эльф тяжело задышал, явно не зная, что сказать от возмущения.

– Именно. Не подумайте чего, я, конечно, не расист, но всем известно, и многочисленные свидетельства тому доказательства, что остроухие – народ склонный, так сказать, к приукрашиванию действительности, проще говоря – вранью. Нет, конечно, и среди них встречаются индивидуумы, выбивающиеся из общей, так сказать, картины, взять хотя бы для примера небезызвестного ученого-астролога А-Кинди Ахдадского…

– Эльфы – врать? Да сам ты врать!

– А ну, тихо! Разошлись! – Даниил заметил, в какой из домов зашел староста. – Пойдемте потолкуем с местным главой.



Как и следовало ожидать, дом старосты оказался самым большим сугробом. Постучав и получив разрешение, компания ввалилась внутрь. Здесь чесночно-рыбная вонь оказалась настолько сильна, что сэр Уилфред и Лиз не задерживаясь выскочили наружу. С Даниилом мужественно остались Жан Элиасен и Тахл. Ученый обмотал шарфом низ лица и периодически протирал слезящиеся глаза, скорее всего довольный возможностью погреться; Тахла, кажется, вообще не заботил запах, впрочем, он все еще продолжал шумно сопеть, задетый словами тощего доктора.


– Слышал, у вас упырь объявился, – сразу перешел к делу Даниил.

– Объявился, – староста уже успел снять верхнюю часть костюма, а именно голову волка, – десятин несколько как. Добро бы стариков, или детишек там, или девки какой кровь испил. Так нет – злыдень, Лакулу-кузнеца покусал, тот на три дня слег, а из Верхней Снежковки, как назло, за гарпунами пришли, они еще о прошлом полнолунии заказывали. Потом – Пуха, он у нас лучший рыбак в деревне. Двухголовую ему поймать что два пальца… того этого.

– Термин «упырь», или uperice, пришел в наш язык из южных земель, в частности в Зухарии так именуют оживших покойников, встающих по ночам. Само слово, по мнению некоторых исследователей, происходит от древнезухарского apuro – жертва без огня, не принятая богами, либо центаврийского pahhur – огонь, – забормотал из-под полосатого шарфа Жан.

– А вы, извиняюсь, на какой предмет упырем интересуетесь? – Слова ученого мало впечатлили старосту.

– Мы интересуемся на предмет избавить вас от него, – ответил Даниил. – Надеюсь, сами не пытались?

– Пыта… чего? А, ну да, пытались, как не пытаться, даже до гатахи на погосте дошли, в которой покойников сжигаем. Где-то в тех местах энтот самый кровопивца обосновался. Да только боязно стало, а ну как выпрыгнет да как выпьет всю кровушку-то.

– Очень хорошо, – кивнул Даниил, – в это время года упыри крайне агрессивны. – Краем глаза он заметил, что Тахл заинтересовался содержимым кувшинов, которые стояли на полке у входа. Эльф поочередно снимал их, принюхиваясь к содержимому.

– А еще Тандычиху насмерть перепугал, – между тем продолжал староста. – Нет, оно, может, и хорошо, старуха только то и делала днями, что матюгала всех на чем свет стоит. А особенно как идешь, бывалчи, после ну этого… собрания, выпимши, понятное дело, а она…

– Три золотых! – перебил старосту Даниил.

– А?

– Я говорю, три золотых, и я избавлю вас от кровососа. – На всякий случай Даниил оттянул Тахла от кувшинов и полки.

– Ишь ты, мил человек, три, да еще золотых. – Староста шумно почесал грудь под шкурой. – Упырь, может, и того – не больно страшный. Акула выздоровел, а Тандычиху все одно никто не любил.

Аргументы его очень походили на аналогичные брата настоятеля в храме, где Даниил встретил Тахла.

– А если упырь в следующий раз укусит вас?

– Меня? А чего меня кусать, я – старый, невкусный, пусть лучше вон Пухову дочку кусает. Девка – кровь с молоком, пей не хочу. Вот ежели б кто за два медяка сподобился упыря извести, я б ему прямо в тот момент бы заплатил, еще и на… этом, как его, собрании отметил – почет и уважение.

– Два медяка! – всплеснул руками Даниил. – Да за два медяка я не то что упыря, ворону убивать не стану!

– А ворону нам без надобности.

– Два золотых и два серебряных, и это – последняя цена. И только потому, что я тороплюсь… – Это было почти правдой, ибо Тахл вновь начал подбираться к полке, за эльфом подтянулся и доктор – они не ели со вчерашнего вечера.

– Торопись, чего ж не торопиться, коль надо, мы никого силком не держим. Вот ежели б кто, скажем, за серебряный кровопивцу-то того, мы б его прямо сейчас, и на собрании…

– Вы, я вижу, человек бывалый, цены знаете, провести вас никак нельзя…

Староста серьезно кивал каждому слову Даниила.

– Два золотых. И то только для вас и из уважения к столь…



После получаса торгов и постоянного слежения за голодными попутчиками Даниил со старостой сговорились на одном золотом и запасе продуктов на дорогу. Стороны скрепили договор дружными плевками на ладони и рукопожатием.





Глава 7




– Я ведь здесь временно. – Молодой священник то ли оттого, что отогрелся, то ли прошло достаточно времени, потихоньку выходил из ступора.

– Где? – Хоть сани и легко скользили по снегу, инспектор Владимиров следил за «дорогой» – под сугробами часто прятались камни, да и в яму вполне можно было влететь, ведь сейчас они двигались не проторенными путями.

– На Станции. Моя мечта – перебраться в Головной храм, в Клапроте.

– Почему в Клапрот?

– Там находится Алтарь Урана.

Инспектор Владимиров покивал, он не очень разбирался, чем алтарь Урана предпочтительнее других, но, если парень мечтает, что ж…

– И Отец Пелиго, мой наставник, обещал мне. Он в Клапроте кастеляном – второй человек в храме после настоятеля. Говорит, пару лет послужишь на Станции, потом заберу к себе – помощником. Теплое местечко. А я не хочу помощником! Не для того я пошел в атомные священники. Моя мечта служить богам, у самого Алтаря!

Похоже, молодого, что называется, понесло. Владимиров знал: так бывает после стресса. Выговорившись, люди, как правило, засыпали.

– Не все ли равно, где служить?