Страсть Черного Палача

Кивнув, шагнула за Вальдисом, крепко держась за каменные стены.

Внизу оказалось прохладно и совершенно ничего не видно. Скрипнула дверца, послышались шаги Грегора. Под ногами что-то пискнуло.

Нет, пожалуй, я преувеличила собственную смелость.

Но уже в следующий момент на плечи опустился тяжелый плащ, хранящий тепло чужого тела, а в ноздри ударил знакомый, горячий аромат.

– Здесь холодно, – мягко проговорил мастер пыток.

В его руках зажегся факел, и я встретилась с алыми бликами в жгучих черных глазах.

Спину привычно лизнула волна мурашек.

Грегор галантно предложил мне свободную руку, и все вместе мы двинулись по узкому подземному тоннелю.

– Куда мы идем? – спросила я, с удовольствием ощущая кончиками пальцев мышцы под тонкой тканью мужской рубашки.

– У моего слуги, Берта Карвиша, здесь неподалеку есть собственный дом.

– Карвиш? – переспросила я. – Ты имеешь в виду дворецкого?

Невысокий, худой мужчина с умным, цепким взглядом никак не вписывался в образ местного жителя. Хотя, если повнимательнее вспомнить его темно-карие глаза, вполне можно было предположить, что их хозяин способен скрывать множество тайн. Кем он был прежде? До службы у ашаи Вильерта?..

– Да, ты должна его помнить.

– Конечно, я помню, – кивнула в ответ. – Если бы не он, я наверняка не успела бы на тот прием к императору, где…

В этот момент я запнулась и мгновенно покраснела.

Грегор заулыбался, сжав крепче мою руку. Мне стало очень горячо. Мужчина не поворачивал головы, невозмутимо продолжая двигаться вперед, но мне показалось, что он стал дышать чаще.

– Грегор, а не пора еще рассказать мне всю историю Вальдиса Аргона? – перевела тему я, замечая, как наш узник повернул голову и согласно кивнул.

А я снова вспомнила, что он не может говорить. И от этой мысли все внутри сжалось. Но уже в следующее мгновение мастер пыток начал рассказ.

– Вальдис попал ко мне примерно полгода назад, – спокойный, бархатистый голос разносился по тоннелю, отражаясь от стен тихим эхом. – Он обвинялся в многочисленных убийствах и изнасилованиях. И, как ты понимаешь, камень-оракул подтвердил на его руках кровь.

В кожу вонзились морозные иголки страха. Неужели я ошиблась? Или все же нет?..

– Весь город на тот момент бурлил, обсуждая убийства молодых женщин неизвестным маньяком. Убийца выбирал в качестве жертв магичек из абсолютно разных слоев общества, а потому его одинаково боялись как благородные, так и обычные люди. И вот наши ищейки вышли на след этого чудовища, а через пару дней привели Вальдиса. Мне оставалось только выбить из него признание, и дело было бы закрыто.

– И вы сделали это, как я понимаю, – произнесла с испугом, снова представляя, что под пытками даже я призналась бы в убийстве тех женщин.

Грегор бросил на меня темный взгляд, от которого стало стыдно.

– Не делай из меня большего монстра, чем я есть, Лилиана, – сказал он, и в голосе проскочило нечто такое, отчего мне захотелось удавить себя на месте за собственные слова. – Поверь, за годы службы лучше всего я научился различать ложь и правду. Моя магия способна не только внушить страх, но и почувствовать его в объекте воздействия. Когда человек лжет, внутри него бурлит настоящий океан страха. И я все это прекрасно ощущаю.

– Но ведь тебя боится каждый, кто приходит на допрос, разве нет? – переспросила я, краснея. – Грегор, я просто пытаюсь понять…

– Не оправдывайся, в твоих вопросах слишком много смысла, – пожал плечами мужчина, так и не повернув ко мне головы. – Но между страхом лжеца и страхом человека, который говорит правду, – большая разница. Кроме нескольких десятков внешних признаков, конечно же. Настоящий преступник испытывает ко мне еще и ненависть, Лилиана. Потому что он знает, что я принесу ему смерть или пожизненное заключение. Все это в комплексе позволяет мне практически мгновенно определять убийцу.

– Значит, ты понял, что Вальдис не виновен?

– Да, я понял это сразу, – кивнул Черный палач. – Но ситуация осложнилась. Мне не позволили озвучить свое решение.

– Но почему? И кто не позволил? – нахмурилась я.

– Против Вальдиса выступала сама мэссина Хеления, – мрачно ответил Грегор. – Она отвергла все мои выводы на основании того, что у Вальдиса уже не было языка. Он не мог признать свою вину. А значит, по ее мнению, моя работа была бессмысленна. Таким образом, его приговорили судом ордена и милостью Светлой девы к пожизненному заключению. Потому что мэссина не выносит смертных приговоров.

– Это все очень подозрительно, – задумчиво протянула я, вспоминая собственные видения и раздумывая, как бы рассказать о них Грегору. Но присутствие самого Вальдиса меня несколько смущало. – А разве не мог он написать на бумаге, что не виновен? Рассказать все, что нужно…

– К сожалению, не мог, – мягко прервал мастер пыток. – Вальдис – из простых. Он не обучен грамоте.

Тот грустно посмотрел на меня и отвернулся.

Да, это все меняло. Меня с другими послушницами обучали при монастыре. И в голову редко приходило, что, как сироте, мне очень повезло научиться читать и писать.

– Но кто же так издевался над ним? – спросила я, ничего не понимая.

Грегор покачал головой.

– Это такая же загадка для меня, как и для тебя, Лилиан. Вся эта история очень странная. Когда я узнал, что Вальдиса все равно приговорили к заключению, то был вне себя от ярости. Мне сперва казалось, что Хеления сделала это назло мне. И тогда по моему приказу Дрэгон Биндрет должен был в одну из ночей освободить узника и выпустить. Отдав такое распоряжение, я просто забыл о нем. И только потом начал догадываться, что дело было в чем-то ином. А теперь оказалось, что Вальдис до сих пор оставался в камере, да еще и подвергался избиениям. И кроме персонала тюрьмы сделать это никто не мог. Вот только кто конкретно и по чьему приказу?..

Грегор был мрачнее тучи.


– Они ведь наверняка были в масках, не так ли? – спросил он у бывшего заключенного.

Мужчина повернул к нему свое избитое лицо и кивнул.

– Ну вот, загадок меньше не становится, – закончил Палач.

– Грегор… – замялась я на мгновение, кусая губу.

Мастер пыток посмотрел на меня и едва заметно улыбнулся.

– Ну, говори уже, у тебя такое лицо, словно ты в чем-то виновата. Не пойми меня превратно, но это выглядит слишком… привлекательно, – улыбка приобрела хищный оттенок. В животе шевельнулась змея возбуждения, хоть это и было совершенно не к месту.

– Грегор, когда я решилась выкрасть Вальдиса, у меня явно слегка помутилось в голове. Настолько мне было невыносимо думать, что кто-то регулярно избивает человека, который даже не виновен в своем преступлении.

– Да, кстати, – перебил он, – вот об этом ты скоро расскажешь мне поподробнее: как тебе удалось узнать, что он невиновен. А пока я слушаю дальше.

– В общем, сегодня днем я заходила к коменданту тюрьмы и спрашивала про Вальдиса. Думаю, это наведет на подозрения. К тому же я вообще теперь слабо представляю, что делать дальше. Ведь, наверняка, и меня, и тебя, будут допрашивать. Ты тоже вышел за территорию тюрьмы не один.

И почему мне никак не удавалось сохранить серьезность в таком важном разговоре? Но стоило Грегору обхватить мою ладонь, ласково проведя пальцами по коже, как я забывала все на свете.

– Да, это могло бы стать проблемой, – кивнул мужчина, уверенно глядя вперед. – Но, к счастью, речь пойдет именно о Вальдисе Аргоне. Заключенном, которого я, рискуя карьерой, полгода назад приказал отпустить. Узнике, которого избивали мои подчиненные. И Дрэгон должен будет ответить мне не на один вопрос по этому поводу. Да, мы нарушили закон, Лилиан. Но теперь для меня самое главное вернуться в тюрьму до того, как поднимется шум.

В груди потеплело.

– Мне стыдно, что из-за моей глупости у тебя будут проблемы.

Он резко остановился и повернул меня к себе. Вспыхнули алым черные глаза, в которых я так часто тонула. Также как и сейчас.

– Поверь, эта ошибка говорит лишь о твоем добром сердце, – ответил он твердо, сжимая меня за плечи. – И она стоит многого, в отличии от ошибки Хелении, наказавшей заведомо невиновного, и от ошибки Дрэгона Биндрета, из каких-то темных побуждений отказавшегося выполнять мой прямой приказ. Не переживай, моя рыжая лилия. Этот вопрос мы уладим быстро. Или я – не Черный палач.

После этого он вдруг поцеловал меня в лоб и обнял, прижав мою голову к груди. И мне как всегда стало тепло и спокойно. В этот момент у меня вдруг вспыхнула невероятная мысль: я готова отдать все, что у меня есть за стук его сердца рядом с моим собственным.

Это настолько ошеломило меня, что я забыла все, что еще секунду назад хотела сказать. Мы двинулись дальше, а мне так и не удавалось перестать об этом думать.

– Мы прибыли, дорогие гости, – с удовольствием протянул Грегор, отрывая какую-то темную дверь, спрятанную в каменной стене.

Скрипнул замок, и мы быстро поднялись по небольшой лестнице, оказавшись в довольно просторном холле. Мастер пыток отошел на пару шагов, и уже через мгновение в его руках зажегся масляный фонарь, осветивший приятное, тепло-шоколадное убранство помещения.

Я мельком бросила взгляд в одно из массивных окон, выходящих во двор, и с удивлением поняла, что мы были в том самом мрачном доме, огороженном огромным забором, около которого остановилась карета. Кто бы мог подумать, что темное, заброшенное здание изнутри окажется таким уютным и красивым?..

– Вальдис, – обратился он к узнику, – тебе придется немного подождать, а потом я покажу тебе твои покои. Лилиана, иди за мной.

Мы поднялись по деревянной, винтовой лестнице на второй этаж, где оказалось аж десять свободных комнат. Я никак не могла понять, каким образом они все поместились в этот с виду такой маленький дом.

– Размещайся пока здесь, – проговорил Грегор, отпирая передо мной одну из дверей. – К сожалению, я не могу предложить тебе помощь слуг, но, надеюсь, это не принесет тебе слишком много неудобств.

Я покраснела, решив умолчать, что слуг у меня вообще никогда не было.

– Да, конечно.

– Лилиана, – добавил он, вдруг понизив голос и взяв меня за руку. – Ты, так же как и Вальдис, не должна покидать пределы этого дома, пока все не уладится. Происходит что-то странное, и я должен понять, что.

– Конечно, я понимаю. Но как же моя служба у императора? Вдруг он захочет меня видеть?

Мужчина на миг сдвинул брови, но тут же кивнул.

– Я скажу его светлейшеству, что ты продолжаешь мое лечение. Не беспокойся.

Я глубоко вздохнула, не веря до конца, что все это происходит со мной.

– Спасибо, – прошептала тихо.

Грегор поднял мою ладонь и медленно коснулся губами, не сводя с меня горячей черноты глаз.

По спине пробежала волна мурашек.

– Можешь пока исследовать дом и сад. Только не подходи к забору, чтобы тебя не было видно снаружи.

С этими словами он поклонился мне с улыбкой, как благородной даме на светском рауте. Я кивнула в ответ, не имея ни сил, ни желания посмотреть куда-нибудь еще, кроме его едва улыбающихся губ.

Грегор ненадолго замер, не сводя взгляда с моего лица. Потом снял перчатку и вдруг коснулся рукой моей щеки. Жар ударил сквозь кожу, заставив закрыть глаза, потянуться ему навстречу. И я знала, что это была вовсе не магия.

– Я вернусь завтра вечером, – шепнул он, приподняв мое лицо за подбородок и мягко касаясь своими губами моих.