Страсть Черного Палача

– Конечно узнал, – кивнул он. – Но я успел вовремя. Буквально через десять минут после моего появления, в кабинет Биндрета влетел охранник, сообщивший, что заключенный пропал из своей камеры. Я подозреваю, что он как раз один из тех, кто избивал Вальдиса, но это я узнаю позже. Дрэгона я успел предупредить о молчании. И он, нехотя, но отбил тревогу, сказав страже, что сам перевел заключенного в другое место.

– Это хорошо… наверно, – проговорила я, подавшись чуть вперед от беспокойства. – Но, что он теперь будет думать? Он не выдаст нас? А кто бил Вальдиса, он рассказал?

Грегор протянул руку через весь стол и положил на мою кисть.

– Не переживай так, я все улажу, – тихо ответил он, и теплая ночь его глаз вправду успокоила. – Биндрет будет молчать, даже если не хочет этого. Он слишком боится меня.

В черном взгляде вспыхнул опасный свет. В этот момент я поняла, что Грегор и впрямь может казаться страшным. Кому-нибудь постороннему, кто не знает, насколько мягким он бывает на самом деле.

– А насчет ран Вальдиса начальник якобы ничего не знает. Но я уверен, что он лжет. Так что выбить из него правду – вопрос времени. Конечно, я не могу пока применить к нему силу, его молчание слишком необходимо. Но это ненадолго.

– У тебя есть какой-то план? – удивилась я, с восхищением глядя на мужчину. Получается, пока я спала, рассматривала его скульптуры и бестолково гуляла по дому, он что-то придумал?

– Конечно, – кивнул Грегор, доедая жареные хлебцы с креветками. – Я чувствую, что существует какая-то связь между мэссиной Хеленией, Вальдисом и всеми убийствами, что продолжают происходить, несмотря на умалчивание службы безопасности.

В этот момент в голове вспыхнуло неприятное воспоминание о собственных видениях. Больше всего в них меня настораживал именно образ мэссины. Он был слишком далек от праведного.

– Убийства? – ахнула я. Мне и впрямь не доводилось последнее время слышать о чем-то подобном.

Грегор помрачнел.

– Пару дней назад в доках, что несколькими кварталами ниже, нашли убитой еще одну девушку. Тоже магичку. Из благородной, хоть и бедной семьи.

– Какой ужас, – выдохнула я, окончательно потеряв аппетит.

А мужчина между тем продолжал:

– Все это не может быть просто совпадением. Недаром же Хеления так настаивала на наказании Вальдиса, зная, что он невиновен.

– С чего ты взял, что она знала? – не поняла я.

Уголки губ Грегора презрительно изогнулись.

– Потому что Хелении прекрасно известны границы моих способностей. Она в курсе, что я легко определяю убийц. И Вальдис к ним никогда не относился.

Я нахмурилась, вспоминая, как на приеме у императора мэссина выпрашивала у повелителя смерть для мастера пыток.

– Эта женщина ненавидит тебя, ты знаешь? – спросила я, мрачнея. Меня сильно пугало, что у Черного палача есть такой влиятельный враг.

Грегор же неожиданно усмехнулся.

– Я в курсе, – бросил он совершенно спокойно, чем меня невероятно удивил. Неужели он совсем никого не боится? – И даже знаю причины этой ненависти, но боюсь, это не та тема, которую нам стоит обсуждать. Прости, моя рыжая лилия.

Я слегка прищурилась, не сводя взгляда с мужчины. Что-то в его словах показалось мне странным. Более того, женское любопытство никак не позволяло оставить эту тему просто так. И потому я вдруг встала со стула и медленно подошла к Палачу со спины. Опустила руки ему на плечи, осторожно погладив. Коснулась пальцами шеи.

Грегор замер, тут же положив ладонь на одну из моих кистей. И, глубоко вздохнув, закрыл глаза.

Я поднялась еще выше и мягко зарылась пальцами в его волосах, перебирая чуть волнистые пряди.

Выше, еще выше… Пока пальцы едва заметно не коснулись висков.

Все произошло еще быстрее, чем я ожидала. После последнего раза, когда я случайно проникла в маску Вальдиса, увидев, как мой белый поток разделился, моя магия стала работать гораздо сильнее. Сейчас я не собиралась делать ничего запрещенного. Мне не нужно было проникать слишком глубоко. Я хотела получить конкретный результат: увидеть в мыслях Грегора образ Хелении.

По крайней мере попробовать.

Но у меня получилось. Вспышка белого света ослепила, а затем из молочного марева выплыла стройная фигура мэссины. Картинки молниеносно сменяли друг друга, но я успевала выхватывать основное:

“Ты понимаешь, что я не оставлю это просто так? Ты пожалеешь, что вообще родился!..”

“Ты знаешь, зачем я пришла. Я люблю тебя…”

“Поверь, император будет не вечно нуждаться в тебе, и тогда тебе придет конец, Черный палач!..”

“Я же знаю, что ты все еще хочешь меня…”

“Я не могу без тебя, Грегор, я сгораю…”

Лицо, искаженное страстью. Лицо, искаженное ненавистью. Белое, как снег, лицо мэссины Хелении.

Я отдернула руки от висков Грегора, словно его кожа начала обжигать. Мужчина повернул ко мне голову, удивленно прищурившись. И тут же схватил за запястья, дернув на себя.

Я едва успела ахнуть, как уже сидела на его коленях в жарких, но подозрительно крепких объятиях.

– Когда ты собиралась рассказать мне, что умеешь видеть прошлое, моя хитрая маленькая лилия?


В груди резко потеплело. Его близость всегда слишком волновала меня. Но сегодня я не собиралась терять голову так быстро.

– Лучше расскажи мне, что у вас было с Хеленией? – почему-то мэссиной мне ее резко расхотелось называть. Раньше это обращение было чем-то уважительным… Светлым… Теперь – нет.

Грегор дерзко улыбнулся.

– Ревнуешь?

– Мне не до смеха, – бросила я и отвернулась.

Похоже, и правда, ревную.

– Не переживай, – в который раз за сегодняшний день проговорил он, за подбородок повернув мое лицо к себе. И мягко поцеловал.

Горячие губы на мгновение обожгли, оборвав дыхание.

– Когда-то давно, когда Хеления еще была послушницей ордена, – тут же начал он рассказ, – я… любил покорять неприступные крепости.

Мужчина улыбнулся, а мои щеки покраснели.

– Ты совратил послушницу? – выдохнула я.

– Я не был у нее первым, – продолжил он спокойно. – Поэтому не стоит преувеличивать проблему, Лилиана. Совсем скоро она получила сан и стала Верховной мэссиной. Но, к сожалению, это не заставило ее поменять свои приоритеты. Она все еще хотела продолжения отношений, которых на тот момент уже давно не существовало. Хеления не смогла забыть, вот и все.

Я прикусила губу от досады.

– Значит, она в тебя влюблена?

Грегор пожал плечами.

– Возможно, она просто хочет от меня того, к чему привыкла. Подчинения. А это невозможно. Ее магия на меня не действует.

Мужчина мрачно усмехнулся.

– Магия?

– Да, конечно, – кивнул он. – Мэссина обладает рубиновым потоком. Именно он помог ей так быстро достичь высот в ордене. Рубиновый поток подчиняет волю. Вызывает немое обожание. У особенно сильных колдунов, таких как сама Хеления, это почти боготворение.

– Но почему об этом никто не знает? – изумилась я. – Выходит, она стала главой ордена нечестным путем.

Грегор улыбнулся, убрав прядь волос с моего лица, с каким-то затаенным удовольствием вглядываясь в глаза.

– Потому что мага рубинового потока может определить только еще более сильный маг.

– Значит, никто просто не может этого понять?.. – ужаснулась я.

– Да. Никто не может почувствовать на себе ее воздействие.

– Какой кошмар…

– Ну, не все так страшно, – пожал плечами мужчина. – Мэссина же не очаровывает и не убивает потом девушек по ночам, – усмехнулся он, а потом вдруг нахмурился. – По крайней мере, я на это надеюсь.

Я вздрогнула.

– Ты ее подозреваешь?

Снова видения прошлого из воспоминаний Вальдиса вспыхнули перед глазами.

– Не то что бы подозреваю, – протянул мастер пыток. – Но давай не будем об этом сейчас говорить. Еще рано делать выводы. Лучше расскажи мне, как тебе удалось увидеть мое прошлое. Ты знаешь, что это крайне редкий дар?

– Правда? – удивилась я.

– Конечно! Сейчас в империи нет ни одного достаточно сильного колдуна белого потока, что смог бы заглянуть в память человеку. Насколько мне известно, ты – единственная. Потому-то так и ценны камни-оракулы, что их совершенно нечем заменить.

– Грегор… – задумчиво начала я. – Я лишь недавно поняла, что все это – не плод моего сумасшествия. И до последнего не верила, что все увиденное мной – реальность.

– Значит, ты видела еще чье-то прошлое? – с интересом спросил Грегор.

Я кивнула.

– Вальдиса. А до этого – Бэйлора. Сперва это начало появляться, когда я лечила тело и… душу.

Если рассказывать – то все до конца. Я решила довериться Грегору, тем более, что мне бы в голову не пришло, что он способен меня предать.