Связанные Местью

Гроул схватил меня за руку, напугав меня.

— Ты замёрзла, — удивленно сказал он.

— Так было весь день. Наверное, нервничаю.

Как только эти слова слетели с моих губ, я пожалела о них. Я не хотела признаваться в этом Гроулу.

— Нервничаешь?

Я была рада, когда у него, наконец, не осталось выбора, кроме как вернуть взгляд на дорогу.

— Никто не причинит тебе вреда.

Я невесело рассмеялась.

— Я не об этом беспокоюсь. Я просто не хочу видеть Козимо и других.

— Почему?

Я часто забывала, как мало Гроул знал о человеческой природе. Он напоминал мне кого-то, кто вырос среди животных и теперь должен выяснить, как работают человеческие взаимодействия.

— Потому что это напоминает мне обо всем, что я потеряла, — призналась я, в конце концов.

Гроул хмуро посмотрел на дорогу.

— Ты любила его? — его губы скривились при этом слове, будто оно оставило горький привкус во рту. — Ты любила Козимо?

В его голосе было что-то твердое и мрачное. И на этот раз я уловила скрытые эмоции за его холодностью. Уязвимость и боль.

Я покачала головой.

Любовь? Я ничего не знала о любви.

— Нет. Я никогда не хотела выходить за него замуж. Я едва знала его. Мои родители выбрали его для меня.

Мой отец. Но произносить его имя вслух сегодня было слишком. Я бы не пришла на эту ужасную вечеринку со слезами на глазах. Я не доставила бы никому из них такого удовольствия.

— Тогда почему тебе грустно, что ты потеряла его и что он женится на этой девушке?

Мне было грустно? Не из-за того, что потеряла Козимо. Теперь, после всего, он мне безразличен. Но мне было грустно. Но это была лишь малая часть эмоций, которую я чувствовала.

С каждой секундой во мне росло другое, более темное чувство. Ненависть. И страстное желание отомстить.

— Мне грустно не из-за того, что я потеряла его. Если бы я потеряла только его... — засмеялась я. — Боже, это было бы великолепно. Но я потеряла всё. И грусть? Нет, — тихо сказала я. — Я зла. Хочу, чтобы они страдали. Хочу, чтобы они пожалели о том дне, когда решили убить моего отца и уничтожить мою семью. Козимо, Фальконе и все остальные, кто был вовлечен в это.

Гроул кивнул, будто это было эмоцией, которую он мог понять.

Он даже не обиделся, что в моем списке есть и он. Он участвовал в нападении на мою семью, даже если не был главой операции, просто жестокой рукой Фальконе.

— Не говори ничего подобного на вечеринке, — предупредил Гроул.

— Я не дура. Я не скажу ничего подобного.

Но я вспомнила, как в последний раз видела Фальконе и как бросила ему вызов. С тех пор моя ненависть к нему только возросла. Остановить себя от попытки выцарапать ему глаза или, ещё лучше, перерезать горло устричным ножом, было трудно.

— Я знаю, что ты не дура. Но глупость тут ни при чем. Эмоции следуют своим собственным правилам.

Откуда ты знаешь? Хотела я спросить, но сдержалась.

Как бы нелепо это ни звучало, Гроул пожалуй был моей единственным другом на вечеринке тем вечером. Я не знала, чего ожидать от Триш и Анастасии, хотя надеялась, что мы останемся подругами, и они помогут мне.



***

Дом Козимо был меньше, чем Фальконе, но у него тоже имелся фонтан на подъездной дорожке, хотя и меньше, чем у Фальконе.

Когда мы с Гроулом вошли в дом, все взгляды устремились на нас. Разговоры стихли, только чтобы возобновиться мгновение спустя, но на этот раз за поднятыми руками и украдкой поглядывая в мою сторону. Все говорили обо мне.

Жар поднялся в моей голове, но я заставила себя стоять прямо и казаться расслабленной, несмотря на желание убежать.

Гроул положил ладонь мне на поясницу и на мгновение жестом действительно сумел меня расслабить, но люди быстро заметили прикосновения, и я почти услышала их мерзкие слова.

Я сделала небольшой вдох и позволила Гроулу толкнуть меня дальше в комнату.


В большой гостиной и столовой были расставлены столики с закусками.

Я предположила, что Козимо выбрал того же поставщика, что и Фальконе. Он, казалось, очень стремился подражать своему боссу всеми возможными способами.

И хотя все выглядело как дешевая копия вечеринки Фальконе, но я поймала себя на желании быть хозяйкой. Это должна была быть моя помолвка. Самый счастливый день в моей жизни, по крайней мере, внешне. А теперь...

Мои глаза остановились на Анастасии и Козимо в конце комнаты, рядом с огромным золотым холодильником для шампанского.

На Анастасии было новое серебряное платье в пол, которое делало её похожей на принцессу.

Рядом с ней стоял Козимо в темном костюме, одной рукой обнимая невесту за талию.

Желчь подступила к горлу, и улыбка на моём лице стала болезненной. Мне нужно было что-нибудь выпить. Что-то крепкое.

Гроул, казался, прочитал мои мысли, потому что мгновение спустя перед моим лицом появился бокал с красным вином. Остальные женщины пили шампанское или белое вино, поэтому я была удивлена его выбором.

— Красный должен успокаивать. Может, и тебя тоже.

Я могла бы поцеловать его тогда. Я никогда не ожидала от такого человека такой заботы.

Но мой момент покоя был недолгим, когда мы направились к Фальконе, который вел себя так, будто был хозяином этого вечера, делая величественные жесты руками и смеясь громче всех, в то время как люди, собравшиеся вокруг него, пытались сделать вид, что он действительно говорит что-то смешное.

Я сделала большой глоток вина, молясь, чтобы оно успокоило меня быстрее, прежде чем я совершу что-то, что помешает мне когда-либо снова увидеть маму и сестру.

Я не могла сорваться сегодня. Когда-нибудь будет время отомстить, но не на этой вечеринке.

Гроул крепче сжал мою спину, когда мы остановились перед Фальконе, будто он пытался предупредить меня.

— Хорошая вечеринка, босс, — прокомментировал Гроул.

Фальконе широко улыбнулся.

— К сожалению, это не моя вечеринка. Козимо проделал хорошую работу. Он пытается произвести впечатление на свою леди.

Наконец его холодные глаза остановились прямо на мне, сверля меня торжествующим и насмешливым взглядом.

Мои пальцы сжались на бокале, но я заставила себя сохранять спокойствие.

Сомневаюсь, что мне это удалось. Практически каждый дюйм меня горел ненавистью, желанием заставить страдать этого человека передо мной.

— Надеюсь, ты так же рада за свою подругу и Козимо, как и все остальные, — сказал он фальшиво.

Скажи что-нибудь. Скажи что-нибудь. Но всё, о чем я могла думать — удастся ли разбить стекло и перерезать Фальконе горло одним из его осколков, прежде чем кто-нибудь из окружающих придет ему на помощь.

Гроул, вероятно, будет первым, кто спасет своего босса.

— Я счастлива, — заставила я себя сказать, но слова прозвучали фальшиво даже для моих собственных ушей.

Фальконе усмехнулся, потом снова зарычал.

— Удивлен, что тебе удалось выбраться из постели. Но даже тебе, мой бык, время от времени нужна пауза, а? — Фальконе хлопнул Гроула по плечу жестом, предназначенным для приятелей. — Надеюсь, ты всё ещё доволен своим подарком. В противном случае есть ещё одна сестра для дегустации, если ты устанешь от этой.

— Талия? Где она? — выпалила я, не успев взять себя в руки.

Торжествующее выражение на лице Фальконе говорило о том, что он получил то, что хотел. Он точно знал, куда нажимать. Он не давал мне ответов, которых я хотела.

Гроул снова сжал мой бок, предупреждая, но было слишком поздно.

Я сжала губы и с трудом сдержала слёзы.

Фальконе был монстром похуже Гроула.

— Я не устану от Кары, — сказал Гроул.

Улыбка Фальконе стала похотливой, когда его взгляд прошелся по мне.

— Такая хорошенькая, да? Может, тогда мне следовало оставить её себе, — он рассмеялся.

Гроул ничего не сказал. Его лицо было каменным, и хватка на моей талии болезненной.

Я посмотрела на Фальконе, надеясь, что он увидит обещание в моих глазах. Ты сдохнешь.

Его улыбка стала еще шире, но моя решимость была непоколебима.