Возмутительно красивый пилот

Спустя несколько минут два офицера в форме распахнули двери, ведущие в зал, и он стал заполняться народом. Я схватилась за решетку, с отчаянием глядя на входивших. Картер! Слава богу!

— Картер!

Я помахала ему, при этом без всякого предупреждения дернув за руку задержанного, который был пристегнут ко мне.

Картер попытался приблизиться ко мне, но его остановил один из охранников.

— Не говори ничего. Я нанял тебе адвоката. Она обо всем позаботится.

Я кивнула, впервые испытав облегчение после того, как начался этот кошмар. Слезы потекли по моему лицу, но я даже не могла вытереть их, не побеспокоив пристегнутых ко мне людей.

Некоторое время спустя в зал вошел судья. На нем было длинное, до щиколоток, белое одеяние, а на голове — клетчатый красно-белый убор. Он быстро и раздраженно говорил что-то по-арабски и почти не поднимал головы.

И внезапно все завертелось. Судья начал допрашивать задержанных, в то время как другие присутствовавшие стали переговариваться между собой на разных языках. Я даже не был уверена, на каких языках они говорили. Я просто переводила взгляд с судьи на Картера, который сидел в заднем ряду. В первый раз я видела Картера не спокойным и уверенным в себе. И одно только это пугало меня до смерти.

Наконец офицер назвал мое имя. Он снял с меня наручники, которыми я была пристегнута к другим задержанным, и повел меня в коридор, где меня ждала женщина в костюме. Она прекрасно говорила по-английски, хотя и с сильным арабским акцентом. И она была ослепительно красива.

— Когда судья назовет ваше имя, я буду говорить за вас. Мы сделаем заявление о вашей невиновности. Офицер, который арестовал вас, не появится в суде, чтобы дать показания, и это рассердит судью.

— Что? Откуда вы знаете, что офицер не появится? И почему нам нужно рассердить судью?

Она вздохнула, словно я раздражала ее.

— Потому что офицеру сказали не появляться здесь. А этот судья требует, чтобы на предварительном слушании присутствовало лицо, совершившее арест. С вероятностью в пятьдесят процентов судья будет так зол, что отпустит вас просто из вредности.

— А что будет, если все пойдет не так? Что случится с вероятностью других пятидесяти процентов?

— Тогда вас посадят в тюрьму максимум на тридцать дней, пока не объявится тот офицер и не предстанет перед судом в качестве свидетеля.

— Но…

Прежде чем я успела возразить, офицер назвал мое имя.

— Наша очередь. Пойдемте.

— Подождите…

— Нет. Нам нужно идти.

Все последующее показалось мне происходившим не со мной. Словно я наблюдала за всем со стороны. Физически я находилась в зале суда, но мой ум витал где-то в облаках, глядя на то, как разворачивались события. Прежде чем встать перед судьей рядом с адвокатессой, я посмотрела на Картера. Он ерзал на краешке стула и казался таким же взволнованным, как и я.

Судья сказал что-то, чего я не поняла, и моя адвокатесса ответила ему по-арабски. Я затаила дыхание, глядя, как судья раздражается все больше и больше, переходя почти на крик. После разгоряченных дебатов он поднял свой молоточек и сердито стукнул им. От этого звука я подпрыгнула.

— Пройдемте со мной.

Офицер взял меня под локоть и повел прочь из зала суда.

— Постойте. Постойте… что случилось? — спросила я адвокатессу. — Что сказал судья?

Она закатила глаза.

— Вы свободны. Офицер отведет вас, чтобы вы забрали свои вещи.

Картер ждал меня на ступеньках здания суда, стоя рядом с адвокатессой. Моим первым побуждением было подбежать к нему и броситься ему на шею. Но я тут же вспомнила, как изначально попала в беду — ведя себя неприлично в общественном месте.

— Ты в порядке? — спросил он меня.

— Пожалуй.

Он повернулся к адвокатессе.

— Не знаю, как и благодарить тебя, Серина.

Игривая улыбка появилась на ее лице, и она кивнула.

— Я уверена, что вы что-нибудь придумаете, когда наши пути снова пересекутся в самолете, летящем в Америку, капитан. — Она посмотрела на меня. — Желаю удачи вам с сестрой. Постарайтесь впредь следить за тем, чтобы она вела себя прилично.

Я стояла, раскрыв рот, глядя вслед удалявшейся женщине.

— Твоя сестра?

Картер попытался объяснить.

— Мы встречались с ней несколько раз, когда она летала в Америку. Я подумал, что она сможет лучше помочь мне, если…


Я подняла руку и остановила его.

— Не хочу даже знать.

— Прости, Кендалл. Я не должен был оставлять тебя одну. Я должен был заставить тебя пойти со мной, и этого бы не случилось.

— Это не твоя вина.

Он кивнул в сторону стоянки автомобилей, расположенной по другую сторону улицы.

— Я арендовал машину. Давай уедем отсюда, пожалуйста.

— Господи, да! Мне нужно поскорее принять душ и переодеться.

— Хорошо. Я уже забрал твои вещи. Заставил горничную открыть дверь в твой номер. Притворился, что потерял ключ.

— Мои вещи? Куда мы направляемся?

— Туда, куда я должен был отвезти тебя с самого начала.





Глава 10

Картер




Я на самом деле все испортил.

Ни при каких обстоятельствах я не должен был оставлять Кендалл одну. Даже несмотря на то, что она пыталась убедить меня, что я не виноват в ее аресте, я не мог не чувствовать себя ответственным за все происшедшее.

По дороге к Амари она была необычно притихшей. Мой друг на следующие несколько дней предоставил нам спальню в своем доме. Его дом находился в сердце пустыни, вдали от городской суеты. К счастью, Амари не был консерватором. Если мы будем вести себя осмотрительно, притворяясь, что мы женаты, чтобы не смутить других его постояльцев, он не возражал, чтобы мы с Кендалл поселились в одной комнате. Ему можно было доверять — он не выдал бы нас.

Когда мы вошли в нашу комнату, Кендалл подошла к окну и задумчиво уставилась на песчаную пустыню.

— Ты в порядке?

— Мне нужно принять душ, — ответила она, не оборачиваясь.

Ее тон встревожил меня. Мне нужно было все исправить. Я хотел лишь одного — возместить ущерб, нанесенный этим арестом.

— Позволь мне наполнить ванну для тебя.

Несмотря на то что она мне не ответила, я пошел в ванную и включил воду. Наполнив ванну водой с мылом, я, все еще обеспокоенный ее состоянием, вернулся в спальню и протянул ей руку, чтобы помочь подняться с кровати.

Я повел ее в ванную, желая лишь одного — обнять ее в теплой воде.

— Сними одежду, — сказал я, — но не снимай бюстгальтер и трусики, потому что мы будем принимать ванну вместе.

Радуясь, что она не возразила, я снял брюки и, оставшись в одних плавках, погрузился в воду. Когда она сняла платье, при виде ее стройного тела в одном белье мой член тут же встал. Я протянул к ней руку.

— Залезай. Обещаю, что не укушу тебя.

Она нерешительно переступила через края ванны и опустилась в воду впереди меня. Ее спина была прижата к моей груди, а ее попка оказалась прямо у меня между ног. Я не мог ничего поделать со своим затвердевшим членом. Я лишь надеялся, что она это понимала.

Волосы Кендалл были завязаны в хвостик. Я освободил их, и ее роскошная белокурая грива упала ей на плечи. Зачерпнув воду, я стал поливать ее волосы, а потом набрал в руку шампунь и стал медленно массировать кожу на ее голове.

— Расслабься, детка, — прошептал я. — Просто расслабься.

Мне больше всего на свете хотелось позаботиться об этой девушке, заставить ее снова почувствовать себя в безопасности.

В ванной наступила тишина, лишь из соседней комнаты доносились слабые звуки голосов мужчин, разговаривающих по-арабски. После нескольких минут тишину нарушила Кендалл.

— Картер, я дура?

Я перестал массировать ее голову и задумался над ее вопросом.

— Что ты имеешь в виду?

— Что я здесь делаю?