Возмутительно красивый пилот

Стук в стекло прервал нас. Полураздетая высокая блондинка, стоявшая у окна, которое мы загораживали, махнула нам, чтобы мы убирались. Мы, должно быть, мешали ей смотреть на улицу.

— Простите, — сказал я, обняв Кендалл и прижав ее к себе.

И мы продолжили нашу ленивую прогулку.

— Итак, тебе нравятся эти женщины? — спросила она.

— Нет.

— Врунишка.

— Я совершенно серьезен. Они привлекательны, но я их не хочу. Но если бы это была ты, там, в одном из этих окон… это была бы уже другая история. Я, безусловно, вошел бы внутрь и разорился. Я давал бы тебе все больше и больше денег, чтобы ты позволила мне попробовать с тобой все. — Я остановился и снова прижал ее к себе со словами: — Просто возьми все мои чертовы деньги.

Она рассмеялась и сказала:

— Я сделаю тебе хорошую скидку.

Мы смеялись и шутили, но в таком сексуальном окружении и после всех наших поцелуев я был чертовски возбужден. Когда мы пошли назад к отелю, я уже не мог скрыть свою эрекцию. Чувствуя себя с каждой секундой все слабее, я знал, что, если она просто посмотрит на меня, когда мы останемся одни в номере, на этот раз я не смогу удержать себя в руках.

Отель, в котором мы остановились, был небольшим, и он всячески эксплуатировал идею квартала красных фонарей. В номерах даже были красные фонари, что чертовски заводило меня.

— Знаешь, за что я сейчас готова умереть? — спросила Кендалл, когда мы вошли в наш номер.

— Я знаю, за что готов умереть я.

Она игриво шлепнула меня по груди.

— За бокал вина.

— Я могу пойти и купить нам бутылку или даже две, если хочешь.

— Мне неудобно снова гнать тебя на улицу, но на самом деле это было бы превосходно.

— Почему бы тебе не расслабиться и не принять душ, пока меня не будет?

— Отличная идея.

Найдя в телефоне ближайший винный магазин, я выбежал из отеля, чтобы не терять слишком много времени в разлуке с ней. В конце концов, это могла быть наша последняя ночь вместе. Я уже решил попросить ее полететь со мной во Флориду, ко мне домой. Но если она не согласится, наше приключение закончится очень скоро.

Черт.

Во мне стала нарастать паника.

Нет.

Я не мог позволить страху испортить все сегодня ночью. Мы должны наслаждаться каждым мгновением, проведенным в Амстердаме. Точка.

Пытаясь отогнать грустные мысли, я вошел в винный магазин и потребовал у них две бутылки самого лучшего вина — красного и белого.

Когда я уже возвращался в отель, мне на телефон пришло сообщение от Кендалл.

Кендалл: Просто подыграй мне.

Что, черт возьми, это означало?

Картер: Подыграть в чем?

Кендалл: Где ты?

Картер: В одном квартале от отеля.

Кендалл: Напиши мне, когда подойдешь к отелю, но внутрь не заходи.

Спустя несколько минут я сделал так, как она сказала.

Кендалл: Оставайся снаружи и посмотри на окно второго этажа, выходящее на улицу Блодстраат.

Я уже там как раз и стоял. И посмотрел вверх.

Ох.

Мой.


Бог.

Черт.

Меня.

Побери.

Мое сердце забилось сильнее. Кендалл зажгла красные фонари в нашей комнате. Она прижалась всем телом к стеклу, и на ней были лишь кружевной бюстгальтер и трусики. Она заплела волосы в две косички и покачивалась медленно и соблазнительно, при этом выглядя очень уверенной, как те дамы в окнах, которых мы сегодня видели. Но это была не просто какая-то дама в окне. Это была девушка моей мечты, превращавшая в жизнь самые невероятные фантазии, которые намного превосходили все, что могло подсказать мне мое воображение.

С кокетливым взглядом она подняла указательный палец и поманила меня внутрь. Оцепенело стоя на тротуаре, я пытался запечатлеть это в своей памяти — то, как она выглядела, стоя у окна и словно освещая этот туманный вечер в Амстердаме. Я знал, что не забуду этого до самой смерти. И тот факт, что я все еще держал бутылки с вином в руках, а не уронил их на землю, говорил многое о моей выдержке.

Лифт был слишком медленным, так что я бросился на лестницу, перепрыгивая через ступеньки, чтобы быстрее добраться до нее. Прежде чем открыть дверь, я сделал глубокий вдох и закрыл глаза, дав себе слово просто плыть по течению. Я даже не знал, предлагает она мне что-нибудь на самом деле или просто дразнит меня. Но я знал, что готов на все, что ждет меня за этой дверью.

Кендалл открыла дверь.

Я расплылся в улыбке, окинув ее взглядом и ожидая ее первого шага.

— Я видела, как ты смотрел на меня, — сказала она. — Я тебя заинтересовала?

Подыгрывай ей.

Черт, да.

Мой голос был хриплым от возбуждения.

— Да.

Я судорожно глотнул.

— Входи.

Просто подыгрывай ей.

— Как тебя зовут? — спросил я.

— Кендалл. А тебя?

— Картер.

— Привет, Картер.

— Привет, Кендалл. — Немного приблизившись к ней, я спросил: — Могу я что-то тебе сказать?

— Да?

— Я весь день бродил по улицам в тщетных поисках. Я никогда не видел в этих окнах никого красивее тебя. Я, наконец, нашел именно то, что искал. Спасибо, что впустила меня.

Она, казалось, покраснела, возможно, уловив в моем голосе большее, чем просто шутку.

— Добро пожаловать.

Я с хищным видом направился к ней, и она игриво отступила на шаг с лукавой улыбкой.

— Итак, скажи мне, Кендалл. Я никогда еще этого не делал. Что будет дальше?

— Мы торгуемся. Ты говоришь мне, чего ты хочешь, а я говорю, на что я готова пойти.

Она облокотилась о подоконник и слегка раздвинула загорелые ноги. Уличные фонари освещали ее сзади.

Дернув ее за косичку, я сказал:

— Я хочу всего. Так что ты сама определи границы дозволенного. — Я провел кончиками пальцев по ее щеке и шее. — Как насчет того, чтобы просто трогать друг друга, пока мы не выясним, на что ты согласна?

Закрыв глаза и нервно переводя дыхание, она сказала:

— Ты хочешь, чтобы я сняла все остальное?

— Только если ты сама не против.

Она выпрямилась и шагнула ко мне.

— Не против.

Наши лица почти соприкоснулись, и я спросил: