Возмутительно красивый пилот

Кроме того, я не хотел, чтобы ее уволили. Я знал обстановку. На должность стюардессы всегда было много претенденток. Большинство из тех, кто прошел подготовку, так и не могли устроиться в какой-либо авиакомпании. И хотя я не понимал, как это удалось ей, было ясно, что она хотела этого. И я не собирался подвергать ее риску.

Я был в таком смятении, что едва мог соображать.

Она беременна или нет?

Обучение на стюардессу длится всего пару месяцев. С технической точки зрения она могла обучаться, будучи уже беременной, а потом еще летать несколько месяцев, пока ей будут позволять делать это. Что произошло с ней на самом деле за все это время, было для меня полной тайной.

Полет до Бостона длится всего один час. И слава богу. Я ни за что не выдержал бы дольше, сидя зажатым в своем кресле, не в состоянии найти ответы на свои вопросы.

У меня на лбу выступили капельки пота. И мое сердце колотилось так сильно, что впервые я запаниковал, сидя в самолете. Но я в любом случае никогда особенно не любил летать, если только сам не сидел за штурвалом.

Перед взлетом Кендалл заняла свое место в начале салона. Но позже она в какой-то момент должна была обязательно пройти по проходу. И у меня не было никакой возможности прятаться от нее до конца полета. Мысль о том, чтобы столкнуться с ней лицом к лицу на виду у всех этих людей, ужасала меня.

Будучи пилотом, я был готов к десяткам потенциально катастрофических сценариев. Но, несмотря на это, я не чувствовал себя ни в малейшей степени готовым к тому, чтобы столкнуться с Кендалл.

Я издали осторожно наблюдал за ней. На ней были серая юбка-карандаш и легкая голубая блузка с рукавами три четверти и с более темной вертикальной полосой посередине. Ее обычно такие непослушные волосы были аккуратно убраны в низкий пучок.

Общаясь с пассажирами, она казалась сдержанной и двигалась почти машинально. Улыбка, которая раньше освещала все вокруг, теперь казалась фальшивой и вымученной. Кендалл теперь напоминала мне меня самого, каким я был до встречи с ней. Для людей, которые хотят убежать от проблем, нет лучшей профессии, чем летать по небу.

Меня пугала мысль о том, от чего она могла убегать в настоящее время.

Может быть, она родила ребенка и теперь чувствовала себя виноватой из-за того, что бросила его?

Черт.

От настоятельной потребности узнать, что произошло, я покрылся гусиной кожей.

Кендалл разговаривала с одним из пассажиров, а потом внезапно направилась по проходу к хвосту самолета.

Она заговорила с одной из своих коллег.

— Мне нужен пластырь для пассажира в кресле 6 С. Где его искать на этот раз?

— Я принесу, — ответила ее коллега.

Ожидая девушку, которая пошла за пластырем, Кендалл бросила рассеянный взгляд в моем направлении.

Наши глаза встретились, и возврата назад уже не было.

С таким видом, будто она столкнулась с привидением, Кендалл ухватилась за спинку одного из кресел, чтобы не упасть. Мы просто долго смотрели друг на друга. И по выражению ее лица можно было подумать, что, если бы мы не находились на высоте нескольких тысяч футов над землей, она побежала бы от меня, а не ко мне. На самом деле казалось, что она размышляет о том, не выпрыгнуть ли ей из самолета.

И хотя она была прямо передо мной, казалось, что она находится за несколько миль от меня и совсем не готова к нашей встрече. Может быть, она искренне верила, что больше никогда меня не увидит. Я и сам часто задумывался над тем же.

— Нам нужно поговорить, — тихо сказал я, а потом беззвучно показал губами: — Позже.

Прежде чем Кендалл успела ответить, вернулась ее коллега.

— Я принесла тебе пластырь.

Кендалл не пошевелилась. Она все еще смотрела на меня и выглядела потрясенной.

Девушка помахала пластырем, чтобы привлечь ее внимание.

— Кендалл…

Отведя взгляд от меня, Кендалл откашлялась и взяла пластырь.

— Спасибо.

Она медленно пошла назад по проходу, немного покачиваясь. И она цеплялась рукой за спинки всех сидений, мимо которых проходила. Я знал, что мое появление будет шоком для нее, но, очевидно, ее это совсем подкосило. Я и сам обливался потом и был не в лучшем состоянии.

До того момента, когда самолет приземлился, я больше не пересекался с Кендалл.

Один раз ее голос прозвучал по внутренней связи:

— Пожалуйста, не забывайте ваши вещи, прежде чем покинуть самолет.

Я подождал, пока все пассажиры выйдут из самолета, а потом медленно пошел к Кендалл, которая начала приводить салон в порядок. И я замер на месте, когда услышал, как к ней обратился капитан:

— Кендалл, не хочешь выпить с нами в городе?

Я инстинктивно сжал кулаки. Я отлично знал, к чему он клонит. Он был настоящим сраным кобелем. Конечно, не мне было это говорить, я и сам был таким одно время.

— Нет. Спасибо. Я немного устала. Лучше поеду домой.


Домой?

Она жила в Бостоне?

Когда я прошел мимо нее к выходу, она не посмотрела на меня. Все взгляды были устремлены на нее, и я не мог допустить, чтобы у нее случился нервный срыв прямо там, в самолете. Комок застрял у меня в горле, но я просто прошел мимо нее к телетрапу, дошел до терминала и остановился там, поджидая ее.

Спустя десять минут Кендалл появилась в окружении двух пилотов и остальных членов экипажа. Она катила за собой маленький черный чемоданчик. Когда она остановилась, капитан повернулся к ней.

— Ты уверена, что я не смогу убедить тебя пойти с нами?

— Уверена. Увидимся на следующей неделе.

— Хорошо.

Я злобно посмотрел на него. Когда они отошли достаточно далеко, чтобы не слышать нас, Кендалл наконец повернулась ко мне.

Я стоял и смотрел на нее затаив дыхание, не в силах вымолвить ни слова.

Наконец я смог выговорить:

— Привет, Дерзкая.

Ее глаза медленно налились слезами.

— Что ты здесь делаешь?

— А ты как думаешь? Мне нужно было увидеться с тобой.

— Тебе следовало бы оставить меня в покое.

Я сделал несколько шагов к ней.

— Мне нужно было знать, что с тобой все в порядке.

Она отступила на шаг.

— Я в порядке.

— Нет, не в порядке.

— Как ты разыскал меня?

— Я перестал тебя разыскивать и сразу же нашел.

Она выглядела озадаченной, что было неудивительно. Люди проходили мимо нас, но мы стояли, не двигаясь, на одном месте.

— Мне нужно знать, что происходит с тобой, Кендалл.

Покачав головой, она выпалила:

— А я не хочу знать, что происходит с тобой. Потому что я не в силах вынести это.

Я возвысил голос.

— Ты не можешь вынести мысли, что я стал отцом ребенка другой женщины, потому что все еще любишь меня. — Приблизив лицо к ее лицу, я закончил: — Не хочу расстраивать тебя, но ты ушла от меня напрасно.

— Что ты хочешь сказать?

— Ребенок не мой. Он не мой, Кендалл! Тест ДНК подтвердил это. Она пыталась заманить меня в ловушку.

— Так чей он?

— Черт его знает.

Внезапно я разозлился из-за всей этой ситуации.

Она прижала руку к губам.

— Бог мой!

Мы молчали целую минуту. По радио женский голос объявлял о том, что кто-то потерялся.

Когда шум утих, я продолжил: