Вредная волшебная палочка

— Он прямо сейчас начнет работу, — как по нотам пела Монтини.

— Кто? — испугалась моя «нагрузка».

Я незаметно ткнула его в спину.

— Конечно, вы, — заулыбалась Наталья Марковна и перешла на речитатив: — Маргарита Андреевна, не переживайте.

— Не переживайте, — повторила скандалистка, — обожаю, когда слышу это выражение. Переживать будут люди, которые не оказали мне должного внимания. По воскресеньям у нас в доме всегда собираются ближайшие друзья. Могу попросить Ефима Николаевича проверить затрапезный салон на предмет соблюдения правил пожарной безопасности. Вы их все досконально соблюли?

Наталья Марковна растерялась, похоже, она испугалась, и я знала почему. Выполнить все пресловутые правила невозможно. Даже если в зале расстояние между клиентскими креслами окажется таким, как требуют пожарные, во всех углах найдутся огнетушители с нормальным сроком годности, а на стене в глаза бросается «План эвакуации клиентов и сотрудников в случае возгорания», то проверяющий при желании легко найдет массу косяков. Например, лак для ногтей! Его положено держать в железном закрытом ящике. И кто из вас видел такой у своего мастера? Или коврик у двери, к гадалке не ходи, он куплен по дешевке, сделан из ерунды, которая вспыхивает как спичка. Я знаю, как один салон оштрафовали на приличную сумму за «План эвакуации клиентов и сотрудников». Что в нем было не так? А где слова: «…и просто посетителей»? Те, кто просто так зашел, горите синим пламенем?! Если поставлена задача закрыть заведение, ее всегда сумеют выполнить. В головном бутике «Бака» инспектора встречают с поклоном, под белы рученьки отводят в мой кабинет. А я уже наготове с улыбкой, кофе, коньяком, пакетами и речью:

— Ой, как я рада вас видеть! Вот вип-наборы косметики для вашей жены, дочки, мамы, тещи. А этот вот, тсс, никому не расскажу, для красавицы Люсеньки, она такая милая, обожает вас. И конвертик. Не потеряйте, приходите, приходите, всегда жду вас с любовью!

Но у меня есть телефоны постоянных клиенток, женщин, одного слова которых мужу хватит, чтобы пожарная инспекция от нас отстала. А у Натальи Марковны другая ситуация, она не вхожа в тусовку великосветских дам Краснинска. И похоже, в городке процветает снобизм.

Я бросилась на помощь подруге Белки.

— Маргарита Андреевна, разрешите сказать? Вы неправильно выразились. Я не имею права работать с клиентами. Как вы верно заметили, только краску смешиваю. Господин Леон никогда не разрешит ученице обслуживать вип-посетительницу.

— Кто? Я? — повторил Леон.

Мне захотелось его пнуть. Вот же непонятливый какой!

— Ладно, — сменила гнев на милость вредная тетка. — Хорошо. Начинайте. Только я сначала кофейку глотну!

Наталья выдохнула, а у меня в голове мигом оформился план. Я согнулась в почтительном поклоне.

— В качестве комплимента от салона разрешите я уложу пока вашу девочку-красавицу?

Я, наивная, почему-то решила, что скандалистке будет приятно услышать об ангельски-прекрасной внешности ее дочери. Но я фатально ошиблась.





Глава 10




— Красавица здесь одна — я! — мигом разозлилась мамаша. — Марина еще мала, неизвестно, что из семилетнего гадкого утенка вырастет!

Я покосилась на девочку, которая молча сидела в кресле. Однако малышка уж очень высока для своих лет и болезненно худа. Если она продолжит расти с такой же скоростью, то через некоторое время я увижу Марину у нас на кастинге моделей.

— Пока вы пьете кофе, — замурлыкала Наталья, — Степа сделает вашей доченьке прическу.

— Не хочу, — отрезала малышка, — мне неприятно, когда посторонние в моей голове роются, у них руки грязные.

— Не смей спорить! Немедленно ступай со стажеркой, — приказала мать. — Шагом марш! У первоклассниц мнения не спрашивают.

Мы с Мариной направились в зал, где стоят раковины. Я усадила девочку в кресло и улыбнулась.

— Показать тебе ладони?

— Не надо, — засмеялась юная клиентка, — просто я очень хотела, чтобы вы меня постригли. Поэтому и заныла, что не желаю голову мыть. Если обрадуюсь: «О! Прическу мне сделают», мамахен тут же запретит к мастеру садиться. Когда чего-то от вредины получить надо, лучше наоборот действовать. Вы Степанида Козлова, жена владельца «Бака», ведущий стилист.

— Откуда столь глубокие знания? — удивилась я.

— Я в Москве в гимназию хожу. Удрала с уроков, поехала в ваш бутик, купила себе косметику. Мне дали в подарок фирменный журнал, там было фото жены Романа Звягина и рассказ о ней. Я подписана на ваш Инстаграм. Вы мой кумир. Постричься мать не разрешит, ну хоть голову помоете, уже радость.

— Ты совершала покупки в «Баке»? — удивилась я.

— Папа подарил мне на день рождения денег, — пояснила девочка.

— У нашей фирмы жесткая позиция в отношении продажи декоративной косметики детям, — объяснила я, — тех, кому не исполнилось четырнадцати, мы просим приходить со взрослыми. Ты выглядишь старше своих семи лет, но…

Марина открыла сумочку, вынула паспорт, открыла его и показала мне.

— Вот.

— Тебе пятнадцать? — оторопела я. — Но почему Маргарита…

Девочка захихикала:


— Ее переклинило на возрасте. Мамахен сорокет давно прогудел. Да она всем врет: «Мне двадцать пять». Если дочери пятнадцать, когда она ее родила? Круть!

— Круть, — кивнула я, — давай голову помоем. Не обижайся, но ты выглядишь лет на десять-одиннадцать.

Марина одернула платье.

— Шмотки дурацкие, косички тупые, гольфы, сандалики. Еду мамахен отнимает, опасается, что дочка потолстеет, грудь отрастет, не выдашь тогда кобылу за Красную Шапочку.

— Неужели никто из подруг Маргариты Андреевны не помнит, когда та беременной ходила? — не переставала удивляться я. — Краснинск не деревня, но и не мегаполис, определенно есть люди, которые знают, сколько лет дочери бизнесмена.

— Не-а, — возразила Марина, — мы жили в Москве, сюда переехали год назад, когда мамахен с отцом развелись. Папа отдал Ритке завод в Краснинске с условием, что она туда уедет и он бывшую бабу никогда не увидит. Маманька мужу изменила со спортсменом, который чуть меня старше. Захотелось ей горячего секса. А папка их застукал! Ржака!

Марина засмеялась.

— Папуля чудесный, я хотела с ним жить, да мать меня отсудила. Отец в Америке. Ой, долго рассказывать. Папа мне денег на карту кидает, гимназию оплачивает. А бывшей только алименты и дуля. Ну еще доход с завода, а это почти ноль. Сейчас мать нового мужика ищет, молодой прикидывается. Меня за семилетку выдает. Обхохочешься, в цирк ходить не надо. Жаль, тетя Нина умерла, она бы обрыдалась от смеха. Мамахен на ее вдовца нацелилась, а он во второй раз женился. Не выйдет у мамашки мужика отрыть, хоть она упорная, как землеройка. Не отстанет, пока не получит. Думает, никто о ее планах не знает, да я все слышу! Сюсюкает сейчас с каким-то Павликом по телефону. Уржаться.

— На ресепшен сказали, что Маргарита Андреевна замужем за богатым бизнесменом, — улыбнулась я.

— Так она всем говорит, про развод не сообщает, — захихикала девочка, — папуля в США теперь живет. Можно врать сколько хочешь. Она сейчас ради другого старается. Всю морду уколами утыкала.

Я намотала на голову девочки полотенце.

— Степа, долго вам еще голову мыть? — спросила Наталья Марковна, заглядывая в зал.

— Одну минуту, — пообещала я.

Монтини ушла.

— Есть такие интересные варианты, когда и косички можно заплести, и одновременно самая модная сейчас стрижка, — сказала я. — Хочешь, сделаю тебе такую? Бесплатно!

— Вау! — подпрыгнула Марина. — Да-а-а-а!

— И самый большой набор «Бака» в подарок получишь, — договорила я.

Марина поправила тюрбан из полотенца.

— Заплатить, конечно, придется, но не деньгами. Чем? Чего вы от меня хотите?

Я улыбнулась.

— Иногда презент может достаться тебе просто так.

— Здорово, — обрадовалась девочка. — Можно завтра приехать?

— Так июль на дворе, — напомнила я, — тебя в Москву не возят.

— У меня американская школа, — пояснила дочь Маргариты. — У нас преподы все из США, порядки не российские. Вакансы начинаются первого августа, зато нам потом месяц на Рождество и столько же на Пасху можно гулять и по десять дней в конце каждого триместра.

— Запиши мой телефон, — велела я. — Когда у тебя занятия заканчиваются?

— В два, потом три часа перерыв на обед, прогулку и опять уроки, — объяснила девочка. — Могу не есть, к вам приехать. За нами не следят. Территория здоровенная. Главное, вовремя в класс вернуться.

— Отлично, — обрадовалась я, продиктовала номер и увидела только что пришедшее сообщение от Кеши, начальника охраны «Бака»: «Я тут!»

«Жди, занята», — ответила я и получила ответ: «До пятницы я совершенно свободен».

Мы с Мариной вышли в общий зал, я посадила девочку в кресло и шепнула ей:

— Сейчас разберусь с твоей мамой и, пока она с краской сидеть будет, сделаю тебе стрижку.

— Ни фига не получится, — тоже очень тихо сообщила Марина, — мамахен сейчас передумает цвет менять, захочет сделать причесон-начесон на тусню вечером.

И, словно услышав слова дочери, мамаша закричала:

— Все! Не желаю менять цвет. Останусь такой, как сейчас, натуральной, чьи волосы не знали краски.

В моей голове мигом возник вопрос. Интересно, какое количество младенцев появляется на свет с желто-серо-зеленой шевелюрой?

— Мне нужна голова на хеллоуин! — возвестила Маргарита.

— Так этот праздник в конце октября, — ляпнула я и замолчала.

— Вы ведете речь об американском варианте, — неожиданно мирно отреагировала дама, — а мы сегодня отмечаем наш русский, православный хеллоуин!

Я изумилась. У моей сотрудницы Лены Ипатовой воцерковленная мама. Один раз Ленка не пришла на работу, позвонила, сказала: голова болит, отпросилась. На следующий день Ипатова появилась на службе с синяком на пол-лица.