Все твои грязные секреты

– Это серийный убийца, а не мелкий воришка. Он сейчас в какой-нибудь тюрьме строгого режима. Невозможно, чтобы он сбежал.

– К тому же мы бы об этом услышали, – сказал Робби.

– Верно. – Скотт отбросил в сторону куртку. – К тому же это не его МО.

– Что? – спросила Прия.

– МО. – Скотт щелкнул зажигалкой. Пламя задрожало, когда он поднес его к сигарете. – Ну, стиль действий. Ты что, не смотришь «Закон и порядок»?

– Нет.

– Расшифровывается как modus operandi. По-латински – «образ действий», – сказал Диего.

Скотт показал на Диего своей погасшей зажигалкой.

– Ага, именно. Вроде его метода, его почерка. Он охотился на девушек, которые были похожи на его бывшую. – Он умолк и поморщился, пережидая очередной приступ боли. – С какой стати ему захотелось бы мучить кучку подростков?

– Тебе, пожалуй, не стоит тут курить. – Саша проследила взглядом за дымом, поднимавшимся от губ Скотта.

– Да ладно, сделай мне поблажку. – Он кивнул на свою сломанную лодыжку.

– А вдруг что-нибудь загорится?

Скотт стряхнул пепел с кончика сигареты.

– Не сходи с ума. – Он сделал длинную затяжку. – Мы все умрем.

– Никто не умрет, – сказала я, встав между ними. – Мы сможем во всем разобраться.

Я поморщилась, почуяв запах сигареты Скотта. Его лицо блестело от пота, полоски засохшей крови протянулись от пореза у него на лбу через висок и до подбородка. В промежутках между затяжками он со всхлипами втягивал воздух – я и представить не могла, насколько ему больно.

– Скотт, может, тебе не стоит курить? Тут и так сложновато дышать.

Скотт фыркнул.

– Только ради тебя, Рыжая.

Он поднял сигарету над головой, я забрала ее из его пальцев и выбросила в окно в промежуток между прутьями решетки.

Прия провела языком по передним зубам, явно что-то обдумывая.

– Значит, если это не тот серийный убийца из продуктового, кто тогда? Разве есть кто-то, кто захочет увидеть одного из нас мертвым?

– Может, и не хочет, – сказал Диего. Я подняла брови.

– Серьезно? – спросила Саша.

– Посмотри на все это, – сказал Робби. – Все это наверняка настоящее. – Он показал на поднос, на котором лежали бомба и яд. – Кто-то жаждет крови.

– Погоди минутку, выслушайте меня, – сказал Диего. – В любом случае вся эта история со стипендией – просто уловка, чтобы заманить нас в одну комнату. Это очевидно. Но вдруг это какой-то психологический эксперимент?

Я нахмурила лоб.

– Что, типа… какой-то безумный ученый?

– Или правительство.

– О боже. – Саша сжала кулаки. – У нас нет времени на твои дурацкие теории заговора.

– Нет, правда… – начал было он.

– Какие теории заговора? – усмехнулся Робби.

– Он свихнулся на теме НЛО, секретных военных баз и всякого такого, – сказала Саша.

Диего стиснул зубы.

– Вовсе не свихнулся…

– Откуда ты вообще это знаешь? – спросила я у Саши.

Она закатила глаза.


– В прошлом году я писала отзыв на его исследование для дополнительных курсов. А еще он считает, что мы в матрице, вроде как нас всех контролируют компьютеры.

– Вовсе нет! – залившись краской, Диего посмотрел на меня. – Я написал о психологических факторах, из-за которых возникают теории заговора, и о том, что для опровержения некоторых из них не хватает научных данных. Вот и все. – И все-таки мне пришлось приложить усилия, чтобы сдержать улыбку. Диего и так выглядел в глазах остальных форменным ботаником – с его отличными оценками, губками и футболками с персонажами научной фантастики. Не было никакой необходимости пытаться это скрывать.

– Что ж, ладно, я все равно не думаю, что это эксперимент, – сказала Саша. – Какой-то псих хочет, чтобы нас разорвало на кусочки и чтобы мы сначала помучались.

Робби покачал головой:

– Не может быть, чтобы это оказался случайный незнакомец. Это должен быть кто-то, кого мы знаем. Или, по крайней мере, кто-то, кто знает нас. Знает, что мы знаем друг друга.

– И знал, что Мария с семьей уедет из города, – сказала Прия.

Я почувствовала, как по затылку пробежали мурашки, и мы встревоженно переглянулись.

– Ты думаешь, это кто-то из школы? – спросила я.

– Других вариантов нет, верно? – сказал Робби. – Больше у нас нет ничего общего.

– И мы учимся в одном классе, – добавила Прия.

– Верно. – Диего потер подбородок. – Но я не вижу между нами никаких связей помимо этого. Непохоже, что кто-то пытается уничтожать популярных ребят, умных ребят, спортсменов или типа того, улавливаете?

Я кивнула. Мы вместе не вписывались ни в одну схему. Если бы мне пришлось классифицировать нас, я бы сказала, что здесь есть королева улья, качок, умник, наркоман, одиночка и любительница музыки. Мы все были очень разными.

– Верно… и к тому же я не понимаю, зачем пригласили всех нас. Может, у нас есть общий враг?

Диего поднял брови.

– Кто-то, у кого есть основания мстить каждому из нас?

– Именно, – сказала я.

– Так у кого из нас больше врагов? – спросил Робби.

– Наверное, у него. – Саша взглянула на Скотта.

Он открыл рот, собираясь что-то сказать, но Робби перебил его:

– Ага. Давай, признавайся. Связался с какой-то бандой наркоторговцев?

– Я не покупаю наркотики, – хрипло ответил он. Я посмотрела на Сашу, но она избегала встречаться со мной взглядом. – Обычно я таскаю их из отцовской заначки. Иногда я продаю кое-что другим ученикам, но речь лишь о паре самокруток. Я не знаю никого, кто мог бы на такое пойти.

– Бессмыслица какая-то, – сказала я Робби. – Даже если у него есть свои дилеры, зачем им убивать всех нас?

Саша откинула волосы назад.

– Ну, ни у кого из нас врагов нет. По крайней мере, таких, которые захотели бы нас убить.

– Неправда, – сказал Робби. Он встретился со мной взглядом. В его глазах был страх. – Я знаю, кто мог желать смерти Эмбер.





9 месяцев назад

Одиннадцатый класс, май




Опустившись на колени у своего шкафчика, я вытащила из него пару тетрадей и, встав, обнаружила, что Робби стоит рядом со мной. Сердцебиение резко ускорилось. Он говорил что-то, держа под мышкой тетради и учебники, но я не слышала его, потому что в моих наушниках грохотал саундтрек из «Тюдоров». (Признаться, благодаря ему лекции мистера Бэскина о средневековой Англии становились куда интереснее.)

Я вытащила наушники.

– Прости, что ты сказал?

Робби прокашлялся и потер затылок.

– Я просто хотел узнать… свободна ли ты в пятницу вечером?

– О! – Тепло разлилось по всему телу. Мы с Робби ни разу не оставались наедине с той вечеринки по случаю дня рождения Марии, а это было больше месяца назад. Недавно, когда я спросила Сашу о нем, она сказала, что его расписание забито до предела из-за бейсбола. Было похоже на правду: я знала, каково это – жить с таким плотным графиком. Пожалуй, скорее всего, та встреча мне просто привиделась. Да уж, это самое логичное заключение.

Но теперь Робби – со своими накачанными бицепсами, симпатичной улыбкой и неотразимыми ямочками на щеках – стоял рядом и приглашал меня на свидание.