Все твои грязные секреты

Двадцать. Девятнадцать. Восемнадцать.

– Ты не умрешь! – выкрикнул Диего. Но Саша не слушала его. Она смотрела на меня взглядом бешеного животного. Я раскрыла правду о ней. О ее зависимости. О том, как она манипулировала другими. О ее лжи. О том, как она довела другого человека до самоубийства. Теперь все знали, что она далека от совершенства. И в этом была виновата я.

Тринадцать. Двенадцать. Одиннадцать.

Не раздумывая ни секунды, Саша бросилась на меня, замахнувшись ножкой стула. Я отшатнулась, отступая, но, прежде чем кто-то успел ей помешать, она изо всех сил нанесла удар. Я попыталась увернуться, но наткнулась на стол, и палка врезалась в мое левое плечо. Боль пронзила руку, и по ней заструилась кровь – острый обломанный конец рассек кожу. Я вскрикнула, споткнулась и упала на осколки стекла. Один из них порезал мою ладонь. Казалось, будто все тело горит.

Боже. Она сейчас меня убьет.

Страх сдавил мне горло. Я попыталась отползти назад, не обращая внимания на крики, не обращая внимания на боль, которая пронзила ладонь, когда я оперлась на руку. Я думала только об одном: оказаться подальше от Саши. Она замахнулась для очередного удара, явно целясь мне в голову. Но тут Прия бросилась к нам и врезалась в Сашу сзади, оттолкнув ее.

Ничуть не растеряв решимости, Саша быстро восстановила равновесие. Ее лицо исказила ярость. Она замахнулась, целясь в Прию.

Но того, что случилось дальше, я не смогла бы предугадать никогда.

Когда Саша наклонилась вперед, чтобы в очередной раз взмахнуть ножкой стула, Прия подобрала с пола попавшийся под руку осколок стекла. И Сашины губы сложились в удивленное «О!», когда осколок вонзился ей в живот.





Осталось 5 секунд




Все смотрели, как по алому платью Саши вокруг раны расплывается темно-красный цветок. Она выронила ножку стула, переводя потрясенный взгляд с Прии на осколок стекла, торчащий из ее живота. Нет. Нет. Этого не могло случиться. Этого не должно было произойти.

И в этот момент таймер дошел до нуля. Ничего не случилось. Потому что ничего и не могло случиться. Бомба была ненастоящей.

Прия наконец выпустила осколок стекла и отступила назад, на ее лице застыло потрясение, словно она не могла поверить в то, что совершила. Она не могла отвести взгляд своих широко открытых глаз от пятна крови, которое расплывалось по животу Саши.

– Мне пришлось это сделать. У меня не было выбора. Она собиралась убить Эмбер.

Я сжала ладонью руку, на которую пришелся удар. Она распухла и покраснела, из глубокого пореза струилась кровь, но рука слушалась.

– Боже правый, – прохрипел Робби.

Саша дрожащими пальцами осторожно дотронулась до осколка и вздрогнула от боли.

– Что… что мне делать? Пожалуйста, скажите, что мне делать? – Прежде чем кто-то успел ответить, у нее подогнулись колени. Робби поймал ее, не дав упасть, и аккуратно уложил на спину. Из раны толчками лилась кровь, и Робби потянулся к осколку.

– Не трогай! – Я бросилась к нему, стараясь не порезаться о валяющиеся на полу осколки стекла, и опустилась на колени рядом с Робби. – Если сдвинешь его, она потеряет больше крови. – Я посмотрела на Диего. – Верно?

Он медленно выдохнул, обдумывая сказанное.

– Не знаю.

Он потрясенно посмотрел на Сашу. Никто не шелохнулся. Никто не знал, что делать.

Капля крови скатилась из уголка рта по ее щеке, смешиваясь с по́том. Боже. Наверное, плохо дело.

– Нет… – всхлипнул Робби, склонившись над ней.

Саша мутным взглядом посмотрела на него, пытаясь сконцентрироваться. Ее лоб прорезали морщины.

– Я… не чудовище. Я просто… запаниковала. Простите.

Потом ее взгляд обратился на меня.

– Я не хотела смерти твоей сестры. Когда я узнала, я решила, что, наверное, это была случайная передозировка… – Она замолчала и шумно вдохнула… – Подумала, может, это не самоубийство.

Я покачала головой. Слезы застилали мне глаза. Даже если она не знала, что на самом деле случилось, это ее ни капли не оправдывало.

– Ты знала. Ты удалила все свои комментарии. Ты удалила свои аккаунты.

– Я не знала. Но я боялась… – Она вдохнула. Что-то заклокотало у нее в животе. Она поднесла пальцы к стеклянному осколку, словно хотела вытащить его, но боялась дотронуться. Потом она взяла меня за руку. Ее пальцы била крупная дрожь.

– Я не хотела, чтобы… чтобы… – Она открыла рот, пытаясь что-то сказать, но получился лишь хриплый выдох. Взгляд стал расфокусированным.

– Саша. – Я сжала ее руку в своей, хотя это движение отозвалось болью. Что бы она ни совершила – издевалась над моей сестрой, мучила Прию и даже только что попыталась убить меня, – я не хотела, чтобы она умерла. Все, что она совершила, она совершила из страха. Может, она искренне просила прощения.

– Не уходи, ладно?


– Я никогда не хотела… – Она попыталась сказать это снова. Но в следующий момент ее глаза бессмысленно уставились в потолок. Левая рука упала на пол, а правая, которую держала я, безвольно обмякла. Мы никогда не узнаем, что она хотела сказать. Ее больше не было. Вот и все. Ее нет. Робби зарыдал. Прия отвернулась, встав у камина лицом к углу, и ее стошнило.

– Нет, Саша, нет. Не уходи. – Я тряхнула ее за плечо. Голова безвольно наклонилась. Глаза оставались открытыми. – Ты не должна была умереть. Никто не должен был умереть. – Она так и не попрощалась с Зейном и своими родителями. Этого не должно было случиться. Я всех подвела. Все должны были выбраться отсюда, не пострадав, но я всех подвела. Как это могло произойти? Какого черта все кончилось вот так?

Я вздрогнула, услышав, как слева что-то затрещало. Руку и грудь пронзила еще одна волна боли. Диего оторвал от бомбы одну из пластиковых бутылок. Он принюхался, а потом поднес ее к губам и открыл. Немного покатал жидкость во рту.

– Чистейший имбирный эль.

– Вот же хрень, – сказал Скотт. – Итак, теперь ясно. Это все было не взаправду.

– Вот же хрень, – повторил Робби и покачал головой, глядя на безвольное тело Саши.

– Нет, – подтвердила я ровным голосом. – Все было не по-настоящему. Никто не должен был умереть.

– Мне пришлось. Мне пришлось, – снова и снова повторяла Прия. Она уселась рядом с камином, рядом с лужей собственной рвоты, обхватив колени руками. – Она собиралась убить меня. Простите. Мне пришлось. Она бы убила кого-то, если бы я этого не сделала.

– Заткнись! – выкрикнул Робби. – Просто умолкни.

Я опустилась на колени рядом с Прией и обняла ее здоровой рукой. Она крепко обняла меня в ответ. Ее била крупная дрожь.

– Простите, простите, – повторяла она снова и снова.

– Ты не виновата, – сказала я. После целого года издевательств и насмешек Прия наконец осмелилась противостоять Саше. Но теперь эта травма останется с ней навсегда. – Все это – не твоя вина. Ты права: она бы убила меня. Прия, ты спасла мне жизнь. Ты сделала то, что должна была…

Нам показалось, будто мы слышим, как кто-то вошел в ресторан. Все повернулись к большой дубовой двери. Я поднялась на ноги, вцепившись рукой в раненое плечо. Шаги приближались с другой стороны двери. Я посмотрела на часы. Восемь тридцать. Мы все одновременно выдохнули, услышав, как кто-то возится снаружи.

– Вот черт, – произнес Робби. – Теперь они пришли нас убить?

Я дрожала от предвкушения.

– Это не по-настоящему. Нам не причинят вреда. – Я пересекла комнату и коснулась окровавленной ладонью дубовой двери. Дать знать, что я здесь?

– Да кто вообще это устроил? – спросил Скотт. Послышался скрежет – кто-то вставил ключ в замок.

Я попятилась, пока не наткнулась на стол.

Мы смотрели на дверь. Щелкнул замок, и она открылась. За ней оказался молодой человек лет двадцати пяти, с длинными темными волосами, убранными в хвост. Вместе с ним в комнату ворвался поток холодного воздуха. Я непроизвольно сделала шаг вперед. В руках у него была большая розовая коробка. Когда он вошел в комнату, на его лице отразилось явное потрясение.

– Вот черт, ну и жарко у вас тут…

– Кто вы, черт побери? – спросил Робби и с рычанием бросился на него. Глаза незнакомца расширились от удивления.

– Нет! – крикнула я, заслоняя дорогу Робби.

– Почему? – выкрикнул он. – Кто вы? Зачем вы все это устроили?

Молодой человек нахмурился.

– Устроил что? Слушай, я простой курьер. Из «Сладких пирожков». – Он протянул коробку Робби.

– Ну да, конечно, – недоверчиво ответил Робби.

– Ого, – сказал курьер, глядя на мое плечо и залитую кровью руку. – Что, блин, у вас тут стряслось? – Робби забрал у него коробку и сунул ее Диего. Затем он повернулся к курьеру и спросил, проигнорировав его вопрос:

– От кого это?

– Минутку, сейчас посмотрю.

Курьер вынул из сумки планшет и перемотал несколько записей на экране.

– Оплата была наличными. Минутку… в заказе нужно обязательно указывать имя… ага, вот оно. Меган Эбби заказала две дюжины капкейков в «Сладких пирожках» и оставила инструкции.

Робби выхватил у него планшет.

– Дай сюда.

Он перемотал на инструкции, и по мере того, как он читал их, его лицо выражало все большее удивление.

– Кто такая Меган Эбби? – спросил Диего. Я хмуро пожала плечами.

– Что там написано? – спросила Прия.

Робби зачитал: