Все звёзды и клыки

Человек, зажатый под Бастианом, запрокидывает голову и воет от боли. Он сгибается пополам и хватает себя за лицо, царапая рот в попытке вырвать свои пылающие зубы. Угли все еще достаточно горячи, но так как в яме нет огня, зубы обгорают очень медленно.

– Это магия души, – говорю я, когда он начинает трястись и яростно брызгать слюной. Рот мужчины кровоточит от того, как отчаянно он царапает свое лицо ногтями. Крови более чем достаточно, чтобы я покончила с ним раз и навсегда, но он слишком занят зубами, которые медленно обжигают его десны, и пока не представляет серьезной угрозы.

Теперь остался только один противник – девушка, чьи волосы я зажала в кулаке. Она смотрит на кричащего мужчину округлившимися, испуганными глазами.

– И это только малая часть моих способностей, – предупреждаю я, глядя на нее. – Я могу расплавить твои кости, уничтожить твои пальцы один за другим, вырвать твои зубы, твои глаза, твой язык. Я – настоящее чудовище, и, если ты встанешь у меня на пути – я тебя уничтожу, – я уверена в каждом слове, слетающем с моих губ, и она это знает. – Я спрошу только один раз: где Кавен?

Она открывает рот, чтобы заговорить, но так и не успевает ответить. За деревьями слышится шорох, и ветки тихо хрустят под чьими-то шагами.

Бастиан крепче сжимает свой меч. Его плечи напрягаются, когда из чащи выходит незнакомец. У меня перехватывает дыхание. Где-то в стороне Ватея и Феррик резко и удивленно вздыхают.

Всем ясно, кто этот человек, потому что он выглядит так же, как его младший брат. Но если кожу Бастиана поцеловало солнце – Кавен был взращен лунным светом.

Он именно такой, как я ожидала, и все же совсем иной. Кавен похож на Бастиана лицом, но он гораздо выше и более гибкий, в то время как Бастиан крепче и крупнее в плечах. Он не похож на авантюриста, и у него нет напряженных мышц, которые дают Бастиану преимущество в бою на мечах. Его подбородок гордо поднят вверх, и, если бы я не знала, кто стоит передо мной, – могла бы принять его за дворянина. Один лишь его вид внушает страх.

Седые пряди опускаются от корней и покрывают пылью его иссиня-черные волосы, а скулы, выделяющиеся на его худом лице, достаточно острые, чтобы резать стекло. Но только после того, как он смотрит мне в глаза, я напрягаюсь, чувствуя, как его холодный взгляд пробирает меня до самых костей. Я практически вижу, как в его металлически-серых глазах крутятся шестеренки: в бою Кавен не станет полагаться на мечи и кинжалы. Его оружие – это разум.

Он запускает тонкие пальцы в свои темные волосы, и на его запястье колышутся десятки плотных кожаных браслетов, покрытых темно-бордовыми пятнами. Я помню, что сказал Бастиан: таким образом Кавен хранит кровь тех, кого он проклял. В них он хранит не только свою силу, но и проклятие Бастиана.

Шанс разорвать связь Бастиана со «Смертной Казнью» и восстановить его магию находится прямо передо мной, в пределах досягаемости. Искушает нас. По моему телу растекается холод, и я чувствую, как немеют кончики моих пальцев.

– Четверо незваных гостей, – говорит Кавен удивительно спокойным голосом, – и вы не смогли с ними справиться?

Ледяного присутствия Кавена достаточно, чтобы мужчина, придавленный Бастианом перестал кричать, а темноволосая девушка упала на колени в поклоне, несмотря на угрозу с моей стороны. Как только она отвлекается, Бастиан ударяет ее по затылку рукояткой меча. Девушка вскрикивает и падет лицом вперед, теряя сознание.

Бастиан не теряет ни секунды. Он ловко огибает меня сзади и приставляет кончик меча к горлу Кавена. Его грудь тяжело вздымается, а зубы сжаты от ярости. Бастиан тянется к поясу Кавена, вынимает из ножен кинжал и бросает его в грязь.

На лице Кавена нет ни тени беспокойства. Его губы растянулись в насмешливой улыбке.

– Добро пожаловать домой, брат. Я не ожидал, что ты снова появишься здесь, да еще и с принцессой на буксире, – этот голос принадлежит настоящему хищнику, но Бастиан даже не вздрагивает.

– Брат? – тихо повторяет Феррик, и в его глазах вспыхивает гнев. – Ты не говорила, что Кавен – его брат…

– Я сама узнала об этом совсем недавно, – шепчу я в ответ. – И сейчас не время это обсуждать. В любом случае я не могла рассказать чужой секрет.

Бастиан оставляет предупредительную царапину на шее Кавена. Никто из нас не двигается с места, чтобы позволить Бастиану самостоятельно разобраться со своим братом и посмотреть, что из этого выйдет.

– Зудо – давно не мой дом. Ты сам приложил к этому руку, – голос Бастиана дрожит. – Посмотри, что ты сделал с нашим островом. С нашим народом. Пришло время положить этому конец. Сними с меня проклятие и отойди в сторону, иначе я прикончу тебя прямо здесь.

Кавен поднимает подбородок еще выше, и клинок Бастиана врезается глубже. Каждое его движение кажется точным и рассчитанным, как будто его ум постоянно работает на опережение.

– Ты хочешь вернуть свою магию? После всех этих лет ты даже не поймешь, что с ней делать. Она съест тебя живьем.

– Может, и так, – говорит Бастиан, жадно глядя на десятки толстых кожаных лент, оплетающих запястья Кавена. – Но пришло время вернуть то, что принадлежит мне.

Правый уголок губ Кавена слегка дергается вверх. Я не раз видела на лице Бастиана точно такое же выражение, которое придает ему еще больше очарования, но в случае Кавена эта улыбка выглядит опасной.

– И как же ты собираешься это сделать?

– Зудо вернется в состав Визидии, – я поднимаю подбородок, чтобы выглядеть решительнее. – Отдай Бастиану его магию, разрушь его проклятие и оставь пост лидера Зудо. Этот остров умирает. Если ты не позволишь нам вмешаться сейчас – будет слишком поздно.

Кавен лишь усмехается. Это совсем тихий звук, но от него у меня по спине бегут мурашки.

– Я – гораздо более искусный Анимант, чем ты можешь себе вообразить. Вы, Монтара, утверждаете, что являетесь хозяевами душ, но при этом не понимаете своей собственной магии. Разве ты никогда не задавалась вопросом, почему она постоянно бросает тебе вызов? Почему пытается тебя поглотить?

– Я знаю почему – фыркаю я. – Я знаю все о звере, побежденном королем Като.

Кавен произносит свои следующие слова с подчеркнутой небрежностью. Они звучат так уверенно, что я застываю на месте.

– Ты уверена? – спрашивает он, изучая мое лицо хитрым взглядом. Медленно, чтобы не спугнуть Бастиана, готового пустить в ход свой клинок, Кавен указывает в сторону высокого водопада, который я едва различаю вдалеке. – Все, что тебе нужно знать о своей семье, – истина, стоящая за твоей магией, и правда о том, что они сделали с этим островом и с Визидией, – скрыто за водопадом.

Бастиан с сомнением качает головой, но магия внутри меня жадно пульсирует голодом, отзываясь на жест Кавена.

– Ты ведь пришла за этим, не так ли? – давит он. – За ответами? Позволь показать тебе правду. Нет никакой необходимости выставлять меня злодеем. Возьмите свое оружие, если хотите: пойдем только мы впятером. Что до остальных… – он смотрит на своих людей, большинство из которых истекают кровью или уже мертвы, и тяжело вздыхает. Кровь льется из пореза на его шее, в том месте, где все еще дрожит клинок Бастиана. – Вы мне больше не нужны.

Его душа – это клубящаяся завеса теней и темно-фиолетовых просветов. Она потрескалась и выцвела по краям: такому человеку абсолютно нельзя доверять. Но в одном Кавен прав: я устала искать ответы на свои вопросы. Я отправилась в это путешествие, желая доказать своему народу, что я – именно тот правитель, который им нужен. Но если я не знаю правды о Визидии и ее магии – это будет просто невозможно.

Я подхожу к Бастиану и беру его за руку.

– Опусти оружие, – приказываю я. – Мне нужно увидеть это своими глазами.

Он колеблется, и я снова тяну его за руку, пока он не опускает оружие.

– Не делай этого, Амора, – говорит он сквозь зубы, когда Кавен отступает на безопасное расстояние, потирая шею. – Ты идешь прямо в логово монстра.


– Все в порядке, – я думаю о темном существе, которое свернулось внутри меня в ожидании удара. – Я знаю, как обращаться с монстрами.

Кавен улыбается своему брату.

– Тогда следуйте за мной.

Так как большая часть земли сгорела – нам не требуется много времени, чтобы пересечь равнинную местность. Холодный воздух щиплет мою кожу, и Бастиан дрожит от озноба. Несмотря на то что ему становится все хуже, он остается рядом со мной. Движения пирата выглядят напряженными и скованными, но его рука ни на секунду не отрывается от рукояти меча.

За ревущим потоком водопада есть небольшая пещера, скрытая от всех, кто не знает, что искать.

Феррик колеблется, прищуривая глаза. Проход закрыт скалами, и снаружи невозможно определить, насколько маленькой может оказаться пещера и что ждет нас внутри.

– Может быть, у нас разные взгляды, но я всегда готов пойти на компромисс, – говорит Кавен. – Если тебе нужны ответы – нужно только войти. И, может быть, тогда ты поймешь, какого будущего я хочу для этого королевства. Но там хватит места только для одного, принцесса. Тебе придется довериться мне и оставить своих друзей здесь.

Мне хочется фыркнуть. Доверие и Кавен – это два абсолютно несовместимых понятия.

– Откуда нам знать, что это не ловушка? – спрашивает Бастиан. – Что внутри ее не поджидает опасность?

Кавен указывает на меня, заговорщицки выгибая бровь.

– Я не чувствую других душ, – я отвечаю на его безмолвный вопрос и качаю головой. – Здесь только мы.

Но так ли это на самом деле? Моя магия бьет ключом: извиваясь и волнуясь, она подталкивает меня к пещере с небывалой силой. Там, внутри, есть что-то, чего моя магия хочет больше всего на свете.

– Будь осторожна, – говорит Ватея. – В этой пещере есть что-то темное, – она поглаживает рукоять своего кинжала, не сводя с Кавена пристального взгляда. Он выгибает тонкую бровь, но русалка не отворачивается. Кавен один: ему с нами не справиться. И все же он не выглядит обеспокоенным. Мужчина стоит в расслабленной позе, скрестив руки на груди.

– С тобой все будет в порядке? – спрашиваю я у Бастиана, заметив тревожные морщинки на его лбу.

– Со мной все будет хорошо, – с яростью в голосе отвечает он. – Я беспокоюсь о тебе.

– Я справлюсь, – сделав глубокий вдох, я поднимаю подбородок. Судя по всему, мои спутники в этом не уверены, но я все равно поворачиваюсь и делаю шаг вперед. – Если что-нибудь случится – зовите меня.

Смех Кавена – не более чем тихое дуновение ветра.

– Пока тебя не будет, с ними ничего не случится, даю слово.

На краю пещеры я оборачиваюсь через плечо, чтобы еще раз взглянуть на них.

– Если что – зовите меня.





Глава 29




Темнота пещеры ослепляет. Затхлый запах настолько пропитал воздух, что я начинаю задыхаться, едва ступив внутрь.

Хотя поначалу пещера едва ли вмещает одного человека – она расширяется по мере того, как я ухожу все дальше, переходя в круглое пространство, достаточно большое, чтобы можно было вытянуть руки. Единственный звук – это приглушенный стук капель воды, а единственным источником света являются странные полупрозрачные насекомые голубого цвета, которые прячутся в дальних углах каменистого потолка. Их тусклое свечение позволяет мне рассмотреть заднюю стену пещеры.

Небольшая часть пола покрыта иссохшими досками. Рядом с ними валяются меховые одеяла, блестящие от капель воды. Подойдя ближе, я понимаю, что именно мокрые одеяла стали причиной тухлого запаха. Я морщу нос, но не отворачиваюсь.

Вместо этого я наклоняюсь, чтобы осмотреть странные предметы, разбросанные по истлевшему деревянному настилу: заточенные металлические обрезки и самодельные ножи, покрытые толстыми слоями грязи.

Прищурившись, я разглядываю нож, заржавевший от крови и времени, и магия зверя внутри меня начинает пульсировать от желания. Я стараюсь не обращать на это внимания, но она грызет мои пальцы, умоляя подойти ближе. Мне прекрасно известно, что именно лежит у меня под ногами.

Это клинок из легенд и преданий. Тот, что спас Визидию. Тот, что создал ее.

Я много раз клялась этим клинком и его владельцем: охотничьим ножом Като.

Я забываю, как дышать. Как стоять. Я опускаюсь на колени и кладу руку на нож.





* * *


– Я не могу этого сделать! – огрызается мужчина.