Второй шанс

Придумал ли Лев что-то новое? Конечно же, нет. Похожим образом действовали он и его единомышленники после Десятилетия Отчаяния, точнее говоря, в конце такового. Прежние назвали бы это «мягким переворотом», Лев и компания называли те события «очисткой власти от тварей». Разница была в том, что тогда они действовали дружной группой, опираясь на лично преданных им людей, в которых были уверены на все сто. Здесь и сейчас у Льва таких не было, за исключением капитана Имангалиева, и пока еще не приехавшей группы «Буревестник». Но уверенность генерала в заговоре и том, что зараженные пробились во власть, была настолько велика, что он сумел убедить Брайана, и тот включился в действие.

Лев начал спуск с башни.





* * *


Прежние непременно назвали бы город Новый Рим, невзирая на то, что он включал в себя часть прежнего Рима. Помимо Октагона, защищавшего непосредственно комплекс Совета, присутствовали и другие элементы защиты города. Переменная высота зданий, варьировавшаяся от трех до семи этажей, с непременной наблюдательно — оборонительной башней десятиэтажной высоты. Подземные ходы на основе метро Прежних, единой цепью, связывавшие как башни, так и районы. Возможность переброса бронетехники также присутствовала, в теории. На практике, некоторые туннели изрядно захламились, а другие обветшали. Но так как Рим еще ни разу не штурмовали всерьез, то и отношение, даже во время Волн, к оборонительным мероприятиям было халатное.

Широкие улицы и проходы между домами, позволяли повсюду проезжать той же бронетехнике, а пехоте давали запас расстояния от внезапного выскакивания тварей из домов. В результате площадь Рима подросла, но оборона строилась по модульно-районному принципу, и не слишком страдала. Каждый район предполагался к автономной обороне, и все элементы повторялись. Унификацию городской обороны вообще старались соблюдать по всей планете, дабы не приходилось переучивать солдат, при перебросе таковых на другое место. Тварям это, с одной стороны, было на лапу, так как слабые места унифицированной обороны почти неизбежно повторялись и в других городах, но с другой стороны, что противопоставить нормально действующей обороне людей в городе, твари так и не придумали. Ну, кроме излюбленного своего приема: «набегаем толпой, всех сразу не убьют, а там прорвемся».

Шагая по широким улицам города, и скользя взглядом по зданиям, Лев одновременно вспоминал историю, размышлял в пол-извилины, как бы улучшить оборону, и слушал доклады с места событий. Генерал решил, что не стоит вот так сразу появляться в «семерке», лучше под занавес действия, и поэтому пошел пешком. От Октагона до центра города (окраина прежнего Рима) было километров пять, и Лев особо не спешил. Как раз примерно час неспешно-прогулочного шага генерала, за которым, правда, не всегда могли угнаться люди вдвое моложе, если уж Льву требовалось двигаться быстро.

Редкие прохожие и машины не обращали внимания на Льва, а он на них.

Шел себе, курил, смотрел и слушал доклады.

— Квартал оцеплен! Все по расписанию, транспорт перенаправлен по схеме 3, — докладывали Льву.

— Вошли в здание. Сопротивление отсутствует.

— Взят первый этаж, начата проверка.

— Второй этаж.

— Архивное крыло.

— Третий этаж.

— Корпус поверки детекторов. Сопротивление отсутствует.

— Четвертый этаж. Охрана начальника управления открыла огонь.

— Начата проверка сотрудников «семерки» на первом этаже.

— Подвал взят, при попытке бегства схвачен неизвестный.

— Пятый этаж.

— Здание полностью под контролем. Трое убиты, двое ранены. Охрана сдалась после приказа начальника Седьмого Управления.

— Склады захвачены, еще один раненый.

— Начата проверка второго этажа.

— Медицинская помощь всем пострадавшим оказана. Убитые проверяются.

— Начата проверка третьего этажа. Трое зараженных. Покончили с собой. Парализаторы не действуют.





* * *


Когда Лев достиг комплекса зданий Седьмого Управления, все было уже завершено. Не слишком профессионально, но зато в срок, и с вполне ощутимым результатом. Выявлено семеро зараженных, и не менее двух десятков «подозрительных». То есть паразит внутри отсутствует, но вот поведение такое, как будто они под контролем. Входя в массивное пятиэтажное здание, так хорошо сохраняющее прохладу летом, Лев даже ощутил некоторый приступ ностальгии. Сто лет назад «семерка» располагалась в этом же здании, и на первый взгляд ничего не изменилось.

На второй взгляд, у Льва сразу закончилась ностальгия, и он включился в работу.





* * *


Еще через час стало понятно, что замах был на рубль, а удар в сто раз хуже, если обращаться к мудрости Прежних. Выявленные зараженные были приняты на работу недавно, особого доступа никуда не имели, хотя как они прошли проверку, пока что оставалось непонятно. В принципе, Лев не сомневался, что в итоге окажется нечто вроде: один пролез и остальных притянул, но все же слишком мелкий улов. Не могли эти твари ничего серьезного в рамках Федерации сделать, и сидели слишком низко, и работали в «семерке» недолго.

Поэтому Лев переключился на «подозрительных».


Начальник «семерки», хоть и прошедший проверку, пока что выпадал из раскладов, будучи чересчур вышестоящим и, следовательно, по логике Льва и самого Седьмого Управления, требовал еще проверок и проверок. Поэтому генерал отправился в отдел кадров, за личными делами, решив, что такое надо изымать и смотреть лично, во избежание. В отделе кадров генерал застал очень интересную картину.

Молодой солдат, открыв сейф, вмурованный в стену, что-то вытаскивал оттуда.

Больше в отделе кадров никого не было, а охрана на входе — двое рядовых — имела строгий приказ никого не впускать. Лев достал сигарету, и специально громко чиркнул спичкой. Солдатик подпрыгнул на месте, едва не вмазавшись головой в потолок сейфа, и быстро развернулся, выпрямляясь. «Лет двадцать, не больше», подумал Лев, демонстративно закуривая. Солдата он не боялся, из оружия у того был автомат за спиной, и пока он его будет доставать, Лев его успеет голыми руками забить. Свои возможности генерал отлично представлял, и проверял регулярно на тварях, которые в массе своей быстрее людей будут.

— Руки вверх, и быстро рассказывай, кто такой.

— Отвали, дедуля, меня нет, — нахально ответил солдат и махнул рукой.

Лев моментально сдвинулся вперед, заламывая руку и швыряя солдата на пол. Подсечка, удар, и противник валяется, а Лев быстро вяжет ему руки шнуром от лампы с ближайшего стола. На грохот заглянул один из охранников.

— Товарищ генерал?

— Иди сюда, рядовой, поможешь связать нарушителя, — пропыхтел Лев.

— Вы здесь один, товарищ генерал! — немедленно отчеканил охранник, выпрямляясь. — В помещении больше никого нет!

Лев, помедлив секунду, тюкнул грабителя сейфов в затылок, лишая сознания. Прищурившись, посмотрел на рядового, вытянувшегося в струнку возле двери. В глазах рвение и полное отсутствие сомнений, и смотрит то ведь прямо на нарушителя, лежащего между столов. Генерал быстро сообразил, что к чему, и приказал.

— Так, рядовой, немедленно найти капитана Имангалиева и передать мой приказ — идти в отдел кадров, прихватив набор номер пять! Повтори!

— Найти капитана Имангалиева и передать ваш приказ идти в отдел кадров с набором номер пять!

— Молодец, иди! — похвалил Лев.

— Есть!

Рядовой побежал выполнять приказ, не забыв, впрочем, закрыть массивную дверь, а Лев обратился к лежащему на полу бесчувственному телу.

— Так ты, значит, псионик? Эвона как все интересно закручивается!

Генерал как раз успел выкурить сигарету, когда появился Асыл с малым пыточным набором. Вероятность экспресс-допроса для кого-то из «семерки» была достаточно высокой, и Лев подстраховался, правда, не подозревая, что вот так повернется. Капитан Имангалиев вопросительно поднял бровь, как бы спрашивая, кто это такой на полу, почему его надо пытать и почему это надо делать лично?

— Псионик, и копался в сейфе, — пояснил Лев. — Кстати, изыми оттуда личные дела, пока еще кто-нибудь не прибежал.

— Как-то чересчур нагло, копаться в сейфе, когда вокруг такое, — Асыл пошел к сейфу.

— Этот из самых мерзких, на сознание людям действует. Охрана у дверей его в упор не видела и не видит. Это тебе не наша мирная капитан Зайцева, с ее лечением. Тут матерый зверек действует, и в свете всего происходящего очень даже интересно получается, а?

— Псионики стакнулись с тварями? — удивился Асыл. — Не верю!

— И я тоже не верю, тут какая-то хитрая карусель крутится, — кивнул Лев, раскрывая набор. — И не только хитрая, но и масштабная. Если за этими делами стоят псионики, то все еще хуже, чем я думал.

— Разве «подразделение 23» уже прекратило свою деятельность? — уточнил Асыл, доставая картонные папки из недр сейфа. — Или все совсем плохо?

— Не знаю, не уточнял, — бросил Лев. — Вот уж на кого не думал, так это на псиоников! Ведь сидели же смирно, чего в драку полезли? Да еще в такой критический момент! Или они сами этот критический момент создали? Ну, тогда вообще, нет слов, останется только расстрелять всех. Ну, или почти всех.

— А почему его внушение на вас не подействовало?

— Верно, — Лев почесал лысину, — и странно.

— Вам не кажется, товарищ генерал, что количество загадок вокруг нас продолжает множиться?

— Кажется, кажется. Некогда загадки решать, дело делать надо. Так, сейчас приведем этого голубчика в чувство, и посмотрим, подействует на тебя или нет. Есть одна мысль, хотя у тебя же высокий коэффициент сопротивления, если не ошибаюсь?

— Не ошибаетесь, — подтвердил Асыл. — Не верю в псионику.

— Ладно, хрен с ней, с гипотезой. Предупреди охрану, чтобы не дергалась, и приступим. И без того много времени потеряно, послушаем, что эта птичка нам споет.





* * *


Уже вечером Лев рассказывал фельдмаршалу Брайану Хорхе Антигесу, чем все закончилось и почему все как обычно закончилось совсем не так, как планировали. Правда, фундамента размышлений Льва это не поколебало: наличие заговора против Федерации осталось константой. Просто исходные враги изменились, вместо привычных тварей вроде бы побежденные псионики.

Собственно, из «подозрительных» в Седьмом Управлении половина — десять человек — оказались под чужим контролем. Подразделение 23, кодовое обозначение спецчасти при Совете, для противодействия псионикам, и само состоящее из таковых. Неспособных внушать, но способных ощутить, что человек находится, что называется, «под влиянием». Когда-то давно, на заре создания этого подразделения, еще при живом Эрике Краммере, было решено, что подконтрольные Совету псионики, способные внушать и захватывать, непременно превратятся в орудие разборок и захвата власти. Поэтому было сделано вот так, и сотрудники подтвердили, что десяток из «семерки» неблагонадежен.

И десяток этот обладал как раз всем тем, в чем подозревал их Лев.

Возможности, влияние, приписки и ложь, подделка документов — что ставило вопрос о генеральном Штабе и Совете просто ребром. Захват молодого псионика, собиравшегося не столько изымать личные дела, сколько внести в них пару исправлений, и потом затереть память «подконтрольным», обострял вопрос до чрезвычайной ситуации. После часа допроса псионик раскололся, до самого дна, но никаких конкретных личностей указать не смог. Приказы ему приходили телепатически, и единственное, что он мог подтвердить на все сто, так это то, что отдающий приказы находится в Риме.