Заклятая невеста

– Лавиния, вы готовы?.. – Брат осекся, когда я обернулась на его голос. – Вы прекрасны.

– Вы всегда умели потрясающе льстить.

– Это не лесть, и вы об этом знаете. – Он приблизился, чтобы взять мою руку в свою и коснуться губами пальцев.

За последний год у него стало чуть больше морщин и седины: его личное солнышко больше не грело. Поэтому я позволила себе то, чего не делала уже очень давно, – слегка раскрылась, позволяя магии жизни коснуться его сердца.

Винсент укоризненно на меня посмотрел:

– Думали, я этого не почувствую?

– Попытаться я, по крайней мере, могла, – улыбнулась я. – Обойти своего брата, сильнее которого мага нет.

– Теперь вы льстите мне.

– Разве что самую чуточку.

Винсент действительно очень сильный маг, сильнее его в мире сейчас есть разве что один человек. Тот, из-за которого случилась их ссора с женой, но это к делу не относится. Брат владеет магией армалов, сильнейших магов в истории нашего мира, живших очень и очень давно. Он управляется с ней, как я – с корешками и котятами, и, честно говоря, мне бы не хотелось увидеть, какова она в бою.

– Вы уверены, что не хотите, чтобы я сопровождал вас на бал? – Брат вгляделся в мое лицо.

– Совершенно. Не зря же вы пригласили леди Амалию Уайт.

Амалия Уайт, миловидная девушка, дочь провинциального виконта, знакомая Луизе через ее деда, приехала из Вайд-Хилл пару недель назад, чтобы стать моей компаньонкой. Это тоже была идея Луизы, и я не стала отказываться: во-первых, по переписке девушка мне понравилась, а во-вторых, я получила возможность выдернуть себя из мыслей о Майкле и внутренней стужи и стала ее проводницей в высший свет Энгерии.

– Леди Амалия… Да… – Брат вздохнул, словно собирался сказать что-то еще.

– Знаете, по-моему, вам пора к Луизе.

– Знаете, по-моему, это невежливо.

– Я же не сказала это в переполненном гостями бальном зале.

– А могли бы?

Не уверена. Воспитание, данное мне матушкой, вряд ли позволило бы. С другой стороны, оно вряд ли позволило бы мне развестись, но матушка об этом уже не узнает.

– Лавиния, – серьезно произнес Винсент, – вы можете на меня рассчитывать. Сейчас, сегодня…

– Всегда, – закончила я. – Вы мне это уже говорили.

– Разве?

– Раз десять, – сказала я и поправила шейный платок брата. – Вы тоже потрясающе выглядите, Винсент. А Луиза вас наверняка ждет.

– Я в этом не особо уверен.

– Можете быть уверены. Просто ей нужно время.

– Время? – Винсент усмехнулся. – Прошел уже год.

– Иногда нужно много времени, – философски заметила я. – И вообще, вы ее здорово тогда обидели.

– Она меня никогда не простит?

– Зависит от того, какие слова вы найдете на этот раз.

– Какие слова, Лавиния? Она меня знать не хочет, а приемы мы проводим вместе исключительно потому, что этого требует этикет.

– Но все-таки вы постарайтесь, – сказала я, пряча улыбку.

Наша с Луизой договоренность не должна была раскрыться раньше времени, и если я сегодня постараюсь (а я постараюсь), плотина недопонимания будет наконец разрушена. Главное, все сделать осторожно и очень мягко, потому что Луиза, хоть и на «вы» с магией, о моей силе очень хорошо наслышана.

– Что ж, – вздохнул Винсент. – Я передам вашей камеристке, чтобы пригласила леди Амалию. Еще раз с рождением, сестренка.

– Еще раз спасибо, братец. – Я легонько коснулась губами его щеки и дождалась, пока за братом закроется дверь.

Приблизилась к зеркалу и коснулась кончиками пальцев мерцающих на груди изумрудов. Подарок брата вобрал в себя всю яркость светильников, и яркостью с камнями могла сравниться разве что трава на солнце.

К чести Винсента, он ни разу не упомянул о том, что был против нашего с Майклом брака. Ни в тот день, когда я приехала с новостями о разводе, ни за все время, пока шел процесс (к слову сказать, благодаря связям Винсента закончившийся гораздо быстрее и легче для меня, чем мог бы). Ни разу он не сказал, что неоднократно предупреждал о том, что ничего хорошего из этого брака не выйдет. Поразительно, но против Майкла была вся моя семья, даже Луиза, которая обычно за свободу выбора.

Но я все равно выбрала его.

– Леди Лавиния!


Амалия впорхнула в комнаты, как бабочка: вся в голубом, со светлыми, перехваченными лентой волосами, на плечи накинут дымчатый шарф. Глядя на нее, я невольно почувствовала себя старой, несмотря на то что нас можно было принять за ровесниц.

– Мне передали, что вы готовы.

– Да, я готова, – кивнула и улыбнулась. – А ты готова танцевать весь вечер, Амалия?

– Скажете тоже, – смутилась девушка. – Кажется, моя бальная книжка не заполнится и наполовину.

За показной веселостью скрывалось самое что ни на есть настоящее волнение, глубокое и серьезное, поэтому я приблизилась к ней, окутывая теплом магии. Девушка сама не заметила, как расслабилась по-настоящему.

– Заполнится от первого и до последнего танца, – сказала я. – Вот увидишь.

И мы вместе вышли из комнаты.



Балы отличаются друг от друга лишь декорациями и платьями, красотой и расцветкой которых приглашенные стараются перещеголять друг друга. Даже Камилла Уитмор, с которой мне выпала честь (сомнительная, по правде говоря) беседовать еще до начала танцев. Они с мужем, лысым и пузатым графом, который от постоянного курения больше хрипел, чем говорил, прибыли одними из первых. Именно поэтому мы с Винсентом и Луизой (она – на правах устроительницы праздника, я – на правах именинницы) сейчас общались именно с ними.

– Вы чудесно выглядите, Лавиния, – произнесла Камилла после приветствия.

С тем же успехом можно было сказать: «У вас отвратительный вкус», но я уже привыкла к тому, что в высшем обществе взгляды и слова расходятся и так же далеки друг от друга, как пол и потолок бального зала. Кстати о потолке: он был украшен живыми цветами, равно как и весь зал. Поскольку меня не допускали сюда (сюрприз, сюрприз!), то сюрприз удался. Я в своем салатовом атласе с нежнейшим белым кружевом напоминала торчащий из лепестков бутон, которому вот-вот предстоит распуститься.

Вообще-то по статусу мне полагался более темный цвет, но я решила не загонять себя в рамки, а Луиза мое желание поддержала. Правда, забыла сказать, что весь зал будет в лепесточках и зелени.

– Лавиния! – шепнула Луиза, ущипнув меня чуть повыше перчатки.

– Ах да. Спасибо, Камилла. – Я вернулась в реальность и безоблачно улыбнулась.

– Ну-с… чудесного вечера, – пробормотал граф. – Мы для вас приготовили особый подарок, так что готовьтесь.

Он подмигнул мне и после очередных расшаркиваний потащил недовольную таким поворотом дел жену к столу с пуншами и крюшонами. По традиции подарки именинникам вручали в конце вечера, после бала и праздничного ужина, но, зная чету Уитмор, я даже приблизительно не представляла, к чему готовиться.

– Мне кажется или вам что-то не нравится? – шепнула Луиза, пока к нам шли очередные приглашенные.

Я обратила внимание на то, как напряженно лежит ее рука на сгибе локтя Винсента.

– Нет, что вы. – Я улыбнулась, позволяя магии незаметно просочиться через легкое прикосновение.

Луиза сама не заметила, как расслабилась, и даже не отняла руки, когда Винсент накрыл ее ладонь. Брат грозно на меня посмотрел, я же невинно улыбнулась и повернулась к гостям, которые подошли поздороваться.

Прошло примерно около часа. За это время моя улыбка уже достигла такого совершенства, что появлялась сама собой, стоило мне произнести:

– Добрый вечер! Я безумно рада видеть вас в Мортенхэйме.

Наконец все гости собрались. До первого танца оставался еще небольшой запас времени, поэтому я нашла Амалию, которая стояла у распахнутого настежь окна в дальнем конце зала.

– Не холодно? – поинтересовалась я, приблизившись.

– Что? – Девушка вынырнула из своих мыслей. – Ох нет, разумеется, нет. Это разве холода, леди Лавиния? В Вайд-Хилл такое ближе к концу весны.

– У вас настолько холодно?

Я знала, что Вайд-Хилл расположен на севере, но мне казалось странным, что где-то почти не бывает весны.

– Настолько холодно – это еще мягко сказано, – рассмеялась Амалия. – Кстати, насчет бальной книжки вы оказались правы! Смотрите!

И она показала мне записи, где почти все танцы были расписаны.

– Леди Лавиния.

У говорящего был низкий голос, такой текучий и мелодичный, как если бы кто-то смешал звучание фортепиано и флейты и добавил туда мужской силы.

– Даже не сомневалась, – сказала я Амалии, к которой уже приблизился первый пригласивший.

Равно как не сомневалась в том, что Винсент обязательно кого-нибудь пришлет, чтобы меня пригласили.

– Милорд? – Я обернулась как раз в тот момент, когда объявили вальс.

– Позвольте ваш первый танец.

А вот о том, что он окажется настолько красивым, я не догадывалась. С некоторых пор мужская красота меня не трогала, но один-единственный взгляд в глаза, странным образом показавшиеся мне сначала похожими на ночное небо, а потом сменившие цвет на свинцово-серый, заставил меня замереть. Сама не зная почему, я вложила руку в ладонь темноволосого мужчины, которого видела впервые.

Вздрогнула, когда его затянутые в перчатку пальцы легли мне на талию.