Змеиный гаджет

— А вот Гореловы относились к этому иначе, — сказал Кузя, — спасибо Татьяне Ивановне, она нам показала альбом. Обычно фотографы ставят детей на ступеньках перед школой. А в гимназии, где учились Варя и Андрей, поступали оригинально, всех усаживали за длинный стол.

Андрей перебил говорившего:

— Директриса объясняла: «Мне не нравится, когда одни ребята стоят на нижней ступеньке, а другие над ними возвышаются. Лучше пусть сидят за столом. За ним все равны». И она требовала, чтобы мы все сидели, положив руки ладонями вниз на столешницу, никаких сжатых кулаков. Это расценивалось как агрессия. Снимали на сцене в актовом зале на фоне занавеса с гербом гимназии. Директриса наша была огонь! Она в советские годы свои порядки завела. Герб, гимн, торжественное шествие со знаменем школы. За столом должны были все сидеть. Никаких отсутствующих. Классе в седьмом-шестом Олег Никитин ногу сломал. Так его привезли, в зал внесли, посадили. Со стола скатерть до пола свисала, гипса не было видно.

— Светлана, кем работала ваша мать? — неожиданно спросил Александр Михайлович.

Попова вздрогнула, она явно не ожидала, что к ней обратятся.

— Мама? Она была медсестрой в больнице.

— В какой? — уточнил Дегтярев.

— В психиатрической, — объяснила Света, — меня в детстве постоянно с собой брала, маленькую девочку одну ночью дома не оставишь. Я спала в сестринской.

— Вы, наверное, часто приходили к матери и когда выросли, — предположил Семен.

— Конечно, мне там очень нравилось, — подтвердила Светлана. — Лет в десять я решила: непременно стану врачом. И поступила в медвуз. Только я психиатр.

— Прекрасная специальность, — одобрила я.

— Внимание на экран, — прервал наш разговор Кузя, — он разделен на две части: справа фото учеников, слева снимок часов, которые были найдены вместе с останками Варвары Гореловой. Кто-нибудь видит нечто странное?

Татьяна Ивановна подняла руку.

— Часы слева с розовым ремешком. Они не принадлежат Андрею. Мы ему дарили с бесцветным.

Кузя щелкнул мышкой.

— Но на внутренней стороне ремешка написано «Андрей Москвин».

— Мы дарили с бесцветным! — уверенно повторила Горелова.

— Интересно, зачем кому-то выжигать с помощью раскаленной иглы имя и фамилию Андрея на браслете? — протянула я.

— Смотрим на руки детей, — приказал Дегтярев, — они лежат на столе ладонями вниз, прекрасно видны запястья. Часы есть не у всех.

— У десяти человек, — подсказал Кузя и приблизил изображение. — У Москвина прозрачный ремешок. Кроме него электронные часы есть еще у шести мальчиков и трех девочек. У парней бесцветные. Юные леди приобрели с зеленым, розовым и оранжевым ремешками. Подводим итог: в классе была лишь одна ученица, которой нравился розовый цвет. И кто она? Смотрим на руки и на лица.





Глава 39




— Узнать не трудно, — прошептала Татьяна Ивановна, — Светлана. Она почти не изменилась с течением времени. Хотя не так уж много лет прошло.

Дегтярев в упор посмотрел на Попову.

— На вашем ремешке выжжено «Андрей Москвин»?

— Не знаю, — пролепетала та, — нет! Неправда. Розовых было в продаже много, может, кто-то еще купил!

— Следующий вопрос, — продолжал Александр Михайлович. — По какой причине Андрей не помнит ничего из того, что произошло, и совершенно искренне считает себя убийцей Вари?

— Вероятно, он находился под воздействием лекарств, — ответила я, — которые применяют в психиатрии. Светлана была своей на работе у матери. Она всегда могла стащить пару таблеток.

— Большинство преступников попадается на мелочах, — вздохнул Сеня, — вроде все продумал, учел. И бац! Ремешок розовый! Андрей, а куда подевались ваши часы?

— Они пропали, — ответил наш клиент. — Физкультурник не разрешал в часах заниматься. Я их клал в карман своего форменного пиджака, оставлял его в гардеробе. Все было нормально. И вдруг они исчезли.

Александр Михайлович потер затылок.

— Ревность. Зависть. Две родные сестры. Поправьте меня, если я ошибаюсь, но события развивались так. Света влюблена в Андрея, но тот не обращает на нее внимания. Оля хочет помочь подруге. В этой паре Глебова — мотор, Попова ей подчиняется, что никак не обеляет Светлану. Одноклассницы сначала просто надоедают Москвину. Потом девицы, которые постоянно следят за ним, узнают, что у их объекта взрослые отношения с Гореловой. Они о том, что пара занимается сексом, узнали раньше, чем в день рождения Андрея. Сейчас они соврали о том, что шок испытали на вечеринке. Почему я так думаю? Вскоре объясню. Но это их не останавливает, девушки продолжают приставать к пареньку. Москвин в конце концов начинает злиться и конкретно посылает липучек по известному адресу. И тогда кому-то из них, полагаю, Глебовой, приходит в голову идея. Раз Андрей такая жуткая свинья, надо ему отомстить: убить Варю и представить преступником Москвина. Осуществить все решили в его день рождения. Понятное дело, гости напьются, никто потом ничего не вспомнит. То, что их не звали, роли не играет. Светлана с Ольгой пришли без приглашения. Преступление готовилось заранее. Света стащила у матери в больнице таблетки. Наверное, Оля залезла в карман пиджака Москвина. Место, где он прятал на время урока физкультуры свои любимые часы, скорей всего, не секрет для одноклассников.

— Ну да, — согласился Андрей, — я всем советовал так же делать. Не бросать ничего на подоконнике у входа в зал. В раздевалке надежнее.

— Как оказалось, это не совсем так, — заметил Кузя.

— Вот почему я уверен: одноклассницы давно знали, что Андрей и Варя состояли во взрослых отношениях, — подчеркнул полковник. — На ремешке они заранее имя и фамилию выжгли. Если бы во время тусовки им на голову новость свалилась, то времени на это не было бы. И где часы взять? Андрей их раньше лишился. Нет, налицо преступный умысел. А вот то, что Горелова и Москвин пойдут на ферму, они выяснили на вечеринке. И девчонки решили: вот он, прекрасный шанс, небось ранее планировали провернуть все в доме, но в лесу лучше, там свидетелей нет. В особняке все пьяные, но вдруг кое-кто кое-что увидит и запомнит.


— Девицы совершенно случайно услышали, где Горелова и Москвин собираются провести время, и побежали к заброшенной ферме.

— А почему ремешок розовый, если у них были часы Москвина? — спросила Татьяна Ивановна.

Дегтярев помолчал пару секунд, потом ответил:

— Могу предположить, что они испортили его ремешок, когда…

— Это она! — закричала Попова. — Не я! Все придумала Ольга. Глебова ловко овцой прикидывается, ее все безобидной считают. Она взяла очень толстую иглу, порвала браслет! А потом взяла ремешок от моих часиков! Хитрая!

— Вот только ума сообразить, что ремешок у них розовый, не хватило, — подчеркнула я. — А что с медальоном, который Варя на себя надела? Как к вам подарок Андрея попал? История про то, что оберег упал на куст, за которым вы прятались, вранье.

— Ничего не знаю! — закричала Ольга. — Светка Варьку ударила сзади, подкралась и хлобысь ей палкой по затылку. Горелова упала. Я убежала. Я не хотела. Я не виновата. Все Попова придумала. Она на Москвине помешалась, до сих пор его любит.

— Гадины! — закричал наш клиент, бросился к Глебовой, вцепился в нее и стал трясти что есть сил.

Сеня, Кузя и Дегтярев вскочили и бросились разнимать дерущихся. Татьяна Ивановна закрыла лицо руками. Константин подрулил на коляске к месту битвы и начал размахивать кулаками.

— Что с ними теперь будет? — спросила Горелова. — Вы их арестуете?

— Частные детективы не имеют права никого задерживать, — пояснила я, — но Дегтярев уже позвонил кому надо. Не волнуйтесь, всех виновных в убийстве Вари накажут.

Татьяна Ивановна встала, подошла ко мне, села на корточки и всхлипнула.

— Я очень люблю девочек. Да, они к нам попадали нечестным путем, но…

— Она удрала! — воскликнул Семен, держа Андрея.

— Кто? — тяжело дыша, спросил Дегтярев.

Я вскочила.

— Светлана. Воспользовалась суматохой и сбежала.

Со двора раздался шум отъезжающего автомобиля.

— Далеко не уедет, — прохрипел полковник. — Дарья, звони на охрану, пусть задержат ее на выезде из Ложкина. Поторопись!

Я кинулась к двери.

— Эй, куда! — рассердился полковник.

— Наизусть номер не помню, а мобильный дома оставила.

Собачкин отпустил Ольгу, та села на пол и зарыдала. Сеня побежал во двор.

— Сейчас догоню ее, — пообещал он на ходу.





Эпилог




— Румпель-пумпель самый вкусный мой десерт, — заявила Марина, внося в столовую блюдо, на котором высилась пирамида из шоколада. — Саша, специально для тебя приготовила.

— Спасибо, — мрачно процедил полковник, — я в восторге. Так мерзавку и не поймали. Сбежала.

— Десерт никуда не убежал, — засмеялась жена полковника.

Дегтярев отвернулся к окну.

— Румпель-пумпель лечит все печали, — пообещала Марина. — Кто хочет его поджечь? Саша?

Полковник вздрогнул.

— А?

— Включишь вулкан? — пропела Марина.

— Ладно, — безо всякого энтузиазма согласился Дегтярев. — А что делать надо?