Золотая клетка

– Как дела, мой дорогой? – спросила я, садясь рядом с ним.

– Мы в полном прогаре. Хенрик истратил все свои сбережения, а я тщетно слонялся с протянутой рукой, ища инвесторов. У нас ничего не вышло… – Он провел рукой по волосам. – Ну, ничего особенно страшного не случилось. Мы оба найдем работу. Хенрик поговаривает о том, чтобы поехать в Лондон и заняться финансами там. Может быть, и хорошо, что мы откажемся от своей наивной мечты и повзрослеем. Завтра же скажу ему, что я выхожу из дела, так будет лучше всего. Пожалуй, я тоже рвану в Лондон, там водятся большие деньги. Или в Нью-Йорк. Уолл-стрит… Поеду на Уолл-стрит.

Длинные рассуждения Яка должны были убедить его самого, но я видела, что он говорит не от души. Менее всего ему хочется бросить дело своей мечты. От одной мысли, что он уедет и оставит меня одну, меня охватила паника. Снова одна?

О жизни без Яка я даже подумать не могла. Проглотив подступающую тошноту, произнесла так спокойно, как только могла:

– Откуда все это взялось? Мне казалось, у вас все хорошо. Еще вчера вечером, когда мы ложились спать, вы были полны энтузиазма. Я слышала ваш разговор по телефону.

– Мы очень рассчитывали на некоторых инвесторов, но сегодня получили сообщение, что они все же не заинтересовались. Так что мы – полные банкроты, моя дорогая. В настоящий момент ты содержишь нас за счет своей стипендии и работы в кафе – в этом месяце я даже не смог заплатить за свой телефон.

Надежды поколений лежали на его плечах. На лице отразилось глубокое разочарование. Як должен был стать тем, кто исправит ошибки отца и восстановит честь семьи.

Однако он уже готов был отказаться от этой миссии.

Я взяла в ладони его лицо.

– Нет. Я не позволю тебе бросить свою мечту.

– Разве ты не слышишь? Нам нужны деньги. Нужно на что-то жить. А ты учишься.

Он взглянул на меня. Глаза у него были глубокие и влажные, как у щенка. Яку нужна была я – как никому и никогда раньше.

– Я могу взять академку.

– Но ведь ты обожаешь институт, разве нет?

Он по-прежнему смотрел на меня не отрываясь, и я видела, как в его голубых глазах зажегся огонек надежды – Як протестовал только для виду.

– Тебя я люблю больше. И верю, что тебя ждет успех, если ты и дальше сможешь заниматься своим делом. Мы с тобой одна команда. Як и Фэй. Мы завоюем мир, мы же договорились. Я закончу на год позже – какое это имеет значение на фоне всего остального? – Я пожала плечами.

– Ты уверена? – спросил Як, притягивая меня к себе.

– Само собой, – ответила я и рассмеялась.

Счастье бурлило во мне, как лимонад. Я сделала ему подарок, а он принял его, потому что любит меня.

– Я не сомневаюсь, что и ты поступил бы так же ради меня. Я верю в «Компэр», верю, что мы станем миллионерами. И тогда ты вернешь мне все сполна.

– Еще бы! Все, что есть у меня, – твое. Наше!

Он поцеловал меня, а затем поднял на руки и понес в спальню…





* * *


Год – это совсем не страшно. Для «Компэр» это был решающий год. Для моего образования – нет. У меня учеба шла легко, в то время как Хенрику пришлось вкалывать ради своих отличных оценок. Разумеется, я терпеть не могла вытирать столы, подносить кофе, ненавидела, когда меня щипали за попу старички, считавшие, что официантка входит в стоимость чашки кофе с булочкой. Но Як – любовь всей моей жизни. В следующий раз он пожертвует собой ради меня.

В тот же вечер я сообщила в институт о своем решении и позвонила начальнику в кафе «Мадлен». Он был счастлив. Я знала, что он мечтает расширяться, но не может вырваться из рутины повседневного руководства. Тут же предложил мне должность менеджера по работе с персоналом с зарплатой в двадцать две тысячи крон. От таких цифр кружилась голова. Я согласилась.

Единственной, кого возмутило мое решение, была Крис. Она появилась в кафе «Мадлен» перед самым закрытием. Ее взгляд не предвещал ничего хорошего.

– Нам с тобой срочно нужно поговорить, – заявила она.

На улице шел дождь. Подруга потащила меня через мокрую площадь Стюреплан и завела в какой-то бар. Прошипев бармену, чтобы нам подали два пива, затолкала меня за столик.

– Знаю – то, что я скажу, тебе не понравится, и, скорее всего, ты рассердишься на меня. Может быть, на этом нашей дружбе придет конец. Но кто-то должен тебе это сказать! Ты совершаешь ошибку.

Я вздохнула. Как Крис может меня понять? Их отношения с Хенриком и близко не похожи на то, что роднит меня и Яка.

– Я знаю, ты желаешь мне добра. Но я делаю именно то, что сейчас нужно сделать. Яку нужно сосредоточиться на «Компэр», чтобы их мечта стала реальностью.

– А как же твоя мечта? Какого черта, Фэй? Да будь у Яка и Хенрика вместе взятых половина таких мозгов, как у тебя, они давно уже были бы миллиардерами.

– Пока Як рядом со мной, я счастлива. Его мечты и есть мои мечты.

– Ты боишься, что он тебя бросит, если ты сейчас не пожертвуешь собой?

– Нет.


Я чуть не рассмеялась. Эта мысль показалась мне такой абсурдной… Само собой, его разговоры о Лондоне и Нью-Йорке слегка меня встревожили, но не более того. Як желал быть со мной – так же, как и я с ним.

Крис раздраженно сделала бармену знак принести нам еще по бокалу пива.

– Ну хорошо, – проворчала она. – Тогда почему они не могут заморозить «Компэр» на год-другой и пока поработать? Почему именно ты должна бросать учебу ради него?

Дрожащими руками Крис закурила.

Я потянулась к ее пачке сигарет. Яку не нравилось, что я курю, так что я решила воспользоваться случаем. Надо только не забыть купить мятную жвачку, прежде чем ехать домой.

– Всего год, Крис. Потом я вернусь. К этому времени Як и Хенрик запустят «Компэр».

Выдув идеально круглое колечко дыма, я направила его прямо в скептическое лицо Крис. Она сменила тему, но ее красноречивый взгляд лучше слов говорил, насколько ей все это не нравится.





* * *


Полгода спустя фирма «Компэр» была запущена и сразу добилась сногсшибательных успехов. Молодые менеджеры телефонных продаж Яка и Хенрика и новый подход в работе захватили Швецию, словно победоносная армия. Фирма приносила такие доходы, какие никому до них и не снились. Предприятия стояли в очереди, чтобы поручить свои продажи «Компэр». Деньги потекли рекой. Уже через год мы стали миллионерами.

В моем возвращении к учебе теперь не было никакого смысла. Ведь мы уже достигли своей цели. Вместе. Зачем же просиживать штаны, зубря перед экзаменами в институте, когда у нас и так все хорошо?

Люди учатся, чтобы добиться успеха, а мы его уже добились. Будущее казалось таким светлым, что впору было надевать солнцезащитные очки.

Ощущение приближающейся катастрофы не покидало Фэй. Она должна была заметить тревожные сигналы. Открыть глаза. Говорят, что ничто так не ослепляет человека, как любовь, но Фэй знала – ничто так не ослепляет человека, как мечта о любви.

Надежда – странный наркотик.

Фэй решила сменить тактику. Вместо того чтобы сидеть дома, как грустный щенок, дожидаясь Яка, она решила дать ему побольше личного пространства и возможность соскучиться по ней.

До празднования его дня рождения оставалось две недели. Организаторы сообщили ей время, когда она должна прийти. И всё. Помимо дресс-кода: «костюм». Сама Фэй продумывала тему повеселее – когда еще считала, что ей придется устраивать день рождения мужа. Что-нибудь в духе «Великого Гэтсби» или «Студии 54». Но, судя по всему, Як хотел чего-то совсем другого. Порой она задавалась вопросом, действительно ли она так хорошо знает мужа или это ей только чудится. Теперь она, кажется, все истолковывала неверно. Во всяком случае, когда дело касалось Яка.

Фэй постучала в дверь его кабинета в башне, услышала в ответ раздраженное «да-да» и вошла.

– Прости, не хотела тебе мешать… Я возьму Жюльенну и уеду на несколько дней.

Як с удивлением поднял глаза. Его красивый профиль отразился в окне.

– Вот как?

– Да. У тебя сейчас так много работы, а я… у меня есть свободное время. Я сняла домик в Фальстербу.

Фэй приготовилась к протестам Яка – он не любил, когда она что-то предпринимала самостоятельно. Но, к ее удивлению, муж воспринял новость почти с облегчением.

– Прекрасная идея. Тебе полезно будет немного развеяться, после… Ну, после того, что тебе пришлось пережить.

Он избегал смотреть ей в глаза. Вернувшись домой поздно вечером после того, как Фэй сделала аборт, Як лишь кратко извинился, сославшись на напряженную ситуацию на работе. Ничего более. Ни одной розы. Никаких слез. И она в очередной раз проглотила, приняла то, что не могла изменить, хотя горький привкус остался. Ложась в тот вечер в постель, Фэй все еще ощущала прохладную ладонь Крис на своей щеке.

– Ты правда так считаешь? – проговорила она как можно более нейтральным голосом.

Смотреть вперед. Не оглядываться назад. Ей удастся все это изменить. У нее больше сил, чем думает Як. Слишком долго она играла в слабый пол. Просто так было нужно мужу. Но теперь она осознала, что пора брать инициативу в свои руки, не извещая об этом Яка. Он не из тех мужчин, которые любят, чтобы ими управляли.

– Да, правда, – ответил он и улыбнулся ей.

Его лицо казалось теперь моложе, не таким мрачным. Фэй внутренне расслабилась. Она на верном пути. Им просто надо немного отдохнуть друг от друга.

– И потом, вам с Жюльенной полезно провести время вдвоем, – продолжал Як. Это звучало несколько вымученно, но она всегда с благодарностью принимала те крохи внимания, которые ей перепадали. – Приключение только для девушек. Когда она пойдет в школу, это станет сложнее… – Вертя в руках карандаш, небрежно спросил: – Как долго вы будете отсутствовать?

– Пять ночей.

Фэй протянула к нему руку, и он взял ее – к большому удивлению и облегчению жены.

– Ты правда не возражаешь?

– Конечно, не возражаю. Хотя я буду без вас скучать.

Выходя, Фэй послала ему воздушный поцелуй и от души произнесла:

– Мы тоже будем скучать.

Она и вправду уже начала скучать по нему.