Золотая клетка

Крис пила апельсиновый сок на верхнем этаже бассейна «Стюребадет». Воздух здесь был влажный. Пенсионеры поедали салатики за две сотни крон, завернувшись в белые махровые халаты, – все это под журчание воды в бассейнах этажом ниже.

Фэй выдвинула себе стул и уселась напротив нее.

– Почему ты назначила мне встречу именно здесь? – спросила она.

Крис удивленно подняла глаза.

– А, привет. Я тебя не заметила… Не знаю. Эти звуки меня успокаивают. Как будто лежишь в большой теплой матке.

Пристраивая куртку на спинку стула, Фэй внимательно оглядела подругу. Взгляд у Крис был какой-то отсутствующий.

– Как ты себя чувствуешь?

– Сегодня у меня хороший день. Но сегодня я и в больнице не была. Вечером ужинаю с Юханом.

– Как он отреагировал, когда ты ему рассказала?

Крис опустила глаза, уставилась в стол.

– Я не рассказала. Я… не могу. Не вынесу, если он меня бросит.

Глаза ее были полны стыда и страха. Это напугало Фэй. Никогда раньше она не видела, чтобы Крис стыдилась или показывала свой страх.

Она взяла подругу за руку.

– Крис, дорогая моя, я все понимаю. Тебе будет легче, если я буду рядом, когда ты расскажешь ему? На случай… просто на всякий случай.

Крис медленно кивнула.

– Ты готова это сделать?

– Конечно, если так тебе будет лучше.

– Просто не хочу создавать тебе хлопот. Но я чувствую себя такой слабой, такой беспомощной… Те немногие часы, когда мне удается побыть самой собой, отнимают столько сил… Когда я не с Юханом, я могу только сидеть здесь. Кто бы сказал мне, что здесь я проведу последние дни жизни – в «Стюребадет»…

За этим последовала настоящая улыбка. «Щепоточка истинной Крис», – подумала Фэй и тоже улыбнулась в ответ.





* * *


Школа, где работал Юхан, была построена из красного кирпича и расположена на улице Вальхаллавеген. У ворот болтались несколько мальчиков и девочек возраста Жюльенны. Они повернули головы, когда Фэй и Крис вылезли из такси и пересекли школьный двор.

Вошли в длинный коридор, где теснилось множество голубых шкафчиков. Ни души.

– Ты знаешь, где он? – спросила Фэй.

– Нет, но разве сейчас не обеденный перерыв? То есть – большая перемена…

Фэй взглянула на часы. Они показывали ровно двенадцать. В ту же секунду все двери классов одновременно распахнулись, и ученики высыпали наружу. Поймав за рукав прыщавого парня в кепке и куртке, Фэй спросила, где учитель шведского языка Юхан.

– Юхан Шёландер, – вставила Крис.

Парень только помотал головой и исчез.

Они прижались к шкафчикам, чтобы их не сбили с ног проносящиеся мимо мальчишки.

– Позвони ему.

Приложив телефон к правому уху, Крис свободной рукой зажала себе левое. Когда он ответил, она отвернулась.

Коридор начал пустеть. Что-то произошло внутри Фэй, когда она переступила порог школы. Разница в росте, неуверенные, растерянные взгляды, строгая иерархия. Напряжение лежало на поверхности, готовое в любую секунду взорвать все. Матильда пыталась пробираться по таким коридорам как можно незаметнее, но ей это никогда не удавалось. Все знали, кто она. Все были в курсе, что случилось.

Крис похлопала ее по плечу.

– Он сказал, чтобы мы подождали его снаружи.

– Что он сказал?


– Просто… удивился, что я здесь. И обрадовался.

В ее голосе звучали нервозность и радостное возбуждение. Вместе с потоком учеников они прошли через стеклянную дверь, спустились вниз по лестнице, вышли на школьный двор и нашли под кустом свободную скамейку.

– Как настроение? – спросила Фэй.

– Нервничаю, – призналась Крис.

– Все будет хорошо. Вот увидишь.

Подруга кивнула без всякой уверенности.

Открылась дверь, и из здания вышел высокий стройный мужчина в джинсах и клетчатой рубашке; светлые волосы слегка взлохмачены. Увидев их, он решительно направился прямо к ним, широко улыбаясь. В нем ощущалась какая-то прямота и открытость – Фэй он понравился с первого взгляда. У него не было ничего общего с теми мужчинами, с которыми она наблюдала Крис все эти годы, – и это можно было считать несомненным плюсом. Крис почему-то всегда выбирала неудачных мужчин, однако Фэй сразу почувствовала, что Юхан совершенно другой.

– Крис! – радостно воскликнул он. – Как я рад тебя видеть! Что ты… что вы здесь делаете?

Крис вскочила на ноги и обняла его. Когда они разомкнули объятия, он обернулся к Фэй.

– А ты, должно быть, та самая Фэй? Как приятно наконец-то с тобой познакомиться, а то я уже начал подозревать, что ты – вымышленный персонаж…

Она пожала его протянутую руку. Должно быть, Юхан уже заметил, что они пришли не по веселому поводу, – он бросил на Крис неуверенный взгляд.

– Всё в порядке? – спросил он.

– Давай лучше сядем, – предложила Фэй, сделав жест в сторону скамейки.

Крис оказалась посредине. Она сделал глубокий вдох, заколебалась, но Фэй подтолкнула ее локтем. Крис сердито покосилась на нее, но потом взяла Юхана за руку.

– Юхан, я должна тебе кое-что рассказать… – начала она, и Фэй ободряюще закивала. – Я больна. У меня – рак. Тяжелая разновидность, с которой трудно что-то сделать.

Она говорила быстро, волнуясь, почти глотая слова. Но по лицу Юхана было заметно, что он все слышал. Открыл рот, чтобы что-то сказать, потом снова закрыл. Потом глубоко вздохнул. Кивнул. И медленно проговорил:

– Я все знаю.

– Как? – хором изумились Фэй и Крис.

– Я нашел у тебя дома приглашение на химиотерапию.

– Почему же ты ничего не сказал?

– Потому что… Я подумал – тебе решать, захочешь ты рассказать мне или нет. Счел, что ты расскажешь, когда созреешь.

Крис обняла его.

– И теперь… ты оставишь меня? Если ты это сделаешь, я тебя пойму.

В глазах у нее был такой страх, что по спине у Фэй заструился холодный пот.

Но Юхан засмеялся и покачал головой. Смех его звучал чуть надтреснуто, но все же это был смех.

– Боже, дорогая моя! Нужно нечто куда более весомое, чем рак, чтобы заставить меня бросить тебя. В жизни не встречал человека, с которым я был бы так счастлив, как с тобой.

– Но я, возможно, умру… Более вероятно, что я умру, нежели выживу.

Юхан задумчиво кивнул.

– Может быть. Тогда последним, что ты увидишь, будет моя физиономия.

Вокруг них шумели дети, полные надежд на будущее, у которых впереди было множество радостных и горестных моментов, триумфов и ошибок. У Крис должно было оставаться в запасе много ошибок – она всегда была чемпионом по ошибкам. Всегда утверждала, что именно плохие решения делают жизнь увлекательной.

Фэй отвернулась, чтобы подруга не видела ее слез. Боковым зрением она отметила, что Крис прислонилась к Юхану, рассказывая ему, как обстоят дела. Несмотря на ужасное содержание, это был самый прекрасный разговор, какой Фэй доводилось слышать. И Крис радовалась, как ребенок, стоило Юхану открыть рот. На мгновение Фэй задумалась о том, как отреагировал бы Як, если б она рассказала ему нечто подобное. Як не любил болезней и слабостей. Он слинял бы после первой фразы.

Фэй поднялась со скамейки, чтобы оставить их вдвоем, но Юхан попросил ее остаться. Затем обернулся к Крис.

– Теперь, когда ты мне все сказала, я тоже хочу тебе кое-что сказать – давно хотел, но не решался. И пусть Фэй останется, потому что вдруг ты захочешь бросить меня после этого, и тогда мне понадобится человек, который сможет обнять и утешить…

Крис заволновалась, а Фэй и вовсе вышла из себя. Момент явно неподходящий, чтобы признаться в измене или что он там задумал рассказать. Она уже готовилась схватить Крис за руку и увести прочь. Но Юхан запустил руку в карман и что-то достал, а потом встал на колено перед Крис и взял ее за обе руки. Что-то блеснуло в его пальцах, и сердце у Фэй отчаянно застучало. Она покосилась на Крис, которая по-прежнему ничего не понимала. Гнев улегся так же быстро, как и вскипел; по всему телу у Фэй побежали мурашки. Юхан не сводил глаз с Крис, стоя на коленях на асфальте школьного двора. Ученики уловили, как собачонки, унюхавшие печеньку: что-то затевается – и сгрудились вокруг небольшими группками.

Но для Юхана существовали в этот момент только они с Крис. Он откашлялся и произнес:

– Крис, ты самая потрясающая женщина из всех, кого мне довелось встречать в жизни; ты самый добрый и самый умный человек из всех, с кем я когда-либо общался. Я люблю тебя – с первой секунды, как увидел. Если бы ты не стала следить за мной до самой Фашты, я уже на следующий день пришел бы в твой салон и попросил сделать мне «ирокез» или что-нибудь еще. Это кольцо… – он поднял вверх сверкающее колечко, – я купил на четвертый день после нашей встречи и с тех пор всегда носил с собой. Не хотел показаться сумасшедшим, достав его слишком рано, хотя мне с самого начала все было ясно. Теперь получилось, что я проносил его с собой слишком долго. Поэтому хочу спросить тебя: готова ли ты носить его на пальце? То есть – согласна ли ты выйти за меня замуж?

Ученики, стоявшие вокруг них, радостно завопили. Кто-то засвистел в два пальца. Какая-то девчонка крикнула звонким голосом:

– Давай же, скажи «да»! Юхан – супер! Он самый лучший учитель!