О с Г 2 (СИ)
Император сел и сделал знак церемониймейстеру. Тот, зная, что Сергей наблюдает, махнул белым платком. По знаку Сергея слуги потащили в стороны занавес. На пустой сцене остался он один. Под ложечкой неприятно заныло.
— Две равно уважаемых семьи
В Вероне, где встречают нас событья, — начал он. —
Ведут междоусобные бои
И не хотят унять кровопролитья…
Помимо Тибальта Сергей взял на себя роль хора. И вот сейчас, читая пролог, он скользил взглядам по лицам зрителей. Внимают. Пока настороженно: что за диковина? Ладно…
Готовя постановку, Сергей оставил ее в первозданном, шекспировском варианте. Грубые и неуклюжие шутки, которые тщательно вымарывали современные ему режиссеры, он не только сохранил, но и попросил актеров акцентировать. Исходил он при этом из очень простой мысли: общество Киенны по своему развитию и духу равнозначно Англии времен Шекспира. То, что нравилось современникам поэта, должно произвести впечатление и здесь. В верности своего решения, он убедился, понаблюдав за реакцией публики в первые же моменты. Когда Самсон пообещал стереть в порошок «шавок Монтекки», оттерев молодцов в сторону, а девок засунув по углам, по залу побежали смешки. Уж больно комично смотрелся слуга Капулетти в роли покорителя слабого пола. Приободренный Самсон заявил, что он кусок мяса немалый и при этом по отработанной мизансцене поднял руки, демонстрируя бицепсы. Бастиан, игравший Самсона, тот самый поэт, чьи стихи не понравились Сергею, был чрезвычайно тощ, бицепсы у него следовало искать под лупой, и публика немедленно разразилась смехом. С этого момента Сергей понял: все получится.
Почувствовали это и актеры. Поймав кураж, они перестали трястись и заиграли в полную силу. Спектакль катился как по рельсам. Зрители смеялись, вздыхали, потрясенно молчали, а финальная сцена, когда Джульетта закалывала себя над телом Ромео, всех просто ошеломила. Сергей, подглядывавший из-за кулисы, заметил, как по щеке императора покатилась слеза. Плакали и другие, в особенности женщины.
Занавес публика встретила овацией и криками. Актеры, выйдя на сцену, стали кланяться, чем вызвали еще большую бурю. Их долго не отпускали. Когда, наконец, все стихли, монарх поманил Сергея пальцем.
Тот не сразу понял, что жест предназначен ему и промедлил, но тут Хорхе, показал ему кулак. Сергей торопливо спрыгнул со сцены и поклонился императору.
— Хорхе очень хвалил тебя, — хриплым голосом сказал Бодуэн. — Говорил, что ты человек больших дарований. Теперь я вижу, что не врал. Держи! — он снял с пальца перстень и сунул его Сергею. — Заслужил!
— Рад служить Вашему Императорскому Величеству! — отрапортовал Сергей.
— Детям моим послужи! — вздохнул тот и, опершись на трость, тяжело встал.
***
Праздничный стол для труппы накрыли в отдельном зале. Наследник и принцесса ушли к отцу и почетным гостям, поэтому отсутствовали. Актеров это огорчило. В хорошеньких глазках Джанет даже блеснули слезы. Она, видимо, надеялась составить компанию принцу за столом императора, но не учла, что двор сортирует гостей по знатности. Сергей понял: положение нужно спасать.
— Ух, и повеселимся! — заорал, усаживаясь во главе стола. — Замечательно, что здесь только свои! Все за стол! Вилки в руки!
Труппа заулыбалась и принялась рассаживаться. Вскоре вино и еда сделали дело. Приглашенные музыканты дудели во флейты и били в бубны. Все постепенно развеселились. И тут Сергея прорвало.
Напряжение, державшие его в тисках во время подготовки и показа спектакля, улетучилось. Велев музыкантам утихнуть, он стал сыпать анекдотами, на ходу перелицовывая их на местный манер. Оказалось, что помнит он их прорву. Серия «Возвращается барон неожиданно с охоты, а жена дома с любовником» прошла на ура. Анекдот про чванливого вельможу, требующего от слуги правильного доклада о наводнении, в результате чего тот вплывает в дверь гостиной с криком: «К вам река, милорд!», вызвал громовой хохот. Ободренный успехом, Сергей рассказал серию про английских джентльменов, ставших в его изложении лордами. К концу ее за столом стонали и плакали. И не только за столом. Заслышав смех, из других помещений в зал стали просачиваться придворные, занимая места у стен, как недавно на представлении. Их появление только раззадорило Сергея.
— Счас станцую! — пообещал он, снимая камзол.
Ослабшие от смеха пажи и фрейлины встретили новое развлечение с восторгом.
— В моей стране это называется «джига»! — объявил Сергей.
Подойдя к музыкантам, он отбил им ритм и, взяв флейту, показал нехитрую мелодию. После чего вышел в круг.
Ирландским танцам его учили в лондонской школе. Всестороннее развитие личности было фишкой этого закрытого учебного заведения, а российский мальчик Сережа Левашов — ее лучшим учеником. В последний раз Сергей танцевал давно, но не сомневался, что вспомнит.
Музыка грянула, и Сергей, прижав руки к бедрам и держа тело прямо, стал подпрыгивать, отбивая ритм каблуками. Затем двинулся назад, вернулся, сместился влево, затем вправо, повернулся… Показав основные фигуры, он вскинул руки, и гости разразились овациями. Сергей поднял руку, призывая к тишине.
— Это только пролог. Мне нужны две партнерши. Джанет, Беатрис!
Названные им фрейлины довольно приблизились.
— Запомнили? — спросил Сергей.
Они закивали.
— Станьте по сторонам от меня. Начали!
Он сделал знак музыкантам. Те грянули. Поначалу у девушек не ладилось, но потом они поймали кураж. Сергей вполголоса говорил, куда им двигаться, и они послушно следовали за ним, не забывая отбивать ритм каблучками. Выходило здорово. Мужчина и две женщины скользили внутри все более и более сжимающего круга зрителей, самозабвенно отдаваясь танцу. Увлекшись, Сергей не обратил внимания на то, что людей в зале заметно прибавилось. Они во все глаза наблюдали за диковинной пляской. Раздухарившись, Сергей подхватил партнерш, взвизгнувших от неожиданности, за талии и закружил их. Опустив, наконец, обеих на пол, он обнял и чмокнул фрейлин в раскрасневшиеся щечки.
— Все!
Оваций не последовало. Сергей недоуменно осмотрелся. Их окружала плотная толпа придворных. А в первом ряду, пристально глядя на танцоров, стояли принц и Флоранс. Причем, если Эдуард смотрел восторженно, то принцесса гневно кусала губку. Щеки ее пылали.
— Ваши Императорские Высочества! — поклонился Серж.
— Вы тут неплохо веселитесь, граф! — ледяным голосом заметила Флоранс.
— Да, Ваше Высочество! — подтвердил он. — Жаль, что вас не было с нами.
— Как видите, мы уже здесь! — улыбнулся принц. — Как и другие гости императора. Прошел слух, что здесь творится что-то необыкновенное, и мы поспешили посмотреть. Вы замечательно танцуете, граф!
Сергей поклонился.
— Научите меня?
— Думаю, у Джанет это выйдет лучше! — сказал Сергей, выталкивая вперед фрейлину. Та засмущалась.
— Мы воспользуемся вашим советом! — кивнул принц. — А теперь я попрошу вас, леди и лорды, — обратился он к толпе, — оставить нас с моими друзьями.
Придворные потекли в двери, и зал очистился.
— Мы рады присоединиться к вам! — сказал принц, обнимая за талию подбежавшую Джанет. — За столом у отца было скучно, мы еле дождались его ухода. Теперь повеселимся! У нас есть повод!
Труппа расселась. Флоранс при этом оказалась рядом с Сергеем.
— Шут! — прошипела на ухо Сергею.
— Да, Ваше Императорское Высочество! — согласился он.
— Распутник!
— Клевета!
— Ты целовался с фрейлинами!
— Я их благодарил.
— С каких пор так благодарят?
— С тех, как получил перстень от вашего отца. Я выполнил поставленное мне условие?
— Да! — согласилась она. — Но мог бы вести себя поскромнее.
— Посмотрите на них! — Сергей указал на пажей и фрейлин. — Эти мальчики и девочки совершили чудо. Всего за четыре недели они отрепетировали и сыграли сложнейший спектакль, который в моей стране даже профессиональные актеры готовят месяцами. Они растрогали императора и его гостей. Сегодня у них счастливый день, возможно, лучший в их жизни. И я всего лишь помог им это почувствовать.