Душа демона. Искупление (СИ)

— Жизнь научила меня не верить твоим словам, — тихо ответила девушка, опустив глаза. — Таким, как ты, любовь не доступна.
— Ошибаешься! Знаешь, сколько раз я проклинал твою душу, которая скребется во мне зубодробительной совестью, делает меня слабым и человечным, сводит с ума сновидениями, в которых я не могу даже прикоснуться к тебе. То, что я украл у тебя, сделало меня сильнее. Но это лишь видимость. Людские чувства рвут меня на части, и я не знаю, как все исправить.
— Даже если и так, — ведьма отстранилась, кутаясь в плед, будто ей было очень холодно. — Чего ты ждешь от меня? Ты вытравил всю нежность и любовь к тебе, когда воткнул кинжал в мою грудь. И мне тоже было очень больно. А теперь поздно что-то исправлять.
Взяв свою одежду, Кьяра вышла в общий холл. В такое раннее утро он пустовал. Собственный кабинет встретил ведьму гробовой тишиной и морозным холодом. Накануне вечером она забыла закрыть окно.
Одевалась девушка на автомате, пустым взглядом буравя стену. Стужа в помещении порождала дрожь по всему телу, вторя внутреннему состоянию потерянности. А еще она чувствовала боль. Прямо под сердцем. И была уверена, что это отголосок чужих эмоций. Ему тоже было плохо.
Проверив контур, что препятствовал уйти из Комитета, ведьма вдруг обнаружила, что он снят. Не теряя ни секунды, она надела верхнюю одежду и направилась к выходу. Но проходя мимо кабинета демона, остановилась и замерла, затаив дыхание. Нужно было всего лишь открыть дверь и сделать шаг. Шаг ему на встречу. И он ждал ее, чувствовал ее присутствие, надеялся, что она вернется.
В памяти всплыли слова призрака из сновидения: «Тебе лишь нужно забыть про страх и простить». Но она не смогла. Испугалась возможных последствий.
Горло сдавил спазм, и девушка бросилась прочь. Не разбирая дороги, она добежала до лифтовой площадки и нажала кнопку вызова. Ее качало от нахлынувшего разочарования. А потом будто платину прорвало. Из глаз ручьем хлынули слезы.
Она не могла успокоиться. Всхлипы рвались наружу, разносясь по пустому помещению. Девушка ладонью пыталась зажать рот, но это не помогало. Она не помнила, когда в последний раз так рыдала. Взахлеб, не имея возможности сдержаться. Было ощущение, что из нее вырываются все разрушительные эмоции, накопившиеся за время одиночества и пустоты. И это был нескончаемый поток, болезненными толчками опустошающий душу.
Где же этот чертов лифт?!
Размазывая слезы по лицу, Кьяра со злостью ударила ладонью по кнопке. Внезапно двери кабины открылись, и ведьма чуть не сбила с ног попытавшегося выйти Марка.
— Эй, потише, — мужчина перехватил ее за плечи. Но увидев покрасневшее заплаканное лицо, растерялся и добавил. — Кьяра, ну прости нас за эту глупую шутку. Мы не думали…
— Ваша тупая шутка тут совершенно не причем, — перебила мага девушка.
— Тогда почему ты плачешь?
— Слушай, не надо строить из себя психолога и лезть мне в душу, — ведьма вытерла остатки слез. — Лучше отойди и дай мне пройти.
Мужчина, сбитый с толку, посторонился. А ведьма вошла в лифт.
Когда двери кабины закрылись, она закрыла лицо руками, пытаясь привести мысли в порядок.
Как некстати появился этот Марк! Видать торопился спасти друга от голубоглазой стервы!
Домой она шла пешком. Быстро. Практически бежала, стараясь максимально разорвать дистанцию между собой и демоном. Еще спящий город был темным и пустым. Снег скрипел под ногами. А неровное дыхание ведьмы вырывалось рваными облачками морозного пара. Кьяра думала, что, если будет далеко от высшего, связь между ними ослабнет, и она перестанет ощущать гнетущие чувства. К сожалению, оказалось, что расстояние никак не влияет на силу Каэра. И когда девушка пришла домой, то уже не знала, куда деться от навеянных эмоций.
Все утро и последующий день ведьма пыталась хоть как-то отвлечься. Однако ни рутина домашних дел, ни медитация не давали успокоения. К вечеру у нее не осталось сил даже на то, чтобы просто поесть. Поэтому она быстро приняла душ и рухнула в кровать.
На душе было невыносимо хреново. Ей так хотелось поскорее заснуть, чтобы ненадолго скрыться от бушующей внутри бури. Но сон, как назло, не шел. Она лежала под одеялом, сжавшись в комок, и сминала пальцами простыню. То, что с ней сейчас происходило, было похоже на противостояние отколовшегося куска айсберга палящему солнцу. Она, словно мрачная и холодная глыба, как могла, сопротивлялась эмоциональному напору демона, от которого вся горела. Воздвигнутые ею стены прогибались от его давления, но пока держали. Пока…
 
Ближе к середине ночи она все же заснула. Провалилась в колючую темноту, которая пыталась просачиваться в ее рот, уши и нос, вызывая скользкий страх. Но даже там девушка ощущала присутствие демона. И, что было странно, во сне он пытался защитить ее, обволакивал теплом, порождал в ней слабый отклик невероятно хрупкого доверия.
— Если ты не можешь быть с ним в мире живых, он будет мой в обители мертвых. Скоро. — Шепнул тихий голос.
Кьяра стала озираться, пытаясь отыскать его источник.
— Кто ты?
Внезапно из мглы проступил силуэт, и ведьма узнала девушку, что недавно приходила к ней во сне.
— Зачем ты убиваешь его? Он любит тебя! — Призрак стал меркнуть. — Я бы все отдала, чтобы быть на твоем месте.
В этот момент Кьяру словно что-то вытолкнуло на поверхность из глубокой пучины. Вся мокрая от холодного пота, ведьма резко села, пытаясь сдержать дрожь.
В спальне было темно, и лишь из большого окна через тонкий тюль занавески просачивался лунный свет.
Чуть придя в себя, девушка вдруг поняла, что внутри нее пусто и тихо. Эмоциональная буря схлынула, и Кьяра больше не ощущала демона. Но осознание этого почему-то не давало успокоения. Наоборот, в голову начинали просачиваться скользкие пугающие мысли, пока не имеющие законченной формы, но несущие страшный посыл грядущего.
— Он будет мой в обители мертвых… — Возникшие в памяти слова ударили под дых. И только сейчас неожиданно наступило прозрение: ей неимоверно сложно отпустить прошлое и простить его, снова начать ему доверять, но она больше не желает ему смерти.
Ведьма тут же соскочила с кровати, накинула на голые плечи тонкую кофту, а потом остановилась посреди комнаты, прислушиваясь к себе.
Глухо, как в огромной пустой бочке. И только собственное сожаление и грусть бьются внутри.
— Элир… — Как же давно она не называла его по имени! Даже в мыслях. Потому что страшно поднимать из глубин памяти то, что провоцирует боль.
Девушка почти не надеялась, но неожиданно от демона пришел отклик. Настолько тихий и слабый, что Кьяра в первые мгновения засомневалась, не показалось ли ей. А потом она вдруг поняла, что он где-то рядом.
Полагаясь на интуицию, девушка открыла балконную дверь и шагнула через порог. Босые ноги по щиколотку увязли в плотном снегу. Ветер плюнул в лицо морозными жалами, а холод вгрызся в незащищенную кожу.
Вокруг была широкая заснеженная крыша смежного жилого корпуса, прилегающего к ее дому. Когда Кьяра покупала здесь квартиру, пришлось немало доплатить, чтобы вместо обычного балкона, у нее была индивидуальная терраса. Выход сюда был только у нее. И ей нравилось проводить здесь свободное время в одиночестве.
Практически сразу она заметила сидящую неподалеку фигуру, прислонившуюся к кирпичному ограждению крыши. Демон был неподвижен, волосы припорошены снегом, а глаза плотно закрыты.
— Элир… — Девушка подошла и потрясла его за плечо, но высший не отозвался. Его тело на ощупь оказалось ледяным. И Кьяра, ощутив жгучий укол страха, опустилась на колени прямо в снег, касаясь пальцами замершего лица мужчины и смахивая иней с заиндевелых бровей и скул. — Решил показательно сдохнуть именно под моими окнами, да?! Демоны ведь такие мстительные?! — Затащив высшего в квартиру и опрокинув его на кровать, девушка сняла с него обувь и верхнюю одежду, а затем прижалась ухом к холодной груди. Сердце мужчины билось, но очень тихо и слабо. — Давай! Приходи в себя! — Кьяра взяла в руки безвольную ладонь демона и выдохнула в нее горячий воздух, одновременно пытаясь растереть замерзшую кожу.