Выстрелы с той стороны (СИ)
Пират взял предложенную фляжку, глотнул, зажмурился, помотал головой — и отдал фляжку обратно монаху. Индеанка удивленно вскинула брови.
— Тебе, — хрипло выдохнул пират, — не надо. И ты вообще уже… скелет виден.
И они воспоследовали.
Наевшись, Влада довольно быстро заскучала. Так уж вышло, что в этой компании все друг друга знали хотя бы опосредованно — Ди был знаком с толстой тёткой в костюме Дамы Червей, тётка — с парнем, одетым в арабский бурнус, парень — с Сашей и Лидой, и с этим "отцом Туком", и с блондином, который, избавившись от тыквы на голове, принялся уничтожать карпа так, словно это его личный враг, и с девочкой-"зомби", которая появлялась время от времени, склёвывала какую-нибудь вкусность и снова исчезала. Поэтому когда Лида, блондин и монах чуть ли не в один голос предложили пойти потанцевать, посмотреть фокусы и попеть караоке, Влада согласилась. К её удивлению, танцевать не захотел Ди, сказавшись слишком трезвым. Раньше он всегда был не прочь, и в трезвом, и в пьяном виде — а тут… Хотя пил он меньше, чем обычно. Кажется. Или не кажется.
Когда группа прикрытия вывалилась из комнаты, Дама вздохнула, меланхолически поправила салфетку…
— И голову им долой. То есть объявляю заседание открытым.
— Голову, — поправил Ди, глядя в сторону двери, за которой исчез Цумэ, — он как раз надел.
— Ему без маски в этих краях лучше не появляться, — проговорил Эней. — Ну, все знают, кто мы, что мы и зачем мы здесь. И кто хотел отказаться, тот бы просто не приехал. Так что на повестке ночи у нас: утверждение устава, состава штаба и ближайших целей Свободной Луны.
— Я не совсем понимаю, почему Луны, — сказал Ди. — Это по форме.
— Потому что схему мы свистнули из романа Роберта Хайнлайна "Луна жёстко стелет". А ещё потому что "отомстим мы сассанахам в час, когда луна взойдет", — Винтер засмеялся. — Это песня. Я её потом спою.
— Так, с названием разобрались, — кивнул Ди. — Теперь о целях.
— Конечная — убрать варков навсегда, — Эней подцепил последнюю колбаску на вилку. — Промежуточная — взять регион, и при этом иметь в рукаве такой козырь, чтобы они не смогли нас купить задаром, как нью-йоркеров или греков. Нам нужно что-нибудь такое, что подействует на варков и только на варков.
Он замолчал и посмотрел в лицо Ди. Ди за словом в карман не полез:
— Почему вы считаете, что это вообще можно сделать? Работы с тканями варков велись. Даже материалы есть. Был проект распространить иммунитет от орора на всех — и поначалу его поддерживали. Отказались только когда поняли, что безнадежно. Если владелец образца жив — ткани регенерируют. Если мертв — мгновенно разлагаются, — пират приговорил третий кнедлик на протяжении одной фразы. Понятно, на чем они сошлись с Алекто.
Эней кивнул.
— А теперь я вам скажу, что показал встречный забег. Ткани вампира изменены не естественным, а сверхъестественным образом. Проще говоря, вампир заключил договор с демоном, который латает его раны, используя неизвестные нам пока ресурсы организма. Необходимость в потреблении крови — причем непременно со смертельным для жертвы исходом — это потребность демона в человеческих жертвах. Демона можно изгнать — и тогда вампир исцеляется. Кое-какие способности сохраняются, и один… один врач считает, что это вообще-то человеческие потенции, которые демон просто будит.
Ди не повел и бровью.
— Ткани есть?
— Ткани есть.
Эней сказал бы, что и носитель есть — но Алекто категорически потребовала этого не делать. Пока. Потому что страх пополам с желанием разобрать на кусочки и посмотреть, как работает — плохие советчики.
— Послушайте, — сказал Саша Винтер. — Вы что, серьезно это? Демоны и тут же — ткани? Андрей, что с тобой случилось? Что за… мистика?
— И обскурантизм, — кивнула Алекто. — Что тут поделаешь, поневоле приходится решать, кому верить: своим бесстыжим глазам или любимой жене. Мои бесстыжие глаза отчётливо видели вещи, которые невозможно упаковать в стандартную школьную программу. И, по-моему, совершенно не важно, как эти вещи называть.
— Какие именно?
— Живого данпила, способного сражаться с вампиром на равных. Теплокровного, чьи раны затягиваются буквально на глазах. Андрей — а у меня нет оснований не верить ему — утверждает, что вампира сделал данпилом христианский обряд экзорцизма. Да хоть эльфийские чары — если это работает, почему бы не использовать.
— Не так уж хорошо работает, раз Ирландия пока данпилами не кишит, — заметил Ди.
— Дополнительным условием, — Алекто откусила щедро поперченную свинину, запила пивом, — несколько я поняла, являются желание экзорцируемого и того непредсказуемого участника процесса, который представляется как Сущий.
Пират глотнул из бокала, с недоумением обнаружил там шампанское, выплеснул его прямо в ведерко со льдом и налил себе красного.
— Что симбионт существо диффузное, мы и раньше предполагали. Что он как минимум квазиразумен — тоже. И даже идея, что гемоглобинзависимость носит психосоматический характер — во всяком случае, в большей мере, чем физиологический — имеет довольно широкое хождение. Наш начальник здравохраны — он старший, естественно — просто в этом убежден.
— Он, скорее всего, врет вам, — сказал Андрей. — Или недоговаривает. Варк такого возраста не может не знать, что почем. Но в целом, Саша, я все, о чём говорю, видел своими глазами. И как происходит экзорцизм, и что с вампиром становится потом, и как на человека действует Причастие… и как на варка действует присутствие причастившегося человека.
— Мне понадобятся отчёты, — сказал пират. — И ткани. От живых варков. И от живых исцелившихся. И… И почему их всё ещё не вышвырнули из Ирландии, скажите на милость?
— Потому что на людей это не действует. А с конвоями ходят в основном люди, — объяснил Андрей. — А ткани — пожалуйста. Вот они.
Дверь открылась, подружка-зомби, улыбаясь в буквальном смысле слова от уха до уха — грим — внесла контейнер для хранения биоматериала и поставила перед Ди на стол.
— Кровь, мышечная ткань, кожа, слизистая. В ассортименте, — сказала она, и по голосу Ди понял, что это, собственно, "он". — Если нужно ещё, будет ещё.
— Их у вас так много — или ткани сохранили способность к регенерации?
— Сохранили, — кивнул Андрей. — Но если потребуются образцы от других носителей, их можно достать.
— Пойди туда, не знаю куда… — пробормотал пират.
— It's our duty[3], — театрально откозырял мальчик. Эней жестом отпустил его.
— Мне нужно будет получить образцы от других носителей, — твердо сказал пират. — И как минимум от одного из них — получать регулярно, раз в месяц хотя бы. Чтобы отследить динамику. Но это только — если здесь не пустышка.
— Что вы имеете в виду?
— Даже если вы не ошиблись, может оказаться, что на данном уровне технологий нам попросту нечем бить. Мы, например, точно знаем, что такое орор. А сделать мало-мальски приличную вакцину…
— Но вы сделали, — Эней почти прошептал это, и внутри у Ди что-то екнуло то того, с какой надеждой произнесены были слова. — Вы это сделали. Вы, Алексей Сиверцев, сделали вакцину, которая держит дольше швейцарской.
Алекто фыркнула.
— Мы, — жестко продолжил пират, — сделать окончательную, пожизненную вакцину от орора не можем и сможем не скоро. Слишком изменчивость высокая. Так что даже если мы разберемся, что там к чему, это ещё не значит, что мы получим оружие. И это — в случае, если вы не ошибаетесь.
— Но пытаться вы будете? — спросил Эней.
— Пытаться будем. Но нужна альтернатива.
— Альтернативой займется боевая.
— Боевая это кто? И чем конкретно она станет заниматься?
— Боевая — это я и мои люди, — Эней спокойно выдержал его взгляд. — И заниматься мы будем в первую очередь безопасностью организации. Как внешней — СБ, высокие господа, — так и внутренней, — вместо объяснения он легонько постучал костяшками пальцев по столу. — Террор свернем — кроме случаев крайней необходимости для "Луны". Будет маленькая зондеркоманда — лично под моим началом, вне общей структуры. Отряд численностью максимум в десять человек для решения насущных оперативных задач. Например, отлова для вашей лаборатории живых вампиров. В уставе прописано, что и как, вы его прочтете сейчас. Боевая — это вообще номер пятый. Номер первый — подготовить гражданскую базу.