Я, сорняк и особняк (СИ)

Я направилась в коридор, пожимая плечами. Потом спустилась по лестнице. «Здрасьте!», — вежливо и хором поздоровались плинтуса. «Голыми руками!», — слышался звон старой люстры. «Задушила!», — эхом скрипел старинный шкаф. «Разорвала пасть!», — охал сундук, пока я шла мимо.
Внизу никого не было!
— Ма-а-акс! — позвала я, выглядывая на кухню из пустой столовой. — Ма-а-акс! Ты где?
Но дворецкий не отвечал. Еще бы! После такого рассказал нужно просить политическое убежище в другой стране!
Я прошлась по первому этажу, заглядывая в каждую комнату. Никого!
«А потом она склонилась на трупом и… Да она чудовище!», — послышался шепот в одной из комнат. Я повернула старинную ручку и приоткрыла дверь. На полу лежало чье-то тело. Далекое от степени узнаваемости и опознаваемости. Над ним сидела такая тварь, что у меня по попе побежал холодок.
— Здравствуйте, как здоровье? Как дела? — пропищала тварь голоском игрушки на батарейках. — Угощайтесь!
Мне пододвинули лапой труп.
— Спасибо, не буду, — ответила я. А потом посмотрела на окровавленные обои. — Я в лесу наелась!
Последнее я добавила очень зловещим голосом.
От моего взгляда не укрылось то, как нервно вздрогнула тварь. Она оскалилась в вежливой улыбке. Я закрыла двери. Неужели теперь весь дом обсуждает то, как я медведя пополам разрывала?
Я обошла все комнаты, открывая двери перстнем. При соприкосновении с каждой дверью он светился какой-то магией. В каждой комнате со мной вежливо здоровались. Так вежливо, словно первоклашки с учительницей.
Я, если честно, уже передумала убивать Макса. Теперь могу без страха заходить в любую комнату! Кончились времена, когда я пряталась по углам и ползала по стеночкам! Теперь меня все бояться.
Осмотревшись по сторонам, я поднесла перстень к губам и поцеловала. Я — хозяйка этого дома. Неужели это правда?
Я поднялась на второй этаж открывая все двери. За одной дверью слышался нервный кашель. Это подавился какой-то монстр, терзающий другого монстра. Поменьше.
— Отлично! Просто чудесно! Но где Макс? — напряглась я, осматриваясь по сторонам. Осталось только крыло Адама. Я направилась к нему. Дверь была приоткрыта. Оттуда слышались голоса:
— Милый, я тебя никогда не брошу! — слышался голос феи. — Плесень с ним, с тем проклятием! Пусть все будет так, как есть! Мне больше ничего не надо!
— Я безумно люблю тебя! И никогда ни на кого не променяю, — пылко уверял Адам. — Я прямо сейчас пойду к ней и скажу ей все, что думаю! Я сделал свой выбор! Пусть он был сложным, но я выбрал. И выбрал тебя, Роза! Пусть этот выбор разобьет ей сердце. Но я готов к этому! Мы будем вместе навсегда! И ничто в мире не разлучит нас!
Кроме внезапно открывшейся двери. Я открыла двери, видя, как Адам и фея слиплись вместе. Адам обнимал фею. Та трепетно прильнула к нему, положив голову ему на грудь.
— Макса не видели? — спросила я, видя, как Адам поджал челюсть, бегая глазами.
— Это не то, что ты подумала! — дернулся Адам. — Марго, подожди!
Я понимала, что теперь мне хочется в туалет. И шла по направлению к заветной двери. Ускоряя шаг с каждой секундой!
— Марго! Я прошу тебя! Выслушай! Не убегай! — послышался голос Адама. Он догонял меня. — Остановись, я прошу тебя!
Какое остановись?!! О чем он?!! Я уже не могу остановиться. Есть ситуации, когда промедление смерти подобно! Я в голове перебирала, что пила и ела ближайшее время. Видимо, вчерашнее зелье Макса дает о себе знать. Правда с запозданием. Но других подозрений у меня нет!
— Марго! — Адам попытался загородить мне дорогу к заветной цели. — Это не то, что ты подумала! Не обижайся!
— Да я не обижаюсь, — процедила я, пытаясь отогнать чудовище от себя и наконец-то дойти до туалета!
— Нет. Ты обиделась! По глазам вижу! В них столько страданий! — послышался голос чудовища.
— Отстань, — отмахнулась я, делая несколько шагов к заветному финишу.
— Не отстану! Ты понимаешь, она… она околдовала меня! — страстно шептал Адам. — Она же фея!
Магия! Ты понимаешь! Я ничего не мог поделать! Это все ее чары!
 
Я припустила бежать по коридору. Дверь была совсем близко.
Я дернула ее, но Адам придержал ее лапой.
— Я действительно не хотел причинить тебе столько боли, сколько вижу в твоих глазах! — произнесло чудовище очень проникновенным голосом. Я снова дернула дверь.
Но лапа продолжала держать ее.
— Давай ты сейчас успокоишься. Мы сядем где-нибудь. И все обговорим! — мне улыбнулись клыкастой улыбкой. — Просто посидим! Попьем чаю! И все обсудим!
— Открой дверь! — рявкнула я, чувствуя, что вот-вот моя репутация будет слегка подмочена. Я мысленно вспомнила народного целителя от дьявола. Что ему икнулось при поносе!
Адам убрал лапу, чем я и воспользовалась, открывая двери.
— Марго! Я понимаю! Я понимаю, что ты чувствуешь сейчас! Но и ты пойми меня! Знаю, что я мерзавец! Что разбиваю тебе сердце! — слышалось позади меня, когда в влетала в совмещенный санузел. И закрывала двери на мощный засов.
— Не надо, Марго! Давай без драм! — слышался голос чудовища, а я отдернула шторку. На полу, обвивая унитаз лежал Мокряк. Я невольно вздрогнула, видя его ужасный вид. И вспомнила, как убегала от него по всему дому!
Что за день-то сегодня такой! Мне что? Обратно?!!
— Ой, простите, — послышался голос. — Я сейчас отползу! Не смущайтесь, присаживайтесь! Я даже смотреть не буду! Обещаю! Вы что хотите? Ванну или туалет? Просто скажите. И я переползу.
Мокряк отполз, отставляя на старинной плитке влажный след.
— Считайте, что меня нет, — произнес он, пока я проверяла унитаз. Фу! Он весь в какой-то слизи!
Пока я вытирала его шторой, в дверь отчаянно ломился Адам.
— Просто открой дверь. И мы поговорим! Ты все не так поняла! Марго! — слышался его голос. Засов скрипел и дергался под натиском.
Наконец-то я добралась до цели.
— Я могу побыть ковриком, если вам так угодно! — послышался голос мокряка. Я опустила глаза, глядя на свои сведенные колени. И выдохнула.
— Марго! Давай ты не будешь плакать! Только не плач, Марго! — стучалось в дверь настоящее чудовище. — Знаешь, у сердца две половинки. И одна из них любит ее. А вторая тебя!
Я смотрела в потолок, слыша глухие удары.
— Не убивайся так, — голос Адама стал тише.
Я молчала, занимаясь своими делами.
— Почему ты молчишь! Ну скажи мне хоть слово! — голос чудовища стал встревоженным. — Не молчи! Я выбью дверь! И мы с тобой поговорим!
— Отстань! — процедила я, понимая, что готова убить чудовище своими руками. А на его могилка посадить фею! Да хоть клумбу из фей! Лишь бы он оставил меня в покое еще минут на пять.
— Понимаю, что ты не хочешь выходить, потому что рыдаешь, — продолжал Адам. — Но я готов исправиться! Скажи, что мне нужно сделать, чтобы ты мне поверила!
— Отойти от двери, — бросила я, проклиная Макса с его целительной отравой.
Адам отошел. И воцарилась тишина. Я вышла из уборной, слыша, как вежливо со мной прощается мокряк, лежащий в ванне. Он махал мне рукой, покрытой струпьями.
Так, сейчас я иду к этим голубчикам. И мы все решаем! Достали, слов нет!
Я решила вернуться в комнату Адама, дошла до двери, как вдруг услышала шепот. И звук, как будто по полу ползет змея. Дверь была приоткрыта. Я заглянула в щель, обмирая от ужаса. Возле стены стояла перепуганная и бледная фея. Она вжималась в стену, дрожа всем телом. Ее крылья распластались по драным обоям. А она боялась шелохнуться. Что-то, что было в комнате пугало ее до ужаса.
— Ну ш-ш-што, страш-ш-шно? — спросил тихий шипящий голос. А у меня от ужаса волосы дыбом встали.
 
В щель мельнуло огромное кольцо черной змеи. Оно перекатилось, вызывая у меня примерно такие же ощущения, как у феи.
— Я не виновата… Это… это Адам предложил! — икала фея.
— Адам предлож-ж-жил? Отравить меня? — послышался голос. И я увидела, как огромная голова змеи со страшными глазами приближается к фее. Она сжалась, прикрывая лицо руками.