Я, сорняк и особняк (СИ)

— Мы не хотели, — шептала фея. — Извините…
— Я терпел твои ш-ш-шалости, — послышался все тот же жуткий и тихий голос. — Твои попытки сделать мне гадос-с-сть… Но ес-с-сть предел… Вс-с-сему ес-с-сть предел. И с-с-сейчас, когда проклятие поч-ч-чти с-с-спало, я могу с-с-с тобой поговорить…
— Не трогайте меня! Умоляю, — шептала фея, рыдая в три ручья.
Я сама обмерла, глядя на этот ужас. Мое тело словно оцепенело. И я не могла пошевелиться. Только смотреть на огромную змею, которая обвивается вокруг насмерть перепуганной феи.
— С-с-скаж-ж-жи мне, ес-с-сть ли х-х-хоть одна прич-ч-чина, чтобы я ос-с-ставил тебя в ж-ж-живых? Как только проклятие будет с-с-снято, я много ч-ч-чего вс-с-спомню! — послышался голос змеи. Он мурашками пробирался по моей спине.
Змея раскрыла пасть, а я невольно дернулась назад, оступилась и упала.
В щель было видно, как змея поворачивает ко мне голову.
— Х-х-хоть пальцем ее тронеш-ш-шь, я тебя прикончу… — послышался тихий голос.
А змей быстро исчез в темноте. Фея стояла каменной статуей. А я решила убраться отсюда подальше.
Пока я неслась вниз по ступеням, я ударилась во что-то мягкое и звенящее.
— Ой! — икнула я, видя перед собой Макса с подносом. — Хотите чаю? Что-то вы бледная. Не заболели? Одну минутку! Я сейчас схожу за фамильными рецептами!
— Макс, — вцепилась я в дворецкого. У меня в голове не укладывалось, что та огромная и жуткая змея, которую я видела, и есть мой любимый! На снегу, в лесу я видела след от огромной змеи! Я точно уверена!
— Макс! А почему ты не сказал, что старый лорд Орсвиль — змея? — выдохнула я, все еще находясь под впечатлением.
— Он? Змея? — удивился Макс, глядя на меня. — О, нет, юная леди! Он вовсе не змея! А вот его стоюродная сестра была еще той гадюкой!
— Адам! Адам! — слышался крик феи. — Адам! Он меня чуть не убил! Проклятие нельзя снимать! Нельзя! Он убьет меня! Как только снимется проклятие!
— О, юный лорд Адам решил заняться садоводством? Похвально! — улыбнулся Макс, пока я тряслась, осматриваясь по сторонам. Мозгами я понимала, что мне не желают зла. Но ноги предательски прогибались при мысли об огромной и страшной змее.
— Окучивает свой цветочек! — произнес дворецкий. — А вы не могли бы мне помочь? У лорда Адама завтра будет официальное празднование дня рождения! Вы уже выбрали ему подарок?
— Эм…. — промямлила я, идя вслед за Максом. — Ну… как бы…
Говорить о том, что я забыла, было совсем невежливо. Проще сказать, что… Черт! Я даже не знаю, что сказать. Как сказать Максу, что я не собираюсь дарить подарок чудовищу.
— Как бы обойдется, — буркнула я. — Не заслужил!
— О, юная мадемуазель, — послышался голос Макса, идущего впереди. В его голосе был такой укор, что мне стало стыдно. — Как вам не стыдно! У нас принято дарить подарки в семье!
— Ну… как бы я пока присматриваюсь, — соврала я, чтобы не огорчать Макса. — Просто не хотела говорить… А вдруг вы Адаму все расскажете? Сюрприз испортите?
— Я? Расскажу? — Макс остановился. Я едва не натолкнулась на него, не успев затормозить. — Да вы что! Я умею хранить чужие тайны! Кто как не дворецкий семьи Орсвиль умеет хранить семейные секреты! Даже друг от друга. Я помню хранил секрет юного лорда Адама про то, что однажды он до двенадцати лет, простите, писался в кровать! Я же никому не рассказываю? Хотя мог бы бегать по дому и рассказывать всем!
— А! Ну да! Макс умеет хранить тайны! — зашуршали картины. — Про красные штаны и «папа, мне приснился водопад!» ты нам точно не рассказывал!
— И про «папа, это не я!», — зазвенела старая люстра. — Тоже ничего не рассказывал!
— Так, а вы что подарите? — спросила я, глядя на дворецкого.
— Знаете, я лишь частично вхожу в семью Орсвилль, поэтому подарю открытку! — гордо произнес Макс.
— Я каждый год дарю юному лорду открытку. Чтобы он не разучился читать! Я вообще считаю, что лучший подарок — это подарок, сделанный своими руками!
— Пакость, например? — усмехнулась я, присаживаясь в кресло и видя как Макс разливает чай.
 
— Но главное в подарке что? — спросил Макс, давая мне кружку, которую я опасливо понюхала перед тем, как сделать глоток.
— Что? — спросила я, наслаждаясь отличным травяным чаем.
— Ленточка! — заметил Макс.
«Помним, любим, скорбим», — пронеслось у меня в голове. А я вздохнула.
  
Глава двенадцатая
 
То, что у меня нет ни одной идеи по поводу подарка Адаму, меня слегка огорчало.
— Так все-таки, что вы хотите подарить Адаму? — спросил Макс, пока я сидела в раздумьях. — Я, как истинный джентльмен считаю, что дарить подарок нужно исключительно такой, какого нет у именинника!
— Вы точно никому не скажете? — усмехнулась я, понимая, что своими руками умею делать только котлеты.
— Никому! Обещаю! — торжественно произнес дворецкий. И даже наклонился ко мне.
— Я бы с удовольствием подарила Адаму мозги! — ответила я, допивая чай.
— Какой ужас! Но мозги Адаму уже дарил его отец! — ответил Макс. — А повторяться это — моветон, юная леди.
— Тогда открытку сделаю! — вздохнула я, больше толком ничего не умея.
— Великую географическую открытку! — согласился Макс. — Хотя, постойте! Открытку дарю я! Я же сказал вам!
— Я просто забыла, — с сожалением произнесла я, думая еще усердней. Вот бывает такое, что подарок дарить нужно, но так не хочется?
Часы почему-то шли в обратном направлении. Минутная стрелка вертелась обратно, а я сидела в глубокой задумчивости.
— А еще нам нужно успеть украсить дом, приготовить торт со свечками и поздравления! — заметил Макс, глядя на время. — А у нас всего четыре часа! О, как время летит! Вам придется мне помочь, юная леди!
Я вздохнула, понимая, что от чужого дня рождения не отвертеться. Набрав бумаги по кабинетам, я села вырезать гирлянду ржавыми ножницами. Пока что получалось кошмар, но я крепила каждую секцию на нитку.
— Да вы просто мастерица! — похвалил меня Макс, который хлопотал на кухне.
— Макс, а ты почему не женился? — спросила я, глядя на то, как он готовит.
— Я посвятил свою жизнь служению семье Орсвиль! — гордо отозвался Макс, пока я смотрела на хвост гирлянды и понимала, что ее, кажется, жевал бегемот. Причем, делал он это, пока я отворачиваюсь!
Конец гирлянды телепался по полу, пока Макс доставал огромный начищенный до блеска котел. Он рисовал на полу какой-то круг, а я смотрела на дворецкого с легкой степенью недоумения.
— А круг зачем? — спросила я, пока Макс отряхивал руки.
— Как зачем, юная леди! — удивился дворецкий. — В прошлый раз, когда я варил овсянку вам на завтрак, я случайно вызвал демона. Просто перепутал рецепты!
Что? Демона? Неужели? Что же он такое делал, что появился демон? Я посмотрела на круг, потом посмотрела на пол под собой. И …
— Макс, а если ты сейчас случайно призовешь… эм… демона, — осторожно начала я, поглядывая на меры предосторожности. — Я к чему… Может, и подо мной стоит нарисовать защитный круг?
— О, не переживайте! — успокоил Макс. — Вы в безопасности!
Голос Макса меня слегка утешил.
— Так, пыль травы! — слышался зловещий голос дворецкого, колдующего над котлом. Он высыпал содержимое большого мешка в котел. Белое облако, похожее на пыль муки, поднялось над котлом.
— Макс, — опасливо заметила я, забыв про гирлянду. — Я точно в … в безопасности? Нет, я просто на всякий случай интересуюсь. Мало ли!
— Конечно! Я надеюсь, что демон — джентльмен. И вас не тронет! — отозвался дворецкий.
— Песок сладкой смерти! — произнес Макс, ссыпая что-то похожее на сахар. — Десять столовых ложек! Столовых!
 
Дворецкий держал в руках обычную столовую ложку.
— Юная леди, будьте так любезны, принесите из столовой ложку, — заметил Макс, поглядывая в старинную книгу.
— Эм… Так у вас в руках столовая ложка! — заметила я, слегка удивляясь.
— Неправда. Это — кухонная ложка. А нужна именно столовая! Так сказано в книге фамильных рецептов семьи Орсвиль! — обиделся Макс.