Вспомни меня на закате (СИ)

Пару дней у меня ушло на адаптацию. Очень помогло знание английского языка, хотя в Англии был отличающийся акцент от того, к которому я привыкла в университете.
Так все насточертело, что решила, раз уж и начинаю новую жизнь, то пора бы уже отпустить прошлое. А о прошлом больше всего мне напоминали мои длинные пшеничные волосы. С ними я и решила распрощаться в первую очередь. По совету тети Светы пошла к её знакомому стилисту. Надо мной колдовали несколько часов и когда развернули к зеркалу не сразу в девушки в отражение узнала себя. Волосы стали короче и обрели более светлые пряди, мягкой волной касались плеч. Ресницы наращённые, но не выглядели вульгарно, а наоборот подчеркивали природную красоту. Брови стали чуть темнее и обрели красивую форму, которая подходит по моё лицо. В целом внешность стала ухожей и довольно таки милой. Из меня не сделали пацанку или девицу с низким социальным статусом. У стилистов получилось сделать из меня милую девушку.
Расплатившись мы выходим на улицу и решаем прогуляться до кафе, так сказать отметить (ну или выгулять) мой новый образ.
— Как ты себя чувствуешь? — с любопытством спрашивает тетя Света.
— Не знаю. Наверное… по-новому. Чувствую, что стало легче. Это же бред? Не может так взять и отпустить по щелчку пальцев, — и для наглядности поднимаю руку и щелкаю пальцами. Женщина смеется, так искренне и заразительно, что хочется улыбаться.
— Может, дорогая. Для того, чтоб отпустило нужно просто что-то изменить в своей жизни. Ты и изменила. Место и внешность. Это закономерно.
— Я иногда думаю, не совершила ли я ошибку, всё бросив и уехав из страны? Так странно, там вся моя жизнь, университет, подруги, первая любовь. Пусть он и оказался падлецом, но это не отменяет моих чувств.
— Ты права, не отменяет. Любовь вообще удивительная штука и может вытащить даже с того света, — женщина улыбается далеким воспоминаниям и продолжает, — Помни, Катюш, в этой жизни мы чаще жалеем о том, что не сделали, поддавшись трусости, чем о то, что сделали. Жить нужно так, что потом не было горько об упущенных моментах.
— А если страшно?
— Страх-это наша суперсила, ты не знала? — голос Светланы Владиславовны стал загадочным и перешел на громкий шёпот. Было похоже, что она делится супер важным секретом. Взрослый человек, а иногда позволяет себе вести себя как подросток. Мама была такая же, наверное, поэтому сейчас меня так тянет к тете Свете, от обоих веет теплом.
— У тебя есть мечта? — спросила женщина, когда мы уселись за столик и заказали кофе.
— Есть. Давно, но я боюсь.
— Что не получится или что не поймут?
— Наверное, второе.
— Ох, дорогая, запомни одну вещь. Рискнув однажды, можно остаться счастливой на всю жизнь. А вдруг это твое предназначение?
И я задумалась. Столько лет боялась делать то, что хотела и искренне любила, лишь из-за того, что когда-то моё увлечение подняли на смех группа безмозглых и жестоких детей. А ведь после выступления в спектакле никто не начал кидаться помидорами, наоборот, даже аплодировали стоя. Может стоит попробовать исполнить свою мечту?
  
27
 
Время шло, я по немного привыкала к новому месту, людям и своим чувствам. Познакомилась с колледжем и педагогическим составом, записалась в пару кружков.
Однажды гуляя по берегу Темзы в парке Баттерсея увидела группу молодых людей, которые разыгрывали сцену из пьесы. Подойдя ближе не могла оторвать от них взгляд. Игра их захватывала и совсем не была похожа на нашу игру в университетском спектакле. Ребята не играли, а жили этими ролями. Когда сцена закончилась, шустрый парнишка со шляпой пробежался по толпе и собрал деньги, которые активно люди клали в шляпу. Рука самопроизвольно полезла в карман и достала деньги чтоб в следующую секунду кинуть в шляпу. А парень остановился и посмотрел мне прямо в глаза. Темно синие, с коричневыми крапинками, оторваться от них невозможно. Он как гипнотизер приковал к себе мой взгляд, а потом взял мою руку, не ту в которых были деньги, а другую, и по-джентельменски поцеловал в костяшки, чем ввел меня в еще больший ступор. Он исчез в толпе так же быстро, как и появился передо мной, но вот его глаза, стали сниться мне каждую ночь.
 
Весь следующий месяц каждые уикенд я приходила гулять в этот парк и проводила почти весь день в надежде увидеть уличных актеров и снова повстречаться с обладателем темно-синих, как предрассветное небо, глаз. Но мои попытки не увенчались успехом, и я уже хотела опустить руки, как снова его встретила.
Первый день в новом колледже. Выхожу с территории общежития и иду в сторону корпуса, внутри всё трепещет от возбуждения. Что меня ждет в новом месте? Смогу ли я найти друзей?
У секретаря забираю своё расписание и иду в указанный кабинет. Большая аудитория, почти все места заняты. Многие ребята сидят по кучкам, и я прохожу на свободное место на третьем ряду второе место с краю и занимаю его.
Достаю телефон и принимаюсь переписываться с Викой. За всё время, пока я отсутствую на родине, с подругой мы снова начали близко общаться. Я благодарна ей за её упорство и попытки помочь. Она делится новостями из родного города, а я впечатлениями от нового.
Олег перевелся в другой университет, аргументируя тем, что ему разонравился факультет, но я догадываюсь, что из-за моего перевода. Мы с ним тоже продолжаем общаться, и он обещал прилететь ко мне в гости на рождество. А еще в один из разговоров он признался мне в своих чувствах. Представляете? Я была в полной растерянности и не знала, как мне быть. Друг же сказал, что не будет давить и подождет, сколько мне потребуется. Но вот проблема в том, что общего у нас много всего, но чувства, вместе с сердцем, казалось, на веки забрал один паданок, о котором я всё еще часто вспоминаю. Даже периодически захожу к Маргарите на страницу, чтоб посмотреть за развитием их отношений. Мазохистка, не иначе. Однако в последнее время пропали все фотографии с парнем, не было даже намека на то, что у этой девушки есть жених. «Да и черт с ними», — подумала я тогда и переключилась на углубленное изучение английского языка.
Артур все-таки познакомил Вику с родителями и предложил жить вместе. Родители первое время были не довольны его выбором и пытались строить козни, но сейчас уже смирились. Вика кажется по уши влюбилась в своего парня и не собирается отпускать. Я за них рада.
Погрузившись в свои мысли, не замечаю, как в кабинет влетает преподаватель, худощавый мужчина, лет тридцати пяти, в очках, щупленький. Можно сказать, не заметный. При его появление никто не встает с места. Мало того, никто даже не прерывает своих дел, так же продолжают гудеть.
— Всем здравствуйте, меня зовут мистер Зальцман и я буду преподавать у вас Политэкономику. — Говорит он на английском и на удивление голос у него уверенный и громкий. После его слов все замолкают и изучающе смотрят на мистера Зальцмана Он довольно хмыкает и продолжает.
— Тема лекции, — на этом он отвлекается на проем открытой двери из кабинета и кивает, через мгновение в аудиторию входит тренер баскетбольной команды, я его видела, когда записывалась в группу поддержки. Мистер Освальд мужчина молодой, но подтянутый, бывший спортсмен, сам когда-то играл в успешной команде, но после травмы вынужден был уйти. Чем дольше нахожусь в колледже, тем больше удивляюсь, насколько молод педагогический состав, по сравнению с университетом моего городе, там самому молодому преподавателю было не меньше пятидесяти.
— Мистер Зальцман, извини, что прерываю, могу забрать двух ребят?
— Да, конечно.
Мистер Освальд называет фамилии, парни с последней парты, где веселились спортсмены с девушками из группы поддержки, выходят из аудитории, следом выходит тренер. Лекция продолжается, но не долго, через несколько минут в аудиторию развязной походкой вваливается группа из трех парней. Все сразу забывают о том, что только что говорил преподаватель и устремляют свой взор на компанию.