Мир, изменивший драконов (СИ)
Вот только искать целителей для проводника было уже поздно…
Глава 5. Таня
Дабы не попасться на глаза пограничникам и избежать неудобных вопросов, я накинула на себя маскировочный купол и осторожно, стараясь не издавать лишних звуков, перешла границу. Вот так просто взяла — и перешла. Ни тебе охранных заклинаний, ни дозоров, ни смотровых вышек в зоне видимости. Ни-че-го.
Но стоило оказаться за первой линией деревьев, меня окутала магия. Много магии! Я почувствовала ее всем телом, словно танец ветра на соскучившейся по ласке коже. Она накатывала волнами, покалывала и заставляла задыхаться от восторга, наполняя меня и кружа голову. Никогда еще я не встречала таких средоточий магических потоков, где запросто можно захлебнуться, не умея правильно дышать.
Уставшая и разрываемая самыми разными эмоциями, я просто опустилась на колени и позволила Силе этого места свободно течь по моим жилам. Казалось, еще немного — и за спиной вырастут крылья. Я чувствовала, как согревающие нити проникают в каждую клеточку, неся с собой нечто призрачное, но такое необходимое. Такое… родное.
— Это что еще? — ощущение пьянящего счастья сменилось тревогой.
Легкое покалывание превратилось в неприятное ощущение. Я взглянула на себя и ахнула. Кожа начала бледно светиться голубоватым светом, а по венам в такт биению сердца забегали ярко-голубые искорки. Но настоящий испуг случился, когда очередной вдох показался глотком раскаленного воздуха. Я загоралась…
Словно ужаленная, на неслушающихся ногах, тяжело приваливаясь к стволам деревьев, я бросилась на поиски воды, чтобы хоть немного остудить свое тело. Меня больше не интересовал Ар, правило десяти шагов с поправкой и прочие премудрости. Все, что мне требовалось — это выжить.
Я металась от дерева к дереву, прислушиваясь и изо всех сил удерживая заклинание, призванное не дать обнаружить себя. Благо — магическое бессилие мне не грозило. Наоборот, нужно было избавляться от избытков магии, сжигающей меня изнутри. Когда отчаяние показалось беспросветным, до моего слуха донесся еле различимый плеск воды. Вот только в какую сторону бежать — прямо или налево? Разрываемая двояким чувством, я не придумала ничего лучше, чем призвать стихию. Для того, чтобы управлять водой, нужна как минимум сама вода.
— Помоги мне…
Мысленное послание полетело во все стороны и за что-то уцепилось. Словно рыба, ухватившая крючок, стихия потянула мою Силу влево, указывая путь. Спотыкаясь, я помчалась по указателю и уже через пару минут неожиданно выскочила к небольшому лесному озерцу. Однако, войти в него мне не удалось. В глаза словно насыпали песка — остались только контуры предметов в сполохах голубого пламени. Я потянулась к спасительной влаге. Водяная сфера взмыла над поверхностью озера и поплыла к берегу, норовя сорваться. Понимая, что могу не успеть, я сделала то, за что любой маг треснул бы меня по башке чем-нибудь тяжелым и навсегда отобрал право заниматься магией — метнула шар… в себя. Выбирать не приходилось: или сгореть, или утонуть. А так как ощущения от первого мне уже не нравились, пришлось пробовать второе.
Приличная порция ледяной воды вылилась на меня как раз в тот момент, когда я балансировала на грани обморока. Клубы водяного пара с шипением устремились вверх, не оставив на земле и признаков своего присутствия. Зато там осталась живая Таня, которой хватило этого, чтобы добраться до озера и с головой нырнуть в спасительную прохладу.
Окончательно прийти в себя мне удалось только спустя минут пятнадцать. Кожа утратила свое свечение, острота зрения вернулась и даже температура тела по ощущениям пришла в норму. Поплескавшись еще немного в надежде смыть с себя надоедливый запах и следы ночного сражения, я выбралась на берег и удобно устроилась на камне, кое-как приладив на пояс меч Шоха.
Но не прошло и минуты, как ощущение чужого взгляда заставило меня ухватиться за эфес клинка, одновременно готовя призыв воздушной стихии. Приняв самый отстраненный вид, на который только была способна, я поднялась и медленно повернулась в сторону леса, чтобы встретиться взглядом с вайифом.
— Agnosco veteris vestigial flammae… (*Узнаю следы прежнего огня…) — ворвалось в мое сознание. — Ave! (*Здравствуй!)
— Ave (*Здравствуй), — словно зачарованная, пролепетала я и слегка поклонилась, лишь после осознав, что перешла на язык Первых.
Олень громадных размеров тоже склонил голову и замер в ожидании чего-то. Первой не выдержала я.
— Прошу прощения, что вторглась в ваши земли без приглашения. Я пришла не со злом. И уйду, как только пойму «как». Мне надо в Зокрихан, там ард Янгор… он умирает…, - моя речь сделалась сбивчивой и прерывистой, к горлу подступил ком.
Вайиф аккуратно опустился на колени и мотнул рогатой головой, жестом приглашая меня к себе на спину. Я замялась. И не потому, что этот зверь не внушал доверия. Совсем наоборот! Казалось, что рядом с ним — самое безопасное место если не в мире, то в этих лесах уж точно. Моя нерешительность объяснялась, скорее, статусом вайифа, его едва ли не священностью, если это слово вообще применимо для Ал’Ваара. Олень терпеливо ждал, не сводя с меня тяжелого, изучающего взгляда.
— Ну, если ты так настаиваешь! — наконец всплеснула руками я и стала неуклюже карабкаться на могучую спину высокого животного.
Когда мне удалось удобно устроиться и даже немного успокоиться, вайиф не спеша поднялся с земли и двинулся вглубь леса, с каждой минутой ускоряя и без того размашистый шаг. Уже через какое-то время мы неслись между деревьев с такой скоростью, что мне пришлось пригнуться к самой спине и крепко вцепиться в короткую светло-коричневую шерсть, мечтая только об одном: не свалиться. Густые, но светлые леса сменялись темными, темные — светлыми, ручейки соседствовали с полянами, изредка на пути попадались причудливые звери, имен которым я знать не знала, а олень все мчал. Остановились мы лишь за несколько минут до наступления ночи.
— И второй день потерян, — раздосадовано буркнула я, слезая. — Что дальше? Ты мне что-то хотел показать?
Вайиф подошел и ткнулся носом в плечо, заставляя развернуться. В этот момент мир накрыла ночь. Ощущение, что кто-то опустил гигантский рубильник, не покидало меня еще долго, ровно до тех пор, пока глаза не привыкли к темноте. Но и тогда все, что я смогла — это разглядеть стоящего рядом оленя и очертания раскинувшейся перед нами прогалины.
— Ты привез меня сюда переночевать? Здесь безопаснее? — недоверчиво поинтересовалась я, начиная нервничать.
— Audi, vide, sile (*Слушай, смотри и молчи), — раздалось в моей голове.
Внезапно пространство озарил какой-то огонек. Я присмотрелась. Огоньком оказалась маленькая птичка, очень напоминающая колибри. Кончики ее перьев светились все тем же голубоватым светом и все растения, к которым она подлетала, загорались ей в ответ синими, красными, желтыми, но чаще голубыми красками. Колибри перелетала от одного цветка к другому, пока вся поляна не запестрела разноцветными огнями. Вся, кроме центра. Птица сделала несколько кругов, по спирали приближаясь к середине прогалины, и замерла на лету. Огромный цветок вспыхнул красным светом и раскрыл свои лепестки, освещая все вокруг подобно фонарю на высокой ножке.
— …Горисил, — заворожено прошептала я, не веря своим глазам.
— Crede in te ipsum, Драконова Надежда (*Поверь в себя), — не поворачиваясь, сказал вайиф.
— Ты ошибся. Я из расы мирливинов, — почему-то снова соврала я.
Предупреждение Янгора «не верить никому» набатным колоколом звучало во мне всякий раз, когда дело доходило до новых знакомств.
— Ego me non fallo! (*Я не ошибся. Я твердо утверждаю!)
Самым разумным в этой ситуации оказалось промолчать. Оправдания могли завести в еще более неловкое положение, а отрицание не имело смысла. Осторожно, стараясь не наступить на светящиеся растения, я пробралась к заветному цветку.
— Можно? — не повышая голоса, спросила я, точно зная, что олень услышал.