Мир, изменивший драконов (СИ)
Вайиф кивнул головой, задев своими раскидистыми рогами ветви дерева. Ухнула ночная птица. Ей ответила вторая, третья… десятая. Лес наполнился хлопаньем крыльев и тревожным гомоном ночных пернатых. Зверь издал короткий хриплый звук — и все разом смолкло, словно исполняя приказ своего владыки.
Удивленная, я вновь повернулась к горисилу и попыталась сорвать лепесток, прекрасно помня каждое слово, рассказанное мне Тьешем об этом уникальном, крайне редком растении. Однако, даже не успев прикоснуться к цветку, я вскрикнула и отдернула руку. Он обжигал!
— И как?! — голос дрожал от досады и крайней степени нервного напряжения.
Я чувствовала себя, словно в музее, где смотреть можно, а трогать — ни-ни! Но мне нужен был этот цветок! И я отчаянно расхаживала взад-вперед, пытаясь придумать, как добыть чудодейственные лепестки, так необходимые Яну.
— Прошу! Помоги! — наконец взмолилась я, обращаясь к вайифу.
Зверь, доселе гордо стоявший и наблюдавший за мной, двинулся в мою сторону. Под его копытами из трав вырывались снопы желтых искр, уносящихся в непроглядное ночное небо легким ветерком.
— Similis simili gaudet (*Подобное радуется подобному), — тихо, словно великую тайну, поведал олень и обошел меня по дуге.
— Почти помог, — моя дерзость взяла верх. — Загадок-то мне еще не хвата… Стоп! Подобное… Я внимательно взглянула на цветок, затем на свои руки. Щелчок — и огненная стихия пришла на помощь, заплясав на ладони алым, как лепестки горисила, пламенем. Магический огонь не обжигал призвавшего — в этом и было его отличие от обычного. Усилие воли — и огонь потек по пальцам, облачая руку в подобие полыхающей перчатки. Осторожно, дабы не причинить цветку вред, я коснулась венчика. Ничего. Ухватилась… Потянула… Меж пальцев остался обычный красный, ничем не примечательный и даже не горящий лепесток. Один из семи.
— Так и должно быть? — я испуганно уставилась на вайифа.
Олень мотнул рогатой головой в знак согласия.
— Фух, — вздох облегчения поглотила ночь, даже не дав ему закружиться в танце с ветром.
Уже сделав пару шагов прочь, я вдруг остановилась и задумалась: а если не поможет и нужно будет еще? Так в моем кармане оказалось сразу три частички горисила, способного, если верить ал’ваарцам, избавлять от любой хвори и излечивать любые раны.
— Спасибо, — я в нерешительности подошла к зверю и, помявшись, крепко обняла его.
Олень насторожился, но остался стоять на месте, позволяя мне мою слабость. Через пару мгновений напряжение в его мышцах исчезло, уступив место доверию и пониманию.
Тишину нарушило урчание моего живота. Громкое и требовательное. Все-таки вторые сутки без пищи давали о себе знать. Горстка ягод взамен самоподжарившейся рыбы не в счет! И что делать голодной девушке ночью в неизвестном лесу? Точно не охотиться за едой.
— Я не знаю, что вы, вайифы, делаете по ночам, но мы, люди, спим, — деловым ноткам в моем голосе позавидовал бы любой начальник. — Если ты не против, я прилягу, — уже мягче добавила я, ощутив укол совести.
Зверь молча опустился на мягкую траву, вытянул шею и доверчиво закрыл глаза. Не теряя ни минуты, я устроилась рядом, положив голову ему на бок, и вскоре почувствовала, как проваливаюсь в сон, согреваемая теплом его тела. Но, невзирая на кажущуюся безопасность, руку с эфеса меча убирать все же не стала. Равно как и заклятие щита.
Почему-то тот факт, что олень меня прекрасно видел не вызывал вопросов. Зверь-то волшебный! Почему бы и «да»? И неважно, что заклинание одно для всех…
Эх, Таня!
* * *
— Вы когда-нибудь видели нечто подобное? — донесся до моего слуха чей-то шепот.
Сон как рукой сняло. Я враз вскочила на ноги, изрядно напугав вайифа. На окраине прогалины стояли алны, вооруженные луками и мечами. Я ощутила легкий тычок в спину и немного успокоилась. Олень не чувствовал угрозы. На лицах мужчин угадывалось удивление вперемежку с любопытством. Ни один из них не поднял оружия, что уже было хорошим началом знакомства.
— Назови свое имя, великая, с кем прекрасный и могущественный вайиф разделил ночлег.
— Вы уже его назвали.
— Вот как?
— Татьяна Великая. Можно просто Таня.
— Откуда ты и как оказалась ночью посреди лесов Айльгорда?
— Я держу путь в Зорррх. Этот добрый вайиф мне помогает, — ловко ушла от ответа. — Могу я узнать ваше имя?
Высокий блондин в кольчуге, поверх которой красовалась зеленая накидка с гербом в виде головы все того же вайифа, что-то коротко скомандовал и отряд из четырех человек двинулся в нашу сторону.
— Мое имя Иргэд, — отрапортовал мужчина, подходя.
— И вы главный?
— Да, начальник дозорной стражи. Мы видели, как ты пересекла границу, но в какой-то момент потеряли.
— Как видели? Я же шла под щитом.
— В граничной полосе ни одно заклинание не действует. Неужели тебя этому не научили в магической школе? — брови Иргэда поползли навстречу друг другу.
— Наверно, я болела, когда мы проходили эту тему, — пришлось выкручиваться по-терровски.
— Ты не из нашей расы, — неожиданно прищурился начальник стражи. — Кто ты такая?
— Полукровка, — вырвалось даже быстрее, чем я успела подумать.
Вайиф шумно вздохнул, но я решила сделать вид, что не поняла его недовольства.
— Вот как? Но такие союзы…
— Невозможны, да. Всю жизнь это слышу, — я наигранно закатила глаза. — Однако, я перед вами и я не-мирливин с белыми волосами и не-алн с голубыми глазами.
— С этим трудно поспорить, — сдался, наконец, Иргэд и приветливо улыбнулся. — Если бы не вайиф, я бы принял тебя за разведчика и непременно доставил бы к арду Йалайну. Но это животное не помогает тем, у кого мысли темны, а планы коварны.
— Мне бы долара, и не вы, не ард вообще бы не услышали моего имени.
— Доларов в Асмэйне нет. Тоже болела, когда проходили эту тему?
— Весьма болезненный ребенок, — я развела руками, кося под дурочку.
— Ладно. Ты явно из магов. Мы сопроводим тебя в ПОМША. А там уж договоришься со «своими», как тебе побыстрее попасть в Зорррх.
— Спасибо!
— Вайифу скажи спасибо! Увидеть его в лесах — та еще удача. Но чтобы спать рядом…
— И тебе спасибо! — я повернулась к оленю и склонила голову в знак признательности и уважения.
Зверь коснулся мокрым холодным носом моего лба:
— Tanatum potes, quod credis, Таня (*Ты можешь все, во что веришь).
Только сейчас краем глаза я заметила, что от горисила не осталось и следа, а на его месте в густой траве смутно угадывалась спираль зеленого стебля, надежно спрятавшая под собой ярко-красный цветок. Не удивительно, что найти его считалось огромной удачей, а добыть лепесток, не владея магией Огня — вообще фантастикой.
— Спасибо за все! — одной рукой я погладила морду вайифа, а другой — едва заметно дотронулась до кармана с заветной добычей.
Олень склонил голову почти до самой земли, еще раз заглянул мне в глаза, а потом развернулся и неторопливо зашагал к дальней кромке прогалины, обернувшись всего раз.
— Vale (*Прощай).
Я хотела ответить. Очень хотела. Но не стала, дабы не смущать алнов своим знанием языков и не тревожить лишний раз леса Асмэйна речью Первых.
— Что ж… Ведите меня, куда вы там хотели. Далеко?
— Пара дней.
— Не смертельно, — я тут же прикусила язык, поняв масштабы. В голове появился образ Яна, лежащего на постели в окровавленных бинтах и изо всех сил цепляющегося за жизнь. — А быстрее возможно?
— Если только на ньофе. Но оседлать его…
— Справимся! Страшный зверь? — и четко уловив поднимающуюся волну возмущения и удивления, тут же добавила: — Не болела. Память плохая.
Иргэд снял с пояса небольшой рог, смочил подушечку пальца в воде и медленно повел по краю. Полилась музыка. Или свист. Или зов… В ответ издалека донеслось шуршание и какая-то возня. Звук рога нарастал, становясь все ярче и громче, пока в какой-то момент не распался, словно треснувшее стекло, на сотни осколков, разносясь по лесу едва уловимым эхом. Справа раздался хруст ломаемых ветвей, и на поляну кубарем выкатилось забавное четырехглазое ушастое существо с длинной фиолетовой шерстью и двумя бирюзовыми полосками вдоль спины. Завидев людей, ньоф быстро, словно ящерица, рванул вперед в надежде то ли облизать нас своим длинным красным языком, то ли надкусить мелкими острыми зубками.