Земляника для короля (СИ)

— Ты, наверное, заметила, что мы с Овидом надели осканит, — виновато произнес Кряжек.
— Заметила.
— Это не потому, что я хочу что-то скрыть. Просто здесь король.
Я усмехнулась, помня вчерашний разговор с дедом. Кряжеку это не поможет. Но выдавать секрет не стала.
— Ненавижу осканит, — озвучила я то, что чувствовала. Прозвучало как будто — ненавижу тебя.
Кряжек сглотнул, встал с кресла, прошелся по комнате, затем остановился напротив нас и начал рассказ:
— Дело в том, что в нашей семье, то есть в семье Роляини уже три поколения не рождаются девочки. Это все из-за нашей пра пра бабушки. Она была дочкой одного придворного из Лавты. Я не знаю в курсе ты или нет, но в Лавте девочки рождаются редко.
— Я в курсе. Овид дал мне из библиотеки «Историю Лавты», чтобы я заранее готовилась к карьере Лавтийки.
Кряжек поджал губы. Я увидела, что Овиду стало неловко, вот пусть мучаются.
— Мой пра пра дед женился на чистокровной Лавтийке, — продолжил Кряжек. — Взамен семья Роляини отдала пять старших дочерей замуж за придворных этой страны. Все это было сделано потому, что в нашей семье, то есть семье Роляини постоянно рождались девочки и пра пра пра дед решил изменить расклад.
— Получилось?
— Получилось. С тех пор у всех Роляини рождаются только мальчики и проблем с наследованием больше не встает. Но когда, твой дедушка был молодым, богиня пообещала ему, что однажды в семье Роляини родится цесса, которая станет королевой Архона.
Овид дернулся, нахмурился и внимательно стал присматриваться к Кряжеку.
— Ты в курсе, что мне богиня обещала только то, что я стану невестой короля. А вот цесса Ренейт утверждает, что богиня выбрала ее королевой.
Овид погрузился в свои мысли, Кряжек подошел к своему Креслу, сел обратно, задумался.
— Странно, я не помню точных формулировок, но почему-то у меня ощущение, что богиня при нашем разговоре о Кэтти, когда она только родилась, сказала, что именно она станет… Нет, я точно не помню.
Все замолчали, вспоминая или обдумывая то, что услышали.
— Тебе нужно сходить к богине, — сказал Кряжек прямо, посмотрев мне в глаза.
Я разозлилась еще больше. Он что-то напридумывал, а я расхлебывай!
— Мне сходить к богине?! — возмутилась я. — Вообще-то, это тебе она что-то пообещала. Или не пообещала? А мне четко было сказано, что я стану невестой и все. Так что к богине нужно идти тебе.
Кряжек нахмурился. А я продолжила:
— А еще мне очень интересно знать: почему в деревне все молчали и боялись раскрыть глаза мне на правду?
Я ждала ответа. Кряжек вздохнув, дал мне его:
— Буквально за пару дней перед твоим приходом богиня говорила с Калием. Он собрал всю деревню и сообщил жителям волю создательницы. Она предостерегала рассказывать тебе правду.
— А узнать конкретно, что сказала богиня Калию мы не можем? 
— Только в общих чертах. Но ты можешь передать ему вопрос ментально, так будет быстрее.
Предложение конечно интересное. Только боюсь, что ответ будет: я точно не помню, но мне показалось... Поэтому, отвергла предложение Кряжека. Высказав ему все обиды, я решила просветить его насчет своих планов. Заодно и Овид послушает.
— Вчера генерал Роляини предложил мне свою поддержку. Он хочет представлять меня на отборе. Мне нужно определиться с выбором, а выбор, как понимаешь у меня либо пан, либо пропал. Либо я иду прямым курсом к трону, либо готовлюсь войти в королевскую верхушку Лавты. У меня на раздумья два дня. После, мы будем выстраивать тактику и продумывать стратегию.
— Ты уже решила, что семья Роляини будет представлять тебя? Кэтти, ты многого не знаешь, — покачав головой сообщил мне Кряжек.
— И чья это вина?
Кряжек снова встал и начал ходить по гостиной. Затем остановился и начал:
— Мой отец…
Я перебила его, так как не хотела слушать что-то плохое о тех людях, которые поддержали меня тогда, когда мне было очень плохо.
— У меня нет причин не доверять деду, а не доверять тебе причины есть. Не трать мое и свое время даром. Сколько лет прошло после того, как ты поменял фамилию? Не тяжело тебе нести эту ношу? Тебе нравится, когда я обижаюсь на тебя и не желаю слушать твои объяснения?
 
Кряжек замер, не пытаясь оправдаться. А я не собиралась его жалеть, пусть побудет в шкуре своего отца.
— Пора вам поговорить и все выяснить. А затем и простить друг друга, — уже не так громко продолжила я. Потому, что сама была очень обижена на Кряжека.
Кряжек встрепенулся. Весь скукожился и сказал:
— Ты не понимаешь, он отказался от меня, не поверил. 
— А ты прекрасно его наказал, лишив семью деда единственной внучки. Вы оба молодцы.
Кряжек выпрямил плечи, прошел в кресло, сел. Затем закрыл лицо руками.
— Я не смогу, — сказал он все в том же положении.
— Тогда тебе нужно уезжать обратно, потому что через два дня мои интересы будет представлять генерал.
Кряжек отнял от лица руки и пристально посмотрел на меня. Овид отстраненно молчал, как будто нас вообще не слушал. Затем отец разорвал тишину.
— Это твое условие?
— Это мое условие.
— Хорошо. Я поговорю с отцом, но не обещаю, что это не закончится ссорой.
— Я, думаю, вам придется найти точки соприкосновения, потому что я не намерена терять ни тебя, ни деда.
Нет, я его не простила. Просто знала, что обида — плохой советчик. А ближе родных, у меня никого нет и не будет. Поэтому нужно учиться принимать друг друга, хотя внутри у меня было сплошное непонимание. Как так можно мучить человека? Ради чего?
Кряжек и Овид, практически сразу после разговора удалились. Кроме этого день мой был непримечательным. Ничего особенного в нем не было.
Два дня, которые я взяла себе для раздумий прошли в тесном общении с Кряжеком и Овидом. Они продолжали перед обедом навещать блудную дочь. Я предпочитала общаться с ними на улице в парке. Мы обычно устанавливали купол вокруг своей компании и, как правило, во время наших прогулок никто нас не тревожил.
Я рассказала, что получила поддержку губерний Сотри и Интарии, отец сказал, что моя родная губерния Сноркаская тоже меня поддержит. Я раскрыла наши планы с дедом, про Дальневосточную губернию и обещание деда. Овид мрачнел все сильнее и сильнее. В конце концов, он сказал:
— Ну, хорошо, ты станешь королевой, а что ты принесешь Архону? У тебя есть программа? Или ты планируешь сесть на трон, кушать вкусные пирожные и просто наслаждаться жизнью? Быть королевой — это работа.
Овид вообще меня не знает. И даже вникать не хочет в то, что я могу сделать. Обидно. Но обида плохой советчик. Нужно перетянуть его на свою сторону. Отодвинув поднявшуюся во мне злость прочь, я спросила:
— Как вы думаете, почему активировалась моя метка? От того, что я просто мечтала, как украшу королевский двор своим присутствием?
Мы остановились и сверкая глазами уставились друг на друга. 
— В любом случае, Кэтти, пора что-то делать, — вмешался Кряжек. — Может, пригласим детей благородных господ? Хотя они и так учатся дома. Ну, или простых детей? И ты откроешь для них школу.
— Нет, образование для детей, отложим до лучших времен, — ответила я, отвернувшись от злого Овида. — У меня есть одна идея, но для ее реализации нужно пригласить в столицу двух моих подруг, бывших цесс.
Овид и Кряжек удивленно переглянулись.
— Где ты их откапала? — поинтересовался отец.
— Богиня свела.
В этот же день моим подругам и соратницам были отправлены письма — приглашения в команду цессы Екатерины, для участия в отборе. Чтобы реализовать мои планы, требовалось объединить наши знания.
Обеды, как всегда, проходили в присутствии советников. В эти два дня все шло своим чередом. Сен Дарго не сводил глаз с Ренейт, она же воспринимала как должное его внимание и, похоже, не замечала, что советник неровно к ней дышит.
Сен Овид стал более учтивым. Теперь он не бросал меня в одиночестве. Аканэ постоянно вопросительно смотрела на Овида. Но однажды увидев, что я заметила ее задумчивые взгляды, смущенно отвернулась. И поглядывала на нас исподтишка.