Непокорный трофей (СИ)

— Жду не дождусь, — недовольно проворчала.
Илай ухмыльнулся и вышел из комнаты. Как только звук его шагов стих, я поднялась с кровати и подошла к двери. Тихонько приоткрыла ее, но, увидев стражников, тут же захлопнула.
Даже если ко мне приставлена охрана, это еще не значит, что нельзя передвигаться по дома. Я же не пленница в его дома… наверное.
Я стала рассматривать комнату в поисках хоть какой-нибудь одежды.
Настойчивый стук в дверь заставил обернуться.
— Войдите.
В комнату вошла горничная — миловидная девушка моего возраста. Я видела ее пару раз, когда она приносила еду. Но поближе у меня не было возможности ее рассмотреть.
— Лорд Лотрейн распорядился, чтобы я помогла вам собраться, госпожа. К сожалению, ваши вещи после ранения не удалось восстановить. Поэтому хозяин велел купить вам новый наряд.
Девушка кивнула на стопку в ее руках.
— Я не буду это надевать. У меня есть своя одежда.
— Но лорд распорядился, — растерялась девушка.
— Я буду носить только свои вещи. Пошлите за ними ко мне домой, — встала я в позу.
Образ взбалмошной барышни был мне чужд, но я не могла упустить такую возможность.
На лице служанки была написана растерянность. Заставить меня одеться она не могла, но и не выполнить распоряжение хозяина сулило ей проблемы. Мне же нужно было получить хоть какую-нибудь весточку от дочки.
Потому я продолжила напирать:
— Лорд Лотрейн сказал, что вернется через час. Он планировал выйти со мной на прогулку. Как вы думаете, он сильно обрадуется, если я пойду по улице в одной ночной сорочке?
— Хорошо. Я распоряжусь, чтобы посыльный забрал ваши вещи, — сдалась горничная и вышла из комнаты.
А я внутренне ликовала. Надеюсь, у Эммы получится передать небольшую записку от дочери.
Несколько раз я ловила себя на мысли, что стоило бы рассказать Илаю о Хлое. Но, вспоминая ночь маскарада, я каждый раз откладывала этот разговор. Илай заботлив и внимателен, но его настоящие намерения для меня тайна. Сначала он говорил, что я его истинная пара, а потом делал ужасные вещи, чтобы насолить Эзре. Он ненадежный, я в нем запуталась. Открыть тайну Хлои значило поставить и ее под удар. Не хотела, чтобы мой ребенок стал орудием для манипуляции оборотней.
Я прохаживалась по комнате в ожидании посыльного. Волновалась, чтобы Илай не вернулся раньше. Скорее всего, мне достанется от него за эту вольность, но желание узнать новости о Хлое было сильнее страха перед наказанием.
Через четверть часа в дверь снова постучали, и на пороге появилась горничная с двумя большими сумками.
— Вам передали, госпожа. Давайте я помогу вам их разобрать?
— Нет. Я сама. Не люблю, когда трогают мои вещи, — продолжила изображать из себя избалованную глупышку. Благо простоватая девушка не догадывалась об этом. Я взяла из рук служанки сумки. — Я позову, когда мне понадобиться помощь. Пока ты свободна.
— Как скажете, госпожа, — произнесла служанка, умело скрывая неприязнь.
Оставшись в комнате одна, я водворила на постель сумки и стала судорожно рыться. Одежда была аккуратно сложена, но в процессе поисков я разбрасывала все вокруг. На счету была каждая секунда. В любой момент мог вернуться Илай.
Но, кроме одежды, в сумках ничего не было. Когда я уже отчаялась, случайно нащупала уплотнение в корсете одного из платьев. Вывернув его наизнанку, не смогла сдержать вопль радости — внутри булавками было приколото письмо.
Вскрыла конверт и жадно пробежалась взглядом по строчкам. Хотя я ожидала послание от няни Хлои, письмо было написано рукой Эзры.
«Моя дорогая Бэтани, я делаю все, чтобы вырвать тебя из лап узурпатора. Пусть я в заточение, но неравнодушные люди помогают бороться с несправедливостью, которая постигла наши отношения. Я верну тебя, чего бы мне этого ни стоило! И мы снова заживем как полноценная семья.
А пока вспоминай тепло, что было между нами. Береги в памяти минуты нашего счастья. Как я оберегаю твое наследие.
 
Илай хочет разрушить все, что тебе дорого. Не доверяй ему! Не позволяй обвести себя вокруг пальца. Только наша семья для тебя надежное пристанище.
Очень скоро наши злоключения прекратятся, и мы будем счастливы, как прежде.
Твой любимый Эзра».
Меня покоробил тон послания, но сквозь флер романтических речей я увидела то, что хотела — Эзра хочет, чтобы я помалкивала, и тогда он сохранит «мое наследие» — Хлою. Я еще раз прочла письмо в попытке найти упоминание о моем ребенке, но ничего, кроме скрытых намеков и раздутых слов любви, в нем не было.
— Решила навести порядок? — как гром среди ясного неба раздался голос Илая.
Я вздрогнула и спрятала письмо за спину. Волколак стоял у двери, рассматривая бардак, который я устроила. Паника сдавливала горло, но я держала себя в руках и не выказывала свои эмоции. Илай хищной походкой подошел ко мне, рассматривая разбросанную одежду.
— Не могла определиться, что надеть.
Он оказался совсем рядом.
— Для этого ты приказала слугам привести весь твой гардероб ко мне домой?
— Именно так, — произнесла с самым наивным выражением лица.
— Значит, письмо, что ты держишь за спиной, это не любовная записка от Эзры?
В один миг на моем лице пронеслась вся гамма эмоций, что бушевала в душе. Я быстро взяла себя в руки, но момент паники не ускользнул от цепкого взгляда Илая.
— Это список одежды, чтобы я не запуталась.
— Письмо, — он протянул мне раскрытую ладонь.
— Тебе будет неинтересно. Записки моей горничной…
— Покажи. Мне. Письмо, — отчеканил каждое слово тоном, не терпящим пререканий.
Моя рука сама потянулась выполнить его распоряжение. Впервые я почувствовала на себе власть альфы клана, когда вопреки своим желаниям выполняешь чужую волю.
Волколак выхватил письмо из моих рук и прочел его. У меня затряслись поджилки, когда он скомкал бумагу и обжег меня испепеляющим взглядом.
— Хорошая записка от горничной, — сказал ядовито.
— Мне запрещено вести переписку, нельзя пользоваться своими вещами, а у входа в комнату стоит охрана. Я пленница?
— Это необходимо для твоего блага.
— Будь честен, Илай. Ты уже давно делаешь все только для своего блага. Тебе выгодно, чтобы я здесь находилась. Будь я обычной женщиной с улицы, которая случайно загородила тебя от пули, я бы уже давно лежала в земле! Возможно, ты бы выплатил моей семье компенсацию, но ни о каком обращении в волколака не могло быть и речи. Все это ради соперничества с Эзрой.
— Эзра здесь не при чем. Я делаю это ради тебя. Ради нас, черт возьми! Все эти два года я оплакивал твою смерть. Когда ты жила в свое удовольствие под боком у моего врага и даже не вспоминала обо мне!
— Это произошло потому, что я даже себя не помнила! — выкрикнула в ответ. — Если я не ошибаюсь, на маскараде ты сказал, что я не девушка из твоего прошлого. И какое ты имеешь право предъявлять претензии постороннему человеку? У тебя есть невеста, разве она не утешала тебя в горе? Ты, кажется, собрался жениться.
— Собирался. Но потом встретил тебя и отменил свадьбу. Поставил под угрозу свое положение и статус. Иду ради тебя против всех. И что я получаю в благодарность? Ты пишешь любовные записочки моему двоюродному брату. Вот что я заслужил за свою любовь?!
В комнате повисла гнетущая тишина. Новость о расторгнутой помолвке шокировала не меньше, чем признание в любви. После его все выглядело совершенно иначе. Я выдержала паузу, чтобы взять себя в руки, и произнесла спокойным тоном:
— Я не просила отказываться от свадьбы ради меня. Как и не просила меня любить.
— Уже поздно… Было бы намного проще, если бы мы могли выбирать кого любить.
Я не выдержала его печального взгляда и отвела свой. По комнате были разбросаны мои вещи.
— Надо навести здесь порядок, — отошла от него и подняла с пола платье.