Железная поступь дракона (СИ)
Ох, чего-то мне плоховато… Трансформировавшись обратно в эльфа, я устало сел, прислонившись спиной к подножию лестницы. Было тихо. Ни одной твари, кроме тех, что густо усеивали своими телами коридоры и широкую площадку перед лестницей, я не видел. Оставшиеся без управляющей силы немёртвые умерли повторно. Учитель вместе с всё ещё хромающим Нарви подошли и сели на ступеньки рядом со мной.
— Вот, выпей, — протянул мне пузырёк мастер. — Последний остался.
Я благодарно кивнул и влил содержимое склянки в рот. В желудке мягко взорвалась бомба, почему-то со вкусом ментола, по венам как-будто пробежал жидкий огонь. Сразу стало гораздо легче. Я потёр грудь, куда пришёлся удар костяного дракона. Рёбра вроде целы. Уже хорошо.
— Что это всё было? — глядя на усеивающие пол трупы, спросил я.
— Ничего хорошего… — наставник поднялся и подошёл к тому, что осталось от костяного дракона. — Так я и думал, — учитель поднял большой осколок лобовой кости, оставшийся от черепа. — Вот, сам посмотри.
Я взял протянутый осколок. Ничего особенного, кость и кость.
— Переверни другой стороной.
Я перевернул. Внутренняя поверхность черепа была покрыта какими-то символами. Таких я не видел нигде, ни у эльфов, ни у гномов, да и у других рас тоже. Хотя, я ещё очень многого не знаю. Я вопросительно взглянул на гоблина.
— Язык неведомых, — сказал, как плюнул, наставник. — Этого костяного дракона создали.
***
На нижнем ярусе погибло более тысячи гномов. Плюс те, кто в этот момент работал в шахтах. Трупы собрали и сожгли. Пепел не сможет отрастить клыки, выкопаться из могилы и вцепиться тебе в горло. Простая мера предосторожности. По прошествии трёхдневного траура по погибшим, я с Нарви, учителем, главой моей личной гвардии Орбарагом и Глимом сидели в таверне. Все остальные гвардейцы, кроме Ситаны, тоже были здесь. У неё внезапно оказалось очень много неотложных дел, и она присутствовать не смогла. Я подозрительно посмотрел на гоблина, закономерно подозревая, что это его козни, но он сделал самое честное лицо, на какое только был способен. Всё понятно. Его работа.
— Ваше величество, — гулко откашлявшись в кулак, начал Орбараг. — Я переговорил с парнями, составил график дежурств, все готовы. Только нам бы… — замялся гном, смущённо теребя длинную бороду.
— Что такое, Орбараг? Говори.
— Со снаряжением у нас нелады. Мы ж тогда от орков и умертвий еле вырвались, посечены доспехи изрядно. А новые сковать не успели. Вот и…
— Фелидаэль, записывай, — кивнул я своему секретарю. — Выдать бойцам личной гвардии в количестве двадцати семи гномов снаряжения и амуниции по их выбору. Пусть Морхин растрясёт свои кладовые. Что-то ещё? Оружие нужно?
— Не, это не надо, — пробасил Орбараг. — Каждый гном куёт себе оружие сам, под свою руку. Мы и доспехи себе справим, только это время нужно.
— Боюсь, что времени у нас нет. Нападение можно ждать в любой момент. Боюсь, что костяной дракон — это только начало. Получите доспехи, подгоните их под себя. Со всем остальным придётся подождать.
— Ригвихур! — поднял я руку, привлекая внимание трактирщика. — Оформи парням ещё по кружке пива.
Ригвихур — небольшого росточка, юркий гном кивнул в ответ, споро разливая из бочонка по вместительным кружкам пенный напиток. Хотя, то, что я назвал пивом, им, конечно, вовсе не являлось. Откуда в пещерах солод и хмель? Пиво гномы варили из какого-то особого мха, но, должен сказать, что на вкус оно было куда лучше, чем та моча, которую продавали в пластиковых бутылках в моём бывшем мире.
Дочки трактирщика — молоденькие гномки в белоснежных передничках уже разносили кружки на огромных подносах, привычно уворачиваясь от загребущих рук хирдманов, так и норовящих шлёпнуть разносчиц по мягкому месту.
— Ну, будем, — сказал я свой неизменный тост, подняв кружку.
— Будем! — рявкнули в голос мои гвардейцы, стукнувшись кружками. Кстати, до меня гномы не знали, что такое тост, и обычая чокаться посудой у них не было. Я и тут их заразил. Отхлебнув из кружки свежесваренного пива, я вытер пенные усы и посмотрел на учителя. Гоблин сидел, нахмурившись, и к пиву почти не притронулся.
— Учитель, что-то не так? Мы ведь, вроде, всё предусмотрели. Яйца будут в безопасности.
— Не знаю, — наставник скрестил руки на груди. — Неведомые могут пойти на всё. В верхней пещере я понаставил сигналок, да и твои гвардейцы будут там неотлучно, но эти твари хитры, и я могу чего-то не учесть.
— Не беспокойтесь. Осталось всего несколько дней, я это чувствую. До того момента я буду постоянно находиться в пещере. Ничего не случится. Скоро праздник, отдохните хоть немного.
— Да, наверное, ты прав, и я сам себя накручиваю. Что там с Морхином?
— Да не стал я его трогать. Так, припугнул немного.
— Немного? Да он заикается до сих пор!
— А нечего было из меня дурака делать! Ну, поревел на него немного в драконьем облике, подумаешь… Да и от вас, учитель, я такого не ожидал. Могли бы и рассказать.
— Морхин мой старый друг, я не мог ему отказать, — опустил глаза наставник. — К тому же, ты и так король эльфов. И драконов. Вот он и убедил меня всё оставить, как было тысячу лет.
— Власть он слишком любит, друг ваш, — буркнул я, в очередной раз прикладываясь к кружке.
— Ну, кто без греха… К тому же, Морхин не самый плохой король из всех.
— Вот поэтому я его и оставил. Пока. Хозяйственник он и в самом деле неплохой, а мне сейчас не до управления королевством. Я влил в себя остатки пива и поднялся.
— Парни, в целом я объяснил, по другим вопросам обращайтесь к Орбарагу или Глиму — его заместителю. Не забудьте, что завтра с утра построение в Королевском зале. Всем быть при параде.
— Так, это, твоё величество, — поднялся Глим. — Ты так и не сказал, зачем?
Гномы замолчали и заинтересованно уставились на меня. Им тоже было интересно.
— Вот завтра и узнаете, — подпустил я таинственности. Мой хитрый план по поводу Ситаны выходил на финишную прямую. Теперь главное, чтобы мастер Грумм не отвертелся.
— Должны быть все. Это касается и Ситаны.
— Но она… — начал было наставник, но был прерван на полуслове.
— Это приказ, мастер Груммботт, а приказы не обсуждаются, — отчеканил я. — Должны быть все. Точка.
Мы немного пободались взглядами, и гоблин всё-таки уступил. Фу-х, сработало. В присутствии такого количества гномов учитель не стал оспаривать мои приказы, на что и был расчёт. Будь мы наедине, он мог по старой памяти и за палку схватиться, с него станется.
***
Время прогревать яйца. Я вышел из таверны, расположенной на ярусе торговцев, сказал на прощание Орбарагу, чтобы он послал первую пятёрку в верхнюю пещеру ближе к вечеру, в ночную смену, и привычно обратившись в дракона, взлетел прямиком на королевский ярус. Забежав на минуту к себе и сказав Фелидаэлю, разбиравшему какие-то бумаги, что я в верхней пещере, я поспешил наверх. Фелидаэль оказался просто незаменимым помощником. Как только широкая общественность узнала о моём появлении, меня стали забрасывать просьбами, кляузами, приглашениями, любовными посланиями…
Да, такие тоже были. Одно такое письмо отчаянно покрасневший Фелидаэль принёс мне. Я разрешил ему вскрывать любую корреспонденцию, за исключением писем от официальных лиц, дабы отсеять этот бумажный вал и не зарыться в нём по самую макушку. И до сих пор эльф справлялся. Но здесь растерялся, не зная. что ему делать. Письмо было, э-э-э… весьма и весьма фривольного содержания. Ну, для гномов с эльфами фривольного. Современному человеку, прошедшего через видеосалоны восьмидесятых, чернуху и порнуху девяностых и всемирную паутину двухтысячных, читать завуалированные намёки некой дамы, написанные красивыми завитушками было просто смешно. Я поржал, и сказал Фелидаэлю, чтобы такие опусы выкидывал в мусорное ведро сразу же.
Добравшись до входа в пещеру и кивнув четвёрке стражей в глухом доспехе и вооружённой копьями с широкими листовидными наконечниками, я на цыпочках пробрался внутрь. Вон они, яйца… Лежат на месте, всё в порядке. Рядом никого. А вот это непорядок. Нахмурившись, и уже заподозрив неладное, я, осторожно пригнувшись, двинулся вдоль неровной стены пещеры. Эй, что за… Меня приподняло в воздухе и пришпилило к стене. Знакомое заклинание, подобным меня, помнится, мастер Груммботт пеленал. В следующее мгновение в пещеру ворвался гномий отряд быстрого реагирования с оружием наперевес. Я выпустил немного огня и освободился.