Гранд-адмирал. Том первый (СИ)
— Эскадрилья «Ятаган» сообщает, что у них осталось всего шесть бомбардировщиков, — сообщил мне лейтенант Тшель, приблизившись ко мне. — «Нейтронная звезда» получила пробоины в кормовой части, двигатели разбиты. Торпедная атака лишила их щитов. Крейсер-заградитель ведёт по нему огонь, подавляя артиллерию. Корабли Язуо Вейна потеряли два фрахтовика…
— Пусть обеспечат отход капитану Томаксу Брену и его пилотам, — распорядился я. Терять последние шесть бомбардировщиков ой как не хотелось.
Противник имел подавляющее количество МЛА в самом начале сражения. Суммарно, если верить сканерам «Химеры» против нас выставлено было более пяти сотен истребителей. Всё, что мы могли им противопоставить — это семьдесят два истребителя, перехватчика и одну эскадрилью TIE-бомбардировщиков с «Химеры» по тридцать шесть истребителей на каждом из трёх «Интердикторов» и «ударах», по две эскадрильи на борту каждой из двух «Побед». На «тартанах» авиакрыло не предусмотрено. Итого — три сотни бортов против практически вдвое большего количества разнообразных МЛА, в том числе и оборудованных дефлекторными щитами. И мы несли потери. Уже на данный момент утрачено более ста машин — преимущественно TIE-истребители. Но при этом и уничтожили в два с половиной раза больше кораблей противника. Что, на самом-то деле, учитывая не самую высокую квалификацию пилотов, да полную нежизнеспособность истребителей под огнём противника — весьма впечатляющий показатель. Перехватчики в значительной мере более способны к противостоянию с превосходящими силами противника. Что недвусмысленно намекает на то, что следует заняться не только расширением парка крупных кораблей, но и над обновлением авиакрыла. Что ж, будем надеяться на то, что на Лианне нам продадут столь необходимый орбитальный завод и хотя бы некоторые из его производственных линий можно будет переделать для производства именно перехватчиков. Приобретать уже готовые и нужные линии производства — слишком дорого. Как и покупать одни лишь перехватчики.
— Малый вперёд. — распорядился я. Пеллеон, передав приказ рулевым, вновь переключился на командование сражением.
Что ж, я не рассчитывал на то, что в заготовленную ловушку попадётся настолько большой флот. И с таким огромным количеством МЛА.
Мы уже потеряли один «Удар» и один «Тартан», не говоря о кораблях Язуо Вейна. Противник лишился поддержки «Нейтронной звезды», две «каракки» обращены в металлолом, как и один из двух МС30. Множественные потери среди вооружённых фрахтовиков. И всё же мы на грани поражения.
«Венатор», следующий в кильватере «Аккламатора II», сообразив, что выдвижение «Химеры» вперёд означает, что в случае продолжения его манёвра, он подставит под наши орудия правого борта свою корму, которую мы мгновенно превратим в руины и обездвижим его едва ли не в центре сражения, принялся разворачиваться вправо. Ему не хватало пространства для манёвра, и он не мог ориентироваться на наш корабль носом, чтобы вести анфиладный огонь из всех башен. Мы принуждали его к сражению борт о борт. И его капитан был вовсе не глуп, понимая, что из этой дуэли победителем ему не выйти.
Выдвижение кораблей сопровождения — двух фрегатов типа DP20 и последнего МС30 в верхнем эшелоне над «Венатором» должно было заставить нас распределить ведение огня между этими кораблями. Потому как терпеть ракеты от кореллианских кораблей — то ещё удовольствие.
— «Крестоносец» сообщает, что у него упали щиты до пятнадцати процентов и подошли к концу протонные торпеды, — сообщил Пеллеон. — Все три CR90 сопровождения «Искателя приключений» уничтожены. Капитан И-Гор докладывает о множественных повреждениях на всех палубах. Разбита треть артиллерии.
Но не это самое печальное — группа фрахтовиков, в которых легко опознать визуально звездолёты Тэлона Каррде — атаковала наш последний «Удар». Корабль, получив три протонные торпеды и две кумулятивные ракеты практически мгновенно утратил мобильность и медленно, описывая циркуляцию так, чтобы бить вдогонку противнику из артиллерии неповреждённого борта, выходил из боя, опасно сближаясь развороченным правым бортом к «Искателю приключений». Наседающих на него истребителей противника отгоняла оставшаяся авиация и захлёбывающийся «тартан». Который и сам-то не в отличном состоянии.
И всё же, корабль Бустера Террика держал удар и, словно зверь, почуявший кровь, бил из последней оставшейся целой башни правого борта по «Удару», приближая его конец.
— Приказ «Крестоносцу», — произнёс я. — Выйти на линию стрельбы «Искателя приключений» и вступить в перестрелку, прикрывая отход «удара» и «тартана». Сообщите на атакуемый фрахтовиками крейсер-заградитель: «Деактивировать генераторы, маневрировать, отражать нападение фрахтовиков. Выпустить их в гиперпространство, после чего поддержать «Крестоносец» огнём и развернуть поле искусственной гравитации по прежнему вектору».
В то, что фрахтовики могли уничтожить пусть и вполовину ослабленный по сравнению со стандартным «имперским» «Интердиктор» я не верил. У него практически те же характеристики, что и у его прототипа и удар он способен держать. Однако, повреждение этого корабля будет практически невосполнимой утратой — и Каррде это понимает, а потому атакует его. Сейчас у него осталось всего пара кораблей. Следовательно, он пытается вырваться из огненного мешка и уйти. Возможно он и не верил в то, что отправляясь сюда ему и его людям придётся сражаться с Империей и оказался здесь по стечению обстоятельств. Но урон для своей организации за вмешательство в дела Империи он получил. Значит, в будущем стоит ждать от него ответных шагов.
— «Часовой» сообщает о повреждениях в носовых отсеках, — доложил Тшель. — «Аккламатор» обстрелял его протонными торпедами.
— Прикажите вести заградительный огонь, — распорядился я.
Меж тем, неспешное движение «Химеры» вперёд выводило нас на нужную позицию. Сейчас мы вышли на контркурсы с «Венатором» и наши турболазеры буквально сдирали с него обшивку — благодаря предыдущим обстрелам дефлекторы практически ничего и себя не представляли. Орудия левого борта вели огонь по левой раковине «Искателя приключений», вынуждая его перевести огонь с «Крестоносца» на нас, тем самым облегчая задачу капитану И-Гору в борьбе с МЛА противника и обрушению щита корабля Террика.
Башни левого борта оставшегося за кормой «Часового» получили приказ вести огонь по МС30, который выходил на дистанцию открытия огня по нам из своих пусковых установок кластерных боеприпасов. Учитывая, что они разработаны для борьбы с авиацией, маловероятно, что мы можем получить серьёзные повреждения, и всё же я отдаю приказ перевести огонь башен правого борта на корабль мон-каламарианской постройки. Но глаза молотят подобравшиеся к нам DP20. С одним из них завязал перестрелку наш корвет, проворно выскочивший из-под брюха разрушителя, а вот второй…
— Пункт управления притягивающими лучами, — обратился я к одному из офицерах в яме. Молодой имперец посмотрел на меня с некоторым скепсисом. — Поймайте своими установками вторую кореллианскую канонерку. У нас нет времени охотиться за ней, подстраиваясь под их манёвры!
И словно в насмешку, подлый пиратский кораблик всадил в обшивку «Химеры» две ракеты. Кинетические снаряды поднырнули под дефлекторный щит и размозжили обшивку, двойным ударом расколов бронеплиту. Словно гигантский пылесос, вакуум вырвал из внутренностей корабля нескольких членов экипажа, воздух и изуродованные силой взрыва куски интерьера и оборудования.
Для прицельного выстрела этому кораблю потребовалось ненамного сбросить скорость… И этого мгновения хватило на то, чтобы контролируемые К’баотом операторы притягивающих лучей захватили кораблик невидимыми силками и прервали его движение.
— Артиллерия! Вывести его из строя ионными пушками! — приказал я. Мы и так потеряли два звездолёта, а ещё два надолго уйдут в ремонт. Трофеи нам не помешают.
Быстрый взгляд на тактический монитор показал мне, что противник в настоящий момент использует оставшиеся у него лёгкие корабли для нанесения ударов с близкой дистанции — видя количество потерь, Леония Тавира предпринимала меры к тому, чтобы побыстрее разобраться с двумя из трёх сдерживающих её «Интердикторов». Потому как третий отключил свои генераторы, получив несколько пробоин в корпусе.