Гранд-адмирал. Том первый (СИ)
— Лестный отзыв, — заметил Траун, посмотрев на него. — Ваша группа показывает превосходные результаты на любом задании, куда бы я вас не направил. Впечатляет. Особенно, если учесть тот факт, что Убикторат старался отдать под моё командование наихудшие свои кадры, дабы связать меня по рукам и ногам.
Моло промолчал. Не потому что не знал что ответить — прекрасно знал. Но не слышал вопроса. А служба в Имперской разведке предопределяет держать рот на замке до тех пор, пока тебе не будет задан конкретный вопрос. Снежная Королева старательно вбивала в своих подчинённых эту прописную истину. Очень усердно, не стесняясь в средствах. Поговаривали, что её излюбленный алый мундир на самом деле был белым. А потом на него попала кровь тех, кто был ей недоволен. И она от них избавилась, забрав в качестве трофеев единственное, без чего не может существовать любой биологический организм.
— Согласно полной копии вашего личного дела, майор, вы и ваше подразделение провели более двух сотен успешных миссий, — продолжал Траун. Моло даже ухом не повёл. Во-первых, он не считал количество выполненных заданий — никто не хочет вспоминать в подробностях то, что ему приходилось творить под командованием Снежной Королевы. А во-вторых, если Траун владеет копией его личного дела, да и при том — полной — то однозначно должен понимать кто именно производил подчистку данных. — И при всём при этом вы — просто майор, командир оперативного подразделения. В то время как немалое количество ваших сослуживцев выполнив даже четверть из того, что сделали для Империи вы, уже получали повышения и входили в элиту Имперской Разведки. Впрочем, уверен, что, несмотря на исчезновение данных о них, ваши однокашники всё еще живы, не так ли?
— Точно так, сэр, — произнёс Моло.
— Они служат в Убикторате?
— Насколько мне известно, сэр.
— И вас нисколько не прельщает возможность получить повышение и занять место в руководстве Имперской Разведки? — будничным тоном поинтересовался Траун. Так, словно спрашивал не о том, о чём грезят все выпускники имперских военных академий — сидеть в кабинетах и максимум, что делать, так это стилусом по экранам деки водить, получая в качестве зарплаты оклад целого подразделения оперативников.
Моло едва ли сдержал улыбку.
— Нет, сэр.
— Причина?
— Не люблю штабную работу, сэр.
— Эта нелюбовь у вас появилась до или после встречи с Императором Палпатином? — поинтересовался Траун, посмотрев на один из мониторов.
Химрон почувствовал, что ему даже не надо стараться сдерживать улыбку. Мышцы на лице словно одеревенели.
Судьбоносную встречу с главой государства, которая перевернула мир молодого курсанта Имперской Академии на Кариде, он прекрасно помнил. И отдавал себе отчёт, что большую часть своей жизни он прожил именно так, как ему мимолетом посоветовал человек в чёрной рясе, впечатляющий своим величием и властью.
— После, сэр, — недрогнувшим голосом произнёс он.
— Интересный ответ, — заметил гранд-адмирал. Не то слово. Хотелось бы ещё знать, откуда тебе об этом известно. Потому как подобная информация была вычищена изо всех архивов — по личному распоряжению Снежной Королевы, как только она оказалась при власти в Имперской Разведке. Так эта волевая и жестокая женщина устраняла всех тех, кто хоть как-то мог найти подход к Императору. Факт личной встречи с правителем Галактической Империи и мимолётно брошенная им фраза о том, что «типичная внешность и дюрасталь в глазах — то, что должно быть у оперативника разведки, а не у флотского офицера» — это достаточный повод, чтобы круто изменить свою жизнь. Никто точно не знал, кто вносит в личные дела разумных, на которых Император Палпатин обращал своё внимание, особые пометки, свидетельствующие о подобном. Но Снежная Королева с упорством маньяка по необъяснимым причинам правила и уничтожала подобные личные дела. А порой и людей, за ними скрытыми. Для какой причины она действовала подобным образом — до сих пор остаётся загадкой. А ведь с момента её смерти прошло не так уж и мало времени. — Сколько времени потребовалось вам и вашим людям, чтобы взять под контроль рубку «Аккламатора»?
— Четыре минуты, сэр, — не потребовалось даже припоминать эту информацию. То, насколько быстро он и его люди при поддержке штурмовиков морской пехоты оказались на борту пиратского корабля и фактически подчинили его своей власти, перебив всю вахту и захватив приборы управления, удивило всех. А ведь насколько предвзято Моло и его отряд относились к идее использования плазменных буров в качестве абордажных кораблей! И вот он, результат, превосходящий любые ожидания…
— Я хочу услышать ваше авторитетное мнение о плюсах и минусах использования этих устройств в качестве абордажных средств, — произнёс гранд-адмирал, лучась любопытством из своих алых глаз.
— Нестандартное средство высадки, сэр, — признался майор Химрон. — Мы двигались очень быстро, испытывали перегрузки, но не критичные. Преодолели дефлекторное поле. Взрезали обшивку так, словно её вообще никогда не существовало. Противник явно не ожидал того, что нам это удастся с такой лёгкостью. Несмотря на свои размеры и конструкцию, плазменные буры легки в пилотировании, маневрённы и обладают высокой скоростью движения. За время транспортировки в средства высадки не попало ни одного выстрела противника, а они вели по нам заградительный огонь. Системы жизнеобеспечения работали на пределе своих возможностей, но из-за короткого времени полёта мы не испытали особых проблем.
— Да, эти аппараты рассчитаны на использование всего двумя-тремя разумными, — заметил гранд-адмирал. — Мы же поместили внутрь целый оперативный отряд. Удаление систем жизнеобеспечения и инерциального гашения позволит разместить больше солдат внутри?
— Конечно, сэр, — произнёс Химрон. — Но тогда они все погибнут. Наш бросок из трюма «Химеры» до надстройки «Аккламатора» занял чуть больше двух минут. Мы были одеты в обычное снаряжение и за время полёта едва не замерзли и не задохнулись. Если убрать системы жизнеобеспечения оттуда, то придётся одевать десантников в тяжёлую броню, предназначенную для космических абордажей. А значит, из-за увеличения размеров каждого десантника, внутри поместится крайне малое количество бойцов.
— Советуете оставить аппараты такими, какие они есть сейчас? — уточнил Траун.
— Эти механизмы хороши, — признал Химрон. — Но мы действовали против пиратов — необученной, плохо вооружённой толпы. Если нам придётся столкнуться с профессиональными военными, то количества высаженных десантников будет недостаточно для захвата корабля. После того, как мы перебьём или возьмём в плен экипаж мостика, за нами придут профессиональные противоабордажники. Без тяжёлого вооружения с ними невозможно будет справиться. А так как отстыковка на плазменных бурах не предусмотрена, то десант обречён либо сражаться до последнего, в надежде на подкрепление, либо погибнуть.
— В том случае, если экипаж корабля, который вы будете брать на абордаж с помощью плазменных буров будет минимален — какие прогнозы нашего успеха вы даёте? — уточнил Траун.
— Насколько минимален, сэр? — уточнил Моло.
— Не будет ни пехотных подразделений, ни противоабордажных, вахта максимально упрощена, — быстро произнёс Траун. — Речь идет о линейных кораблях, майор.
Химрон призадумался. Анализировать риски он умел и любил — это часть работы, от которой зависит успех любой миссии. В конце концов — опережающее мышление определяет способности разумного существа предвидеть последствия своих действий.
— Мы использовали пять плазменных буров для высадки внутри надстройки, — произнёс он. — Ещё пять направили для захвата машинного зала и реакторного отсека. Итого, пятьдесят человек за две минуты взяли под контроль центр управления кораблём и обеспечили возможность его передвижения под нашим контролем, но нас недостаточно для того, чтобы маневрировать или сражаться с противником. Снижение количества профессиональных военных на корабле можно принять за аналогичную величину большего количества менее квалифицированных пиратов, следовательно сопротивление будет примерно равным. Если вопрос времени захвата не столь важен, то я бы рекомендовал уменьшить количество десантных ботов пропорционально защищённости и размерам корабля — или же, наоборот, увеличив их. Однако, должен заметить, что для управления линейным кораблем потребуются профильные специалисты. Мою люди в состоянии использовать техническое оборудование большего количества кораблей — знакомы с ними по долгу службы. Но сэр, если мы говорим об угоне кораблей под выстрелами врага, да ещё и с частью экипажей на борту — потребуется включить флотских специалистов в состав десантно-штурмовых групп. Что, в свою очередь снизит количество оперативников в первой волне десанта. А следовательно, мне кажется правильнее будет использовать для захвата линейных кораблей непосредственно десантные челноки — один такой в состоянии перевезти за раз десантную партию сразу нескольких плазменных буров. Или наши абордажные боты…