Гуль. Харизма +20. Том 1 (СИ)

— Великий Дракон ведёт нас! — дребезжала старуха.
— Вперёд!
— К победе!
— А ну слушайте меня!!!
Если подумать, то как я продержался так долго в настоящей жизни? Что у меня было кроме привычки перечить, унаследованной от родителей и их же упрямства? Пожалуй, что только харизма. В наш век, когда законы гуманизма вбиваются в граждан с младенчества, нельзя подчинять людей насилием, — только убеждением. И я всегда умел переубеждать, склонять на свою сторону. Это часть моей личности, фрагмент моей психоматрицы, который они не смогли отнять и который являлся моей отмычкой. Рано или поздно я открою им все замки и вернусь обратно, а пока что максимальное Убеждение, так, чтобы оно вибрировало в глотке, груди, черепе и всех остальных костях.
— Ты, Крысиный Король и ты, верховный шаман Гна-Гна, оторвите задницы от высоких сидушек, приблизьтесь!
Максимум Убеждения, пусть они на семь уровней выше меня, но мой параметр Харизмы изначально завышен и всё это время продолжал развиваться.
— Идите, не беспокойтесь, а воины пусть ждут!
Трёхголовый ратлинг и старая кобольдша неуверенно спустились и стали приближаться к середине моста. Вероятно, их паттерны поведения требовали немедленной битвы, но пока что мой лог рапортовал об успешных проверках Харизмы.
— Что это значит? — зашипел крыс.
— В пророчестве такого не было…
— Я призвал вас сюда чтобы объявить о решении проблемы! Выдолжнывступить в династический брак!
— Что?! Я?! С этой старой кошёлкой?!
— Это богохульство… и весьма уродливый облезлый крыс. У него совсем нет мозгов, и это при трёх-то головах!
— Зато у вас-то ума палата! Вы шьёте одежду из собственных линялых кож, нищета паршивая!
— Подумай о своей духовной чистоте, пока я не затолкала этот посох в твою…
— Довольно, — я углубил звучание голоса, — вы забываете о долге. Каждый из вас — правитель своего народа, опора. Вы ответственны, и потому должны приносить жертвы. Быть правителем тяжело, но вы обязаны вести себя правильно. Вышники спускаются сюда, убивают вас, грабят, а вы будто не обращаете внимания! Я призываю — сплотитесь! Вы не обязаны даже смотреть друг на друга лишний раз, но союз будет заключён во имя народа ратлингов и народа кобольдов! Дайте мне ваши руки!
Максимальное Убеждение гудело во мне, гудело в ржавом мосте, гудело в двух больших мобах, заставляя слушаться. Я взял их руки и соединил.
— Отныне вы — один народ!
В голове раздался тонкий звон.
«Внимание! Задание «Канализационные войны» выполнено! Вы получаете 12000 единиц опыта и 200 Драгоценных золотом. Ваша репутация среди ратлингов и кобольдов Улима улучшилась!».
«Внимание! Примите поздравления, вы достигли уровня 14!»
«Внимание! Тиамара пристально наблюдала за вами! Вы избежали ненужного кровопролития среди малых народов, и сохранили множество жизней! Тиамара отметила ваши таланты дипломата! Вы получаете достижение «Миротворец»!»
«Внимание! Тиамара дарует вам своё благословение! Отныне ваш Производный ТалантУбеждения получает перманентную надбавку в виде 2 единиц!»
А потом вместо тоненького звона в черепе раздался звук колокола и громкий голос возвестил:
— ЛОКАЛЬНОЕ ИЗВЕЩЕНИЕ В ОБЛАСТИ «УЛИМ»!!! ЗАДАНИЕ «КАНАЛИЗАЦИОННЫЕ ВОЙНЫ» ВПЕРВЫЕ ВЫПОЛНЕНО ИГРОКОМ «имя неизвестно» СЕКРЕТНЫМ ОБРАЗОМ!!! ГОТОВЬТЕСЬ К НАШЕСТВИЮ!!! ГОТОВЬТЕСЬ К НАШЕСТВИЮ!!! ГОТОВЬТЕСЬ К НАШЕСТВИЮ!!!
К моим ногам прямо из воздуха звонко плюхнулись два мешка. Постойте, что? Какое ещё…
— Нашествие!!! — завопили Крысиный Король и Гна-Гна в четыре глотки.
Обо мне забыли; ратлинги и кобольды единым перемешивающимся потоком хлынули прочь. Я успел пересчитать блестящие жёлтые диски в мешках, а подземные жители всё пёрли, уносясь за монаршей четой. Судя по всему, наверх.
— Мне тоже пора…
  
Глава 9. Нашествие
 
Кобольды и ратлинги двигались плотным потоком, конца которому не было. Я просто позволил им захватить меня и нести наверх. Вскоре над головой показалось открытое небо. Ночь пылала. Улим тоже.
 
Мы выбрались через канализационный люк на небольшую площадь, окружённую зданиями. Всюду кипели бои между подземными обитателями и игроками, огонь распространялся по деревянным и кирпичным строениям. Ратлинги и кобольды умирали сотнями, но на место каждого погибшего становилось три новых. На моих глазах воин в красивых доспехах, имевший сороковой уровень, был погребён под волной крысиных тел пятого уровня. Меч выныривал из-под крыс, расшвыривая по десять мёртвых тел каждым движением, но волна спала, ратлинги ринулись дальше, а воин остался лежать с… семьюдесятью мусорными копьями, торчавшими из всех частей тела. Волшебница, прикрывавшая его огнём, взвизгнула и бросилась прочь, высоко задрав подол мантии.
Я не знал куда идти, пока носился по Улиму днём было не до запоминания улиц. А теперь, ночью, вокруг ещё и шла война. Кричащие фигуры мельтешили в отсветах пожаров, откуда-то появлялись диковинные животные, чудовища; с неба шёл дождь из сосулек, либо налетал шквальный ветер.
Крадясь проулками, я натолкнулся на место бойни, где полегло больше десяти Грезящих и гора кобольдов. На вершине этой горы стоял единственный выживший, кобольд с бурой шкурой, безумными глазами и трясущимися в руках ножами. Он посмотрел на меня без искры понимания во взгляде, пустил пену, приготовился к прыжку.
— Нашествие! — громко крикнул я, вскидывая сжатый кулак.
— Нашествие!!! — завизжал он и бросился в дальний конец проулка, завернул за угол и через долю секунды влетел обратно, расплывшись кляксой на стене.
Я понял, что мне туда было не надо. Бросив тоскливый взгляд на «неходячую еду», которой был завален проулок, сглотнул слюну и двинулся дальше. Если бы не риск быть обнаруженным и убитым в любой момент времени, мог бы устроить себе мерзкий, но очень сытный пир, а заодно и пособирать квинтессант из черепов….
Прячась от игроков и непогоды, приметил на улице Синих Плосок высокий мрачный дом с забитыми окнами. Земля за оградой была усыпана листвой, лужайка поросла дикими травами, в общем и целом, здание казалось заброшенным. Я прокрался за ограду, обошёл дом с обратной стороны, и оказался в запущенном саду, где давно не было никого живого, судя по запаху.
Решив разобраться, чем же это меня наградила тюрьма, развязал тесёмки одного мешочка и достал сверкнувший жёлтый кругляш. Монета выглядела новой, в неё можно было глянуть как в маленькое зеркальце. На аверсе красовалась раскинувшая крылья птица, видимо, сова, хотя я не был уверен. Реверс украшал некий вытянутый шестигранник, судя по тонкой чеканке, — кристалл, заострённый с обоих концов. Под ним была надпись: «1 Драгоценный золотом». При более пристальном взгляде появилась полупрозрачная надпись:
«Монета достоинством в 1 (один) унифицированный кристалл очищенного квинтессанта; масса (условная): 10.00 грамм; доля золота: 8.00 грамм; отчеканена монетным двором Банка Сов».
Значит, имея по сто монет в каждом кошельке, я владел двумя килограммами местной валюты. Или одним килограммом и шестьюстами граммами цифрового золота. Знать бы, много это или мало?
Выбрав место под кустом, я вырыл яму и сбросил деньги туда, как следует прикопал.
Разобравшись со сбережениями, вышел в город, стал красться тенями. Скрытность неплохо помогала избегать внимания. Ночь, огонь, суматоха, столько запахов, гарь, а ещё голод. Он крепчал и брюхо ныло, но я упрямо искал «Длинную утку».
Только после часовых поисков нашёл торговую аллею и трактир. Его окружила толпа ратлингов и кобольдов, закрытые ставни были истыканы копьями, малыши как-то вырвали из земли железный столб и теперь штурмовали парадную дверь.
Я обратил внимание, как над крышей воспарила фигура. Она сидела на какой-то палке, закинув ногу на ногу, плащ развевался словно крылья скейвлинга, на голове сидела широкополая шляпа с острой тульей. Вокруг фигуры вспыхнуло несколько световых рисунков, а из них вниз полетели десятки светящихся снарядов. Одно попадание, — одна смерть, не выжил никто. Я был уверен — заряды били из самих её рук, а не из какого-то оружия. Восхитительно, моё желание познакомиться с этой женщиной возросло вдесятеро.