Василиса Прекрасная и братья Горынычи (СИ)

─ Ведьмочка решила поиграть? ─ уже настраиваясь на новый раунд, хитро улыбнулся он, преображаясь. ─ Мне нравится…
─ Наглости от тебя, видимо, нахваталась, ─ усмехнулась, пытаясь выбраться из захвата.
Запал быть смелой и уверенной, иссяк точно так же, как и возник, а Данияр чётко уловил изменение. Странным образом он и правда понимал, когда стоит притормозить, а когда продавливать, и это, если откровенно говорить, пугало меня сильнее его истинной сущности, которая должна вызывать панический ужас у всех маленьких девочек вроде меня.
─ Вась? ─ отпустив меня, но не позволив уйти, спросил он мягко, касаясь костяшками пальцев моей щеки.
─ Что?
Не утонуть бы в этих глазах, а то ведь не выплыву. Задохнусь в разноцветном водовороте, и назад меня никто не вытянет, не протянет когтистую лапу, а если и протянет, так только, чтобы подхватить и погрузиться следом… Не хочу я пропасть, и сердце своё отдавать в обмен на чужую свободу тоже не хочу. Но как быть, если оно уже стучит, как одержимое, ломая рёбра, когда этот мужчина так на меня смотрит? Кранты тебе, Василиса.
─ Почему ты так боишься поддаться своим желаниям? ─ спросил он. ─ Серьёзно. Тот ублюдок ведь явно не повлиял на тебя так сильно, чтобы ты от всех мужиков шарахалась. И в балет ты бы точно не вернулась после такого – там же постоянно танцовщиц трогают, я ведь прав?
Он выжидательно смотрел на моё молчание, а в моей голове от боли ревело разбуженное его вопросом чудовище. Я знала, что навсегда упокоить его можно только одним способом, вот только это будет ещё болезненней, чем время от времени ощущать его шевеление.
─ Лиса-Василиса, я ведь разговорю тебя, и не факт, что ты будешь в восторге от моих методов… По началу.
Ну вот опять угрозы. Одного никак не пойму, для чего ему знать так много обо мне и делать вид, будто мои проблемы и правда единственное, о чём стоит сейчас переживать? Впервые встречаю сказочного злодея, заботящегося о своей пленнице настолько обстоятельно – в историях всё обычно по-другому.
─ Я расскажу о себе только в обмен на ваши тайны, ─ в итоге набралась смелости я, и до того, как Яр перебил, продолжила. ─ Хватит с меня вина с сывороткой правды, хватит секретов и недомолвок, хватит делать из меня дуру – я всё вижу и слышу. Хочешь поиграть, Змей, ─ выделила его имя спецом, и он догадался, что я знаю, куда больше, чем он полагал, ─ мы поиграем. Но теперь это будет моё поле, и принимать ли мои правила, решать вам.
Данияр мгновенно растерял весёлость. Посерьёзнел, наклонился надо мной неминуемой угрозой, а я, хоть и уступала ему в росте, всё равно вскинула подбородок так высоко, что кое-кому чуть глаз не выбило.
─ А силёнок хватит играть во взрослые игры, Ягушенька? ─ обжигающее дыхание коснулось губ, но поцелуя так и не случилось, и я готова была ударить себя за то, что губы так предательски кололо в ожидании.
─ Давай проверим, Горыныч.
Яр склонился к уху, обдавая жаром обещания и собственного тела, горящего нетерпением, а мне пришлось вжаться в дверь, иначе бы сама прильнула к нему, как миленькая.
─ Когда ты снимешь проклятье, а ты его снимешь, ─ будто уже видя это будущее, зашептал он, ─ я буду долго играть с твоим телом. Но не думай, что раз я не могу взять тебя сейчас, не сумею найти иные способы. И знаешь, хоть разбрасываться добычей я и правда ненавижу, в этот раз мне будет даже интересно поделиться с любимыми братишками. Я буду ласкать тебя медленно, мучительно-медленно, а они будут смотреть. Кто-то обязательно присоединится, а может, даже оба, но даже если ты запросишь пощады, мы не остановимся. Представила?
О, ещё как…
─ Сначала пусть попадут сюда, ─ оставила я последнее слово за собой.
─ Увидим, ─ вторили мне.
Кажется, между нами снова коротнуло и заискрило, ударяя током по всем нервным окончаниям, но мы предпочли этого не заметить, оставив весь запал для того раза, когда все братья будут в сборе, а у меня наберётся достаточно мужества, чтобы испытать не только себя.
Пока же мы разошлись по углам – я готовиться к очередному вечеру с мертвецами, а он… очевидно, обдумывать всё, что мне сказал и бороться с выпирающей проблемой.
 
16. Предложение, от которого невозможно отказаться
Касьян
Я сорвался.
Как бы ни хотелось показывать свой характер, а вся, тщательно сдерживаемая погань, вылетела наружу стаей помойных ворон, и самое печальное, Василиса всё правильно поняла. Перед кем я точно не собирался открываться, так это перед ней, но не зря твердят, что характер не спрячешь, вот и здравствуйте, приехали. А ведь Вася ничем не показала, что моя вспышка её испугала или просто не понравилась… 
Когда они с Яром скрылись в доме, я готов был вспыхнуть от злости, окончательно трезвея, и, боюсь, если бы не запрет избушки, я точно ломанулся бы следом, совершив какой-нибудь сильно опрометчивый поступок. К счастью, это позволило мне угомонить зверя, а ещё внезапное заявление Зара отвлекло от тёмных мыслей, но теперь слова брата, брошенные в порыве откровения, всё не давали покоя, и я не мог так просто этого оставить.
─ Ты… насчёт поцелуя не серьёзно же?
Я ненавидел, когда вопрос, возникший в голове, висел неразрешённым, однако в этом случае не ожидал, что он решится так быстро.
─ А что? Испугался? ─ как всегда отшутился брат, но я нутром чуял, что правды здесь гораздо больше.
─ Нет. ─ И к своему же удивлению не почувствовал неприязни. Зато все его прежние взгляды, когда он думал, что я не вижу, все мимолётные прикосновения уже не мнились мне чем-то призрачным. Всё это было на самом деле, а я предпочитал не замечать. Вот я говнюк.
─ Серьёзно? ─ Он как будто ожидал, что я сейчас на него кинусь и начну избивать, но я и сам не горел таким желанием.
─ Ну, мы же никогда и не были нормальными. Нас презирали, желали убить, где-то даже завидовали – подумаешь, инцест… ─ пожал плечами, и в правое мне тут же врезали. ─ Я к тому, что для меня твои отнюдь не братские чувства это не проблема. Но если я однажды проснусь с твоими причиндалами в своём теле, ты сдохнешь мучительной смертью, ─ улыбнулся я.
─ Ха, в ближайшее время вряд ли, так что не поворачивайся ко мне спиной, ─ начал угрожать он, тоже скалясь, как волчары недавно лыбились, довольные сделкой.
Мы помолчали для порядка, оба не совсем понимая, стоит ли продолжать этот разговор. Некоторая неловкость присутствовала, и чтобы как-то сгладить её, Зар первый решил сменить тему.
─ Есть идеи, как ублажить эту… недвижимость? ─ кивнул на избушку, которая подозрительно дёрнула ногой.
Чем эти двое там занимаются без нас?
─ Пока не придумал, а вот по поводу подвески на шее Василисы, кое-какие соображения имеются, ─ поделился, вспомнив рассказ утренний Яра. ─ Если эта хрень лежала в нашей сокровищнице столько времени, возможно, именно она и виновата в том, что мы так западали на Ёжек. В конце концов, меня никогда особо не тянуло на девушек Данияра, а тут как припекало… Надо бы разобраться, не наведённые ли наши чувства к Василисе, ─ вздохнул, осознавая, что если это правда, я не хочу в неё верить. Впервые мне кто-то так запал в душу, и Зар всё прекрасно знал, сгорая от тех же чувств.
─ Поделимся с ними этим, когда нас пустят, ─ предложил брат, глядя на запертую дверь, а недоразумение на куриных лапах, словно издеваясь, принялось создавать в воздухе разные инструменты, всё падающие на землю.
Мётлы, грабли, лопаты – всё это добро лежало у наших ног, как бы намекая, что прежде чем войти в святая святых, нужно ещё доказать, достойны ли мы такой чести. Мы с Назаром оба знали, что порядок навести избушка способна и сама, но видно силы на перемещение было потрачено немало. А может, она хочет, чтобы мы в это верили.
─ Ладно, здесь и правда не помешает уборка, ─ признал я, оглядываясь и прикидывая, с чем начать – с заросшего густой травой двора или глянуть, что там позади.