Василиса Прекрасная и братья Горынычи (СИ)

─ Моя! ─ рыкнул он так громко и пронзительно, что удар грома потонул в этом жутком звуке.
Пара толчков, принёсших  терпимую боль, вскоре сменились иными, более плавными, выкручивающими внутри какие-то предохранители, так что голос сдерживать уже не получалось, и я кричала в такт невыносимо сладким, мучительным спазмам, прошивающим тело насквозь с каждым новым разом.
Яр, чувствуя, как я сжимаю его, приближаясь к финишу, ускорился, сильнее вколачиваясь  бёдрами, и подвеска светилась всё ярче с каждым диким движением, а потом и вовсе начала обжигать кожу. Напряжение возросло, достигая предельной точки, все звуки вокруг стихли, и как только он двинулся во мне последний раз, даря долгожданное, опустошающее облегчение, кулон треснул, распадаясь прямо в воздухе мириадами частиц.
Небо, наконец, разразилось дождём, успокаивая землю после жары, а мы с Данияром пришли в себя, вновь встретившись взглядами, и оба замерли в ожидании удара.  
Что ж, если после такого я умру, то хотя бы не придётся ни о чём жалеть...
19. Налево пойдешь…
Данияр
Я смотрел на Василису, она смотрела на меня, и… ничего не происходило. Только её зелёные глаза всё сильнее блестели, а я, как последний имбецил, не знал, что сделать, чтобы она не расплакалась. Потому что я сказочный долбоящер.
Осознание содеянного обрушилось медленно, накрывая с головой, а моя ведьмочка, теперь уже точно моя, живая и самую малость (надеюсь) пострадавшая, просто замерла, даже не моргая, и я до зелёных чертей за неё испугался.
─ Вась? Ты… жива? ─ спросил осторожно, невесомо касаясь её лица и боясь навредить даже простым жестом. Хотя, куда уж больше? ─ Не молчи, малыш.
Она была растеряна не меньше моего, но стоило взгляду чуть проясниться, и всё, что мы тут вытворяли, отразилось в нём.
─ Похоже на то, ─ ответила, не отводя глаз и как будто всё ещё находилась во власти собственной магии – иначе почему я-то всё ещё был жив?
А мы оба голые, промокшие насквозь, и дождь, херачащий мне в спину, как-то резко стих, словно пролился исключительно для нас двоих. Василиса стала вдруг ещё привлекательнее, а в лучах вновь выглянувшего солнца показалась мне совсем неземной, и я завис, готовый снова повторить всё то, что сделал, уже исключительно по собственной воле. Сила забурила в крови, готовая на подвиги, как никогда, а я совершенно перестал контролировать свой поганый язык.
─ Делов-то, а?
Она ударила. О, как сильно она приложила меня ладошкой – наверняка потом болеть будет.
─ Заслужил, ─ усмехнулся, пытаясь скрыть радость, но не вышло, за что получил снова, только третьей пощёчины я уже не допустил, перехватив хрупкое на вид запястье. ─ Всё, успокойся, лисица… Зато мы оба живы, и ведьмы, похоже, теперь свободны. Разве не чудо?
Если бы взглядом можно было расчленять, боюсь, меня бы уже отправляли почтовой бандеролью в разные концы света – такой ненависти на себе давно не ощущал.
─ Да чтоб у тебя только дочери рождались, сволочь бесчувственная! ─ выдала прелесть, пытаясь вырвать свою конечность, но я не был бы гадом, если бы не оставил последнее слово за собой.
─ Ну зачем же ты так, лапуля? ─ поцеловал сжатые кулачки, впитывая её злость, как тепло солнца. ─ Вдруг захочешь сына, а не получится? Но я обещаю стараться до победного! 
Так, ещё немного, и я труп – судя по зажигающимся огням в этих глазках, жить мне всего ничего. И я бы с радостью продолжил обсуждение нашего совместного будущего, если бы не заметил в стороне стену магического зелёного пламени, выстроенную барьером вдоль берега от любопытных глаз, а кавалерия из двух моих младших придатков, очевидно, уже давно пыталась к нам пробиться. И почему у них не получалось до этого момента, я мог только догадываться.
─ Ты что наделал, козлина?! ─ прорвавшись первым и едва не рухнув, возопил Ян, налетая на меня и сбивая с ног – я аж охренел, сколько в нём оказалось силы.
Я мог бы уделать его за раз, но тут и Назар прибыл, не позволяя мне даже встать, и мы начали кататься по земле, прямо как в детстве, будучи мальчишками.
 
─ Она жива! Вы не видите? ─ между смачными тумаками пытался достучаться до них я, только, похоже, и на них магия повлияла не самым лучшим образом, а именно отбила последние мозги. И я не представлял, как сделать их снова вменяемыми.
Успокоить этих двоих получилось не сразу, и бока мне сперва хорошенько намяли, отказываясь слушать то, что я пытался донести.
─ Да харэ меня лупить! По вам же бьёт! Проклятье не снято, если вы ещё не поняли…
─ Завались, ─ ярился Касьян, превратившись в хищника-убийцу. ─ То, что ты сделал, непростительно!
─ А что? Завидуешь, что сам не успел первым?
Походу, мои слова попали в цель – вон как глаза выпучил, мелкий…
─ Убью, гнида!
И всё началось по новой, только на этот раз я сам подхватил братское настроение, уже не позволяя так легко меня достать.
В пылу драки никто из нас не заметил, как Василиса свалила под шумок, а когда желание избивать друг друга, наконец, схлынуло, и мы успокоились, первым порывом было догнать ведьмочку и объясниться.
─ Ушла ваша зазноба, ─ сказал Водяной, разглядывая нашу компанию с осуждением. ─ Вы бы лучше с ней отношения налаживали, а не свои окончательно разрушали.
─ Слышь, греби отсюда, а, ─ устало попросил Зар. ─ Сами разберёмся.
─ Вы не поняли. Она совсем ушла, ─ покачал головой хозяин озера. ─ Одежду себе намагичила и пошла в другую сторону от избушки. Охохонюшки, я ж даже остановить её не смог!
─ А раньше сказать нельзя было?! ─ как безумный заорал я, пугая стаю прилетевших птиц.
Не помня себя, нашёл свои штаны, нацепил их задом наперёд и погнался в нужную сторону, игнорируя окрики братьев, рванувших следом, а когда мы втроём вошли в чащу, пришлось признать, что мы те ещё кретины – я так точно…
Я реально полагал, что волки ей помешают?
Ха… Они валялись, художественно раскиданные по земле, не в силах разговаривать, и только смотрели на нас беспомощными щенками.
─ Кажись, мы её всё-таки разозлили, ─ резюмировал Назар, осматривая композицию поскуливающих от боли зверей. ─ Ну куда она попёрлась?
─ Подальше от нас, это факт, ─ сказал Ян, принюхиваясь к воздуху, но всё было бесполезно. ─ Чёрт, это ж надо было так облажаться!
Следы обрывались здесь, но она точно ушла сама, и если всё-таки рискнула отправиться в замок, дабы разобраться со всем в одиночку, есть вероятность, что у Васи выйдет, а вот захочет ли она нас снова видеть после, это ещё большой вопрос. Но я не позволю ей об этом даже задуматься.
Касьян глянул на нас в поисках поддержки, и я кивнул. Брат коснулся рукой камня, и тот повернулся, открывая мерцающий проход – в воздухе нас бы сразу засекли, а так был шанс, что хотя бы беглянку обнаружим. Помогло же в прошлый раз…
Как только стена леса сомкнулась за нашими спинами, к нам шагнули три прекрасных девы, окутывая лёгким дурманом, и стало ясно, что дорога до нашей ведьмочки будет очень тернистой.
─ Куда-то спешите, мальчики?
Василиса
Я находилась в состоянии аффекта, не иначе.
После того, что испытала с Яром, соображать было трудно, но разум всё же победил, и мозг встал на место, едва между братьями завязалась драка. Я пыталась привлечь к себе их внимание, кричала даже, но они никак не реагировали, и, в конце концов, пришлось плюнуть на всё, пережидая, пока дурь выйдет их этих троих.
Мне было, о чём подумать. Я осталась жива, и не знала, кого благодарить за это чудо, а от того, что больше не слышала голосов Ёжек, сделалось как-то тоскливо. Нет, я была рада, что всё обошлось, вот только на душе творилась невообразимая муть, и поведение братьев никак не способствовало моему успокоению, а мне впервые в жизни необходимо было хоть слово утешения. 
─ Ты сильно на них не серчай, девонька, ─ посоветовал вновь вынырнувший Водяной, глядя, как Горынычи друг друга мутузят, словно в последний раз. ─  Когда одни мозги на троих – это тяжко.