Рыцарь в старшей школе. Том 2 (СИ)

Вторым сюрпризом оказался звонок госпожи Патрисии Рэдклиф, которую «дожали» перевозбудившиеся сотрудники из отдела маркетинга и рекламы. Они сразу же ухватились за горячие новости, вызвавшие большой эмоциональный отклик у населения. Решили воспользоваться пиком моей резко возросшей известности, чтобы снять ещё несколько рекламных роликов. Пока фамилия Йохансон была на слуху, бесплатно раскручиваемая во всех СМИ. Придающих мне то образ раненого героя, бесстрашно вступившего в схватку с превосходящими силами врага, то несчастной жертвы, которую нужно пожалеть, а ещё лучше, помочь ей. Желательно материально, через их банковский счёт. Дополнительной возможности подзаработать, я тоже, как и рекламщики, был только рад. С учётом, увеличившихся в последнее время, расходов. Этак скоро собственную фирму придётся открывать, чтобы не я своих людей содержал, а они меня. Зря что ли учился делать деньги у самих Виардо и воротить от этого же нос у Бедфорд?
Не став отлёживаться дома, уже на следующий день отправился в школу. Удивился, увидев на пороге, вместе с водителем, Кристофера Вилсон. Поздравив с успешным завершением операции, отец Брины проинформировал, что ближайшую неделю поработает моим охранником. До поездки в круиз. Цзя Мей ему за это уже заплатила… из моего кармана. Служанка что, думает, я сплю с дочерью миллионера? Подумаешь, всего лишь минутку на ней полежал. Откуда у меня столько денег на все эти — так будет правильно?
С другой стороны, ругаться на излишнюю самостоятельность китаянки глупо. Ведь она не брала на себя больше, чем я ей позволял.
Впрочем, получается, что «полежать» в обнимку с дочерью миллионера, тоже выгодно. Как чуть позже поведает Цзя Мей, господин Жерар Виардо прислал по почте банковский чек. Оказывается, Ивон рассказала отцу, что я спас ей жизнь. Дважды! Понятия не имею, откуда взялся второй? Ну да ладно, ей виднее. Не забыла поделиться с папой и моими предположениями по поводу вероятных мотивов похитителей. Так что господин Жерар изъявил желание познакомиться со спасителем дочери, лично. Посмотреть, не пора ли готовиться к свадьбе. А то Ивон как-то странно себя вела, при разговоре по телефону. Темнила, нервничала, увиливала от неудобных вопросов. Для чего пригласил нас обоих прилететь на выходные в Париж, в гости. Помимо прочего, в письме также указывалось, что теперь его банк с удовольствием выдаст мне беззалоговый, беспроцентный кредит, если я захочу заняться бизнесом. И вообще, господин Жерар Виардо будет рад меня видеть клиентом своего банка, одно из отделений которого располагалось в Лондоне.
Сегодня приехал в школу Святой Анны, как и многие другие её ученики, на дорогой машине, с водителем и охраной. В безупречно сидящей на мне, выглаженной школьной форме, за чем следила служанка. С каждым месяцем всё меньше выделяюсь на общем фоне. Образ того замкнутого, слегка лохматого, мрачного Эрика, из прошлого, на котором эта школьная форма выглядела какой-то неподходящей и чужой, окончательно сменился… мной нынешним. И эти перемены определённо шли мне к лицу. Почти. Коснувшись щеки, поморщился от боли. Здоровенный фиолетовый синяк под глазом, прикрытый большими солнцезащитными очками, в зимнем варианте, пока ещё не сошёл. Однако уже уменьшился в размерах и не так сильно болел. Нора утром опять намазала его специальной мазью. Под ехидный совет Эдит сделать второй, такой же, только справа, для симметрии, чтобы сделать меня похожим на панду.
Увидев меня в таком виде, в модных очках, прямо в классе, Даниэль на несколько секунд лишился дара речи.
— Открой личико, красавец. Выглядишь, как пижон или сутенёр.
— Учитывая, в какой мы учимся школе, это очень опасное заявление, — предупредил его Бейли. — Ходишь по краю интеграла.
Преодолев лёгкое смущение, снял очки.
— Дааа, действительно красавец, — восхищённо заметил Даниэль. — И за что это тебя так?
— Эх, не хотел рассказывать, ну да ладно. Устраивайся поудобнее. Значит, дело было так. Пули свистели…
 
— Стоп! — Даниэль выставил руку с раскрытой ладонью. — Эту историю я уже слышал. Давай следующую.
— Правда? Ну тогда, сидим мы с Виардо в засаде. У меня пистолет, у неё рулон обоев. Выбрала, кстати, так себе. Могла бы и получше. Стиль барокко, в красно-жёлтых тонах, если тебе интересно. С вензелями и узорами бутонов.
— Это которые по четыре девяносто за квадрат? — уточнил любознательный Бейли.
Выразительно посмотрел на него, вместе с Даниэлем.
— Так, тебя я тоже вычёркиваю из списков советчиков, когда буду делать ремонт. Вы слушать будете, нет?
Рассказывая невероятно «правдивую» историю, пользуясь тем, что единственная свидетельница учится не в нашем классе, заслужил восхищение доверчивых слушателей. Поведав им, как я был ранен, вступив в ожесточённую перестрелку с преступниками. Как мне трижды предлагали сдаться, но я отказывался. Заявляя, что ученики Святой Анны не сдаются! Как дело дошло до рукопашной, когда нас зажали в угол и кончились патроны. Как бился, подобно храброму льву, один против всех.
В качестве доказательства своих слов частично разделся, чтобы показать перевязанное предплечье. А ещё, продемонстрировать им, пугающе выглядящие, синяки, спрятанные под одеждой. Моё беззастенчивое поведение вызвало сильное удивление у заслушавшихся одноклассниц. Они такого неожиданного зрелища явно не ожидали. Но, не сказал бы, что прямо уж категорически не одобрили. Показ вызвал у них смущение, заинтересованность, негодование, сочувствие и переживание. Переливались всеми цветами эмоций, словно «радуга».
Некоторые, скромные особы прикрывали глаза ладошками, чуть растопырив пальцы. Причём, не обязательно свои. Так, Кейси тут же закрыла глаза… Сомерсет, которая попыталась отбиться от внезапно спятившей подруги. Маргарет зачем-то проделала то же самое с Эльзой. Отреагировав скорее рефлекторно, чем осознанно. Вилсон сама отвернулась. Пусть и не сразу. Джил Рассл закрыла глаза телефоном. Конечно же, повёрнутым камерой в мою сторону. Загадочно улыбающаяся Леди Грей точно так же поступила со старостой, неожиданно подойдя к ней сзади.
— Эй! Ты-то чего творишь? — изумилась леди Мэри Дженкинс, отпихивая Оливию.
— А я думала, это такая весёлая игра. Раз уж ты молчишь, не пресекая бесстыдство, староста, — напомнила о её обязанности следить за порядком.
— Да я даже не успела опомниться. Всё произошло так быстро. Так быстро, — вновь повторила, — У меня просто слов нет. Уйди от меня. И вообще, раз уж президент молчит, то чего это староста должна лезть вперёд неё? Откуда я знаю, может, у нас введены новые правила поведения? И теперь можно не только оголяться в классах, но и целоваться взасос, — перевала на неё стрелки.
— Всё такая же изворотливая и хитрая лиса? Именно за это тебя и не выбрали президентом. Йохансон! Оденься и веди себя прилично. Ты смущаешь благородных леди.
— Не-не-не. Пусть продолжает. Леди могут отвернуться. Народ жаждет зрелищ, — весело заявила Эми Гловер, под одобрительный кивок сестры.
Леди Грей так посмотрела на возмутительницу спокойствия, что даже близняшек проняло.
— Впрочем, народ перебьётся. Не впервой, — примирительно заявила Эми.
— Народ подчиняется диктату власти. Или властному диктатору? — Тина задумчиво приложила пальчик к подбородку. — Что-то я запуталась. Как будет правильнее? — невинно попросила разъяснений у Эми.
— Вы у меня сейчас договоритесь до исключения, за распространение анархических идей в среде молодёжи, — с холодком в голосе предупредила леди Грей.
Обе Гловер синхронно провели пальчиками вдоль губ, сделав жест закрывания замочка на молнии. И личики сделали такие раскаивающиеся, невинные, что я бы на месте президента поостерёгся поворачиваться к ним спиной. Эти если и будут кого призывать на сеансе спиритизма, то не Фафнира или Великого красного, а Шеогората. И только для того, чтобы сказать, что здесь нет хорошего сыра!
На следующей перемене они вновь обратили на меня своё внимание. Подошли с загадочными улыбками, держась за руки. Даниэль тут же поднял раскрытую книжку на уровень глаз, приговаривая, — Того, чего не вижу, не существует.